сюда кого-то со своими знаками отличия с таким слабым прикрытием, но всё же… Отряд наблюдения, по возвращению Джея вы отправитесь в деревню и доложите об этом непосредственно Райкагэ-сама. Если это война, то я с удовольствием отомщу этим ублюдкам из листа за отца! Да и поторопитесь! В любом случае... вернётся Джей или нет, уже светает, и мы намерены штурмовать через пятнадцать минут!
— Вас понял, мы немедленно отправим к нему ящерицу!
Стоя по щиколотку в мутной воде, чёрный лысый мужчина в стандартном обмундировании Облака, удерживая ящерицу, закреплял на её спине свиток и аккуратно выпускал её в один из тоннелей, ведущий к выходу. Дрессированная ящерица сразу побежала вперед, но не успев преодолеть и десяти метров оказалась заколота кунаем. Одновременно с этим, за спиной чернокожего возникли двое, один бледный в плаще с натянутым на глаза капюшоном, а второй был высоким и седоволосым мужчиной. Лишь мельком взглянув на них даже через свои солнцезащитные очки, которые он носил повсюду, подражая герою Скрытого Облака, он заметил грусть в светящихся синим светом, волчьих глазах седоволосого. Глянув на молодого парня убившего ящерицу, он увидел светящийся алый цветок с шестью лепестками на чёрном фоне в его глазах. Его пробрала дрожь от чакры, что он почувствовал в нём и будто смирившись, он опустил голову, пока убийца подходил к нему всё ближе.
— Райкагэ-сама, Би-сама… Простите меня. Я подвёл вас… — В тоннелях раздался пронзительный крик боли.
***
Во вторую ночь, спать было невероятно тяжело. Несмотря на всю мою регенерацию сейчас, я лежал весь в мазях и перебинтованный как мумия. Пусть мы и неплохо продвинулись в тренировке сродства с природой за этот день, но, это было и есть чертовски больно.
Сейчас я лежал на животе боясь лишний раз пошевелиться, ибо всё тело было покрыто ушибами, ссадинами, синяками от побоев посохом Фукасаку. Старый жаб вволю оторвался на мне сегодня и выбил из меня семь вёдер дерьма пока я пытался не дать природной энергии превратить меня в жабу. Со слов старого жаба, у меня повысилась усидчивость и то, что я начал чувствовать сладковатый запах от этого масла, означает, что моё сродство с природной энергией также сдвинулось с мёртвой точки. Однако даже начав превращаться в жабу чуть медленнее, в целом я не чувствовал какого-то прогресса в этом деле.
Сначала на меня пролили немного масла, и я стал сидеть неподвижно или пытаться. Постепенно впитываясь в кожу, жабье масло впускало в моё тело природную энергию, от чего меня начинало раздувать, кожа меняться и покрываться бородавками, а я пытался почувствовать изменения в своём теле и сопротивляться этому процессу. В какой-то момент и зачастую рано, чем поздно, мне по спине, рукам, шее, затылку, плечам, пояснице, макушке и пару раз даже по лицу мог прилететь удар этим ломом. За пол дня я умудрился выхватить от Фукасаку точно больше сотни ударов. Лис изнутри сообщил, что в этом месте ему всё ещё не по себе и моя регенерация стала слабее пока он будет отсыпаться и привыкать находиться на горе, а потому я страдал. Пусть часть побоев и зажила, но это было точно меньше даже трети. Шимо намазала меня какими-то мятными мазями и перебинтовала, стало куда легче, но если перевернуться на спину или бока во сне, то всё начинало опять жутко болеть. От ужина я отказался, аппетита не было от слова совсем…
Следующий день начался с плотного завтрака. На его плотности настоял Фукасаку, говоря, что на заживление ран за ночь я потратил много энергии которую надо восполнить, а иначе пиздец. Ну он ещё загонял про то, что сродство с природой будет развиваться ещё лучше, когда я буду сыт. В этот раз, мы двинули к водопаду с маслом сразу после лёгкой зарядки. Моё избиение продолжалось ещё на протяжении пяти часов и во время перерыва на чай с бананом и варёным яйцом меня осенило.
— Слушай, жабий мудрец. Я придумал, как можно сделать тренировку эффективнее!
— М? Я тя слушаю… — Отпив чаю произнёс он.
— Да теневыми клонами же, ну?
— Хм… — Задумался он, надкусив бутерброд из листьев и жареных червей. Запив это чаем, он продолжил. — Неплохая идея… Чувства и опыт теневого клона передаются оригиналу, но у меня есть условие. Вместе с оригинальным тобой, вас должно быть не больше четырёх. Это максимум с чем я смогу справиться.
— Ну ладно, хоть так…
— И да, Наруто, это не шутки… Если хоть один клон обратится в жабу, то, при его исчезновении, вся природная энергия хлынет в твоё настоящее тело и тебе конец.
— Это я и так понял. — Ответил я, допивая чай. — Ну… Погнали?
Фукасаку достал посох, и мы продолжили тренироваться (получать побои в моём случае) до самой темноты.
Блин… Даже с теневыми клонами ничего особо не поменялось. Фукасаку сказал, что заметил, мол я стал медленнее обращаться в конце, но я ничего нового не чувствовал. Хотя… Наверное, стоит выделить дрожь при развеивании сжабившегося теневого клона. Дрожь пробегала по всему телу и даже по некоторым органам и сидя неподвижно, я это отлично чувствовал. Третий и четвёртый день прошли похожим образом. Правда побоев посохом стало чуть-чуть меньше. Примерно со ста ударов до девяноста. Фукасаку начал жаловаться, что уже устал меня постоянно лупить и настаивал, что я должен стараться сопротивляться природной энергии.
Только вот как блядь?!
Как я должен сопротивляться процессу трансформации, которого даже не чувствую?! Единственное, как оно проявляется это жжение в глазах, когда изменения достигают лица, ну и эта дрожь при развеивании клонов. По правде говоря, меня больше напрягало экономить на еде, которая уже заканчивалась, а мы ещё стадию с маслом не прошли.
На пятый день чувствительность меня всё же догнала. Запах масла я начал чувствовать куда лучше и постоянно. Сконцентрировавшись на дрожи в теле, я начал чувствовать её во время трансформации. Похоже, что именно так во мне проявлялось движение природной энергии. Сама трансформация значительно замедлилась, и я умудрился получить в два раза меньше пиздюлей посохом, чему Фукасаку был очень рад. Да и чего скрывать… Я тоже.
Настоящий прорыв произошёл вечером шестого дня, когда, наконец-то мои новые чувства слились воедино под влиянием голода от того, что моя еда закончилась, а стряпню Шимо я
