С замиранием сердца Корран проделал весь путь до деда, борясь с желанием броситься к нему бегом.
Слишком долго они не виделись и слишком многое стояло на кону.
Корран и без того мог рисковать, называясь родовой фамилией своего деда-джедая, но, как он успел понять еще во время своего взросления, Империя в Кореллианском Секторе не просто избавилась от джедаев, но и сделала все, чтобы о них не осталось даже упоминания.
Кто бы не заинтересовался фамилией «Халкион», ему придется сильно потрудиться, чтобы понять кому именно она принадлежала на самом деле.
Остановившись в метре от деда, Корран протянул руку в знак приветствия, но дед, без лишних слов заключил его в крепкие объятья, отпустив лишь тогда, когда внук начал совсем немного испытывать дефицит кислорода в своих легких.
Сразу после этого, Ростек отстранился и с любовью во взгляде посмотрел на Корран:
— Сит тебя побери, я так рад, что слухи об уничтожении твоего подразделения не оказались правдой, но тебя не должно быть рядом с границами сектора ближе чем на сотню парсеков!
— Я должен был с тобой повидаться, — сглотнув ком, подступивший к горлу, произнес Корран. — Да, «проныры» погибли. Остались лишь я, да Ведж. Но, он в плену, и мне нужна твоя помощь, чтобы вызволить его.
На лице Ростека Хорна появилась многообещающая улыбка:
— И наказать того огнеглазого демона, что пьет вашу кровь последние полтора года?
— Почти шесть месяцев как присосался так, что без большой крови не оторвать, — поддержал шутку Корран. — Собственно… Он и приказал мне лететь сюда.
Лицо Ростека Хорна стало каменным изваянием.
— Приказал? — низким голосом спросил он. — Кажется мне, что этот гранд-адмирал Траун слишком многое на себя берет.
— Хуже всего то, что он еще и умудряется все взятое уносить, — мрачно заявил Корран.
— Идем, — дед кивнул головой в сторону оранжереи, которая едва виднелась сквозь заросли растений. — Хочу показать тебе некоторые свои успехи в области садоводства.
Лишь после того, как они оба оказались внутри оранжереи, в которой зажегся верхний свет, а дед, избавившись от мундира, не уселся в кресло рядом с оборудованием для генетической инженерии растений, он вновь заговорил:
— Рассказывай, — произнес он. — Здесь безопасно — я надежно прибираюсь и никаких сорняков, вредителей не выживает, если то мне не нужно. Не волнуйся, — подмигнул он, — сейчас чужая прослушка мне надоела и от нее пришлось избавиться. А с новой не торопятся.
И Корран рассказал.
От начала и до конца, не утаивая ровным счетом ни малейшей детали.
И про нападения Трауна на конвои, и про Айсард, и про поиски Миракс с Бустером, приведшие его к безумному клону-джедаю, и про убийство последнего, и про охоту на имперского пилота-аса…
Вывалил все, что слышал от других и что предполагал сам.
Все это время Ростек Хорн молчал, но при упоминании об оранжерее черты его лица заострились.
— И так я оказался на Кореллии, — подытожил свое подробное изложение событий Корран.
Дед несколько секунд угрюмо молчал, смотря лишь на скамейки, усеянные поддонами с рассадой, мимо которых они прошли, чтобы добраться до этого уголка оранжереи.
— Если исключить лично твою историю, то мне про Трауна известно примерно столько же, сколько и вам, — сказал дед. — Его в самом деле сослали в Неизведанные Регионы ради картографии. Но дело было нечистым. Сперва он расправился с мятежным гранд-адмиралом Заарином и явно не должен был попасть в опалу. Так что, думаю, он исчез из поля зрения и баз данных отнюдь не просто так.
— Выходит, мы боремся с кем-то вроде суперполководца Императора? — уточнил Корран.
— Тебе знаком термин «Отложенное возмездие»? — спросил Ростек.
Корран утвердительно кивнул.
— Именно так бы я охарактеризовал этого Трауна. Император явно пытался сохранить ему жизнь, поэтому, наверняка более правдива история о том, что все это «изгнание» — не более чем спектакль. Если бы победитель Заарина сам стал плести интриги против Палпатина, то исчез бы в тот самый момент, когда Императору стало бы об этом известно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Возможно Император не хотел терять такого стратега и задвинул его подальше, — предположил Корран.
— Никто не стал бы сохранять жизнь даже самому гениальному полководцу, если тот намеревался плести интриги против трона, — возразил Ростек.
И Корран был вынужден признать его правоту.
— Гораздо больше меня интересует информация о том, о каком джедайском наследии он говорил, — признался Корран.
— Ты же понимаешь, что нельзя идти на поводу у того, кто захватил заложников? — уточнил дед.
— Именно поэтому я здесь. Мне нужен совет, чтобы понять как его победить.
Ростек Хорн некоторое время помолчал, обдумывая сказанное, поэтому Корран решил поинтересоваться более личными темами.
— Что произошло с старым домом? — спросил он.
— Я немало грязи собрал на различных влиятельных лиц, — произнес дед. — Политики, предприниматели, имперцы… Когда СОП пришел на смену КорБезу, то я уже был на пенсии и на реальные дела повлиять не мог. Но кое-кто из власть имущих посчитал, что мои архивы могут им серьезно навредить. По какой-то причине они решили, будто архив находится у меня дома. Или в доме твоего отца. В один отнюдь не прекрасный момент, один за другим, оба дома сгорели дотла.
Несмотря на спокойный голос деда, Корран счел, что в интонациях последнего прослеживается насмешка над глупостью его оппонентов.
— Вот только оказалось, что досье имеется едва ли не в каждой компьютерной сети, а количество копий превышает все возможные пределы. Часть компроматов стала приходить к тем, кто стоял за пожарами. Их доставляли курьеры. Вместе с цветами, которые можно было увидеть лишь в моей оранжерее. Намек поняли правильно. Официально — за выдающуюся безупречную работу в КорБезе, а так же, чтобы сохранить мои цветы, которые за короткий срок стали поистине бесценными, правительство выкупило всю землю в округе и построило для меня этот дом. Безвозмездно. Средств негласного наблюдения и слежки было столько, что порой утомляло их выковыривать. Тосрук и прочие мои слуги регулярно ходят на доклады в различные ведомства. Впрочем, это не мешает мне — ведь мои люди преданы только мне и правительство получает только ту информацию, которую я посчитаю нужной. Часть моих архивов ушла в компетентные органы, что позволило различным самодурам набрать себе в подчинение тех, кем легко манипулировать или запугать с помощью шантажа.
— Неприятно, — признался Корран.
— Что есть, то есть, но мы говорим о выживании, — сказал дед. — Я намеревался избавиться от всего этого после выхода на пенсию, так ведь своими действиями они мне только мешают отойти от дел.
На губах Хорна-младшего появилась насмешливая улыбка.
— Не с тем кореллианцем они связались.
— Меня их оценка не интересует, — подчеркнул Ростек Хорн. — Архив позволяет мне контролировать многих. Порой они получают от меня цветы с записками. И это позволяет удержать их от необдуманных поступков. Вроде присоединения к твоему гранд-адмиралу Трауну.
— Диктат всерьез рассматривает подобные опасные перспективы? — ужаснулся Корран.
Новая Республика имеет превосходство над своими недоброжелателями пока на их стороне крупнейшие кораблестроительные корпорации галактики. У имперцев же полноценных верфей — раз-два и обчелся.
И при таких условиях Траун умудряется уже полгода терроризировать галактику.
А что будет, если на его стороне окажутся производственные мощности такого гиганта как «Кореллианская машиностроительная компания»?
Новую Республику можно будет похоронить сразу же.
— Скажем так, они отложили эту инициативу в долгий ящик, — усмехнулся дед. — Хоть это и стоило мне значительных усилий. Диктат настолько уверовал в то, что Траун — будущий Император, что даже закрыли глаза на то, что он похищал у них корабли буквально из-под носа.
— Выходит это факт, — констатировал Корран. — Мы подозревали его в пропаже кореллианских кораблей в связи с увеличением в его флоте звездолетов этого типа, но одно дело догадки, и совершенно другое — иметь доказательства.
