Читаем без скачивания Путеводитель по Библии - Айзек Азимов

Иродиане

Властям Храма становилось все очевиднее, что нелегко будет отрицать претензии Иисуса. Независимо от того, был он галилеянином из захолустья или нет, у него был живой ум и наготове запас цитат из Библии. Однако все равно его следовало было остановить прежде, чем мессианский пыл породит опасные волнения во всем городе. Если богословские взгляды Иисуса нельзя использовать против него, то как тогда насчет его политических взглядов?

Если бы Иисуса можно было вынудить сказать что-нибудь политически неблагонадежное, а не просто доктринально еретическое, то тогда можно было вызвать римлян. Римские солдаты сразу могли действовать без необходимости прекращать обмен цитатами из Ветхого Завета:

Мф., 22: 16. Посылают к Нему учеников своих с иродианами, говоря: Учитель! мы знаем, что Ты справедлив, и истинно пути Божию учишь, и не заботишься об угождении кому-либо, ибо не смотришь ни на какое лице;

Этой лестью они надеялись выудить у него какое-нибудь бескомпромиссное утверждение, вне зависимости от того, кого оно могло оскорбить. И как раз на тот случай, если бы он это сделал, с ними были иродиане. Это были гражданские должностные лица, которые поддерживали династию Иродов. Вероятно, они постоянно сотрудничали с римлянами, имели доступ к римскому правителю и могли быстро сообщить ему о любом высказывании Иисуса подрывного характера.

Теперь вопрошающим у Иисуса казалось несомненным, что любое объявление себя Мессией обнаружит у него надежды на ниспровержение Римской империи и на установление идеального еврейского государства. Именно этого народные массы и ожидали от Мессии. Вопрос, который должен был, казалось, вынудить Иисуса либо защищать восстание, либо отказаться от всех мессианских претензий, теперь был задан ему в упор:

Мф., 22: 17. Итак скажи нам: как Тебе кажется?позволительно ли давать подать кесарю, или нет?

(«Кесарь» — это был титул римского императора. Он восходит к Юлию Цезарю, который был убит в 44 г. до н. э., двоюродный племянник которого через пятнадцать лет стал первым римским императором.)

Если бы теперь Иисус отказался отвечать, то, несомненно, его стали бы презирать как труса те из толпы, кто отстаивал необходимость сопротивления Риму, и они, должно быть, представляли большинство из тех, кто нетерпеливо приветствовал Иисуса как Мессию. Если бы он защищал выплачивание дани, это было бы еще хуже. Если бы, с другой стороны, он защищал неуплату дани, это мгновенно дало бы повод для вмешательства римлянам.

Иисус нашел выход. На монетах, используемых при выплачивании дани, было изображение Цезаря. Строго говоря, это делало эти монеты непригодными для того, чтобы иудеи обращались с ними во всех случаях жизни. Первая из десяти заповедей запрещала изготовление любого изображения любого живого существа, и еврейские монархи, например разные Ироды, обычно остерегались помещать свои собственные изображения на свои монеты, чтобы избежать возмущения ортодоксов. Идолопоклонническую монету, обращаться которой было греховно для иудеев, можно было просто отдать человеку, чей портрет был на ней. Иисус сказал:

Мф., 22: 21. …итак отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу.

Таким образом Иисус нашел безопасный путь между двух зол в, казалось бы, неразрешимой дилемме. Он выступил за уплату дани, что удержало римлян от вмешательства, но сделал так по совершенно религиозной причине, которая была совместима с его ролью Мессии.

И тем не менее, враги Иисуса, возможно, здесь также «заработали очки». Можно легко представить среди слушателей Иисуса себе зилотов, нетерпеливо ожидающих его ответа. Они были яростно настроенными против римлян, и они хотели Мессию, который повел бы их с божественной силой против ненавистных римлян.

Итак, здесь был такой вопрос: должны ли иудеи платить дань? Надлежащим мессианским ответом, с точки зрения зилотов, было громовое «Нет!».

Это сразу дало бы начало восстанию; точно так же, как некогда отказ Маттафии участвовать в языческом жертвоприношении дал начало восстанию Маккавеев.

Вместо этого Иисус нашел спасительный выход в уклонении от ответа. Если в основном толпа приветствовала остроумные ответы Иисуса, то, возможно, вовсе не те более радикально настроенные зилоты, которые теперь отпадали от него с чувством презрения. Это был не их человек. Это был не тот Мессия, которого они ждали.

А как должен был чувствовать себя Иуда Искариот? Если действительно правда, что он был радикальным зилотом, то, вполне возможно, он был переполнен неистовой ярости из-за несостоятельности человека, которого он считал Мессией. Если это так, то этим объясняется все, что затем последовало.

Захария, сын Варахии

Но если Иисус был осторожен, чтобы избежать опасности задеть римлян, то он без колебаний резко отвечал религиозным лидерам. Матфей описывает, как он проповедует множеству народа и по ходу своей речи беспощадно осуждает книжников и фарисеев, как людей, набожность которых была связана целиком с ритуалом, а не с его сутью и которые поэтому были лицемерами.

Далее с угрозой в голосе он сказал о том, как истинно набожные люди прошлого были убиты неблагодарными людьми, и предупреждает о неизбежном возмездии:

Мф., 23: 35. …да придет на вас вся кровь праведная, пролитая на земле, от крови Авеля праведного до крови Захарии, сына Варахиина, которого вы убили между храмом и жертвенником.

Обычно считается, что это упоминание о судьбе Захарии, первосвященника времен Иоаса из Иудеи. Захария порицал царский двор за терпимость по отношению к идолопоклонству и тем самым заслужил вражду к себе со стороны царя и его придворных:

2 Пар., 24: 21. И сговорились против него, и побили его камнями, по приказанию царя [Иоаса], на дворе дома Господня.

Эта идентификация тем более убедительна, что отсюда видно, что Иисус сознательно включил сюда все несправедливые убийства праведников, которые упомянуты во всей Библии. В еврейской Библии книги Паралипоменон располагаются в конце, и все книги Ветхого Завета разделены (в современном ее виде) всего на 929 глав. В четвертой главе первое, что упоминается, это убийство, совершенное Каином; убийство Захарии — последнее и упоминается в 917-й главе.

Однако следует признать, что Захария, о котором говорится во Второй книге Паралипоменон, по отношению к имени своего отца идентифицируется по-другому.

2 Пар., 24: 20. И Дух Божий облек Захарию, сына Иодая священника…

Тогда неясно, зачем Иисусу идентифицировать его как сына Варахии. Упоминается ли здесь совсем другой человек? Или же упоминание о Варахии — это (ошибочно) добавленная идентификация переписчика, основанная на путанице с другим Захарией, случайно упоминаемым в Книге пророка Исайи?

Ис., 8: 2.Ия взял себе верных свидетелей: Урию священника и Захарию, сына Варахиина…

Мерзость запустения

Затем следует апокалиптический отрывок, в котором Иисус описывает будущее. Часть его, по-видимому, совершенно определенно связана с разрушением Иерусалима римлянами, которое должно было произойти через сорок лет после описываемого в Евангелии периода.

Мф., 24: 15–16. Итак, когда увидите мерзость запустения, рененную через пророка Даниила, стоящую на святом месте, — читающий да разумеет, — тогда находящиеся в Иудее да бегут в горы…

Мерзостью запустения была статуя Зевса, установленная в Храме Антиохом IV, и вообще она могла означать победу языческих сил над Иерусалимом, которая случилась в 70 г. до н. э.

В ходе иудейского восстания против Рима последователи Иисуса заняли пацифистскую позицию и не участвовали в защите Иерусалима, а убежали в горы. Может быть, поэтому эти стихи были постфактум добавлены к традиционной апокалиптической речи Иисуса.

После ссылки на падение Иерусалима следует общее описание будущего конца света, дающееся в типичных для Ветхого Завета терминах всеобщего уничтожения:

Мф., 24: 29. И вдруг, после скорби дней тех, солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут с неба, и силы небесные поколеблются…

Далее следует явление Мессии и установление идеального царства.

Мф., 24: 30. …тогда явится знамение Сына Человеческого на небе; и тогда восплачутся все племена земные и увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою…

Однако это создает некоторую проблему. Для тех, кто верил, что Иисус был Мессией, Мессия уже пришел. Очевидно, должно произойти «второе пришествие». Это второе пришествие не должно быть отсроченным надолго: