— Ну извини, дорогая, чая нам сейчас тут никто не подаст, — хмыкнула княжна. — Впрочем… — осторожно выглянув поверх монументального стола, авалларка цапнула чудом уцелевший в царящем вокруг разгроме графин с белым вином. Вернулась на исходную позицию и вопросительно изогнула бровь. — М-м?
— Нет, Криста, спасибо, не хочется, — улыбнулась Марина.
— Жаль… Да и мне нельзя, — без особого огорчения констатировала огненная ведьма и метко пульнула ставший ненужным кувшин прямо в голову родовитому соотечественнику, который в тот момент как раз раздумывал, как бы половчее всадить стилет между рёбер Согрейна. Всё внимание последнего отвлекал на себя второй противник, оказавшийся, как назло, вертлявым, словно угорь на сковородке. Ведьмаку уже пару минут не удавалось его достать, и мужчины выписывали по усеянному осколками полу замысловатые вензеля, время от времени взрываясь каскадами ударов. Малоэффективнх, впрочем, — оба поединщика были слишком ловкими для того, чтобы успеть уклониться. У Когана ощутимо зудело под лопатками: хорошенько поднаторевший в сражениях маг уже примерно угадывал направление запланированного удара, но не мог отвернуться от юркого фехтовальщика даже на секунду. Ведьмацкое чутьё, реагирующее на опасность истошным воем, умиротворённо смолкло почти одновременно с негромким булькающим звуком, раздавшимся откуда-то позади и чуть справа. В следующий момент Коган изловчился-таки и приласкал врага тяжёлым подкованным сапогом в живот. Противник отлетел на пару ярдов и, оборвав роскошные портьеры, остался смирно лежать, не проявляя больше признаков агрессии, под ворохом упавшей сверху материи. Согрейну не составило труда установить и личность своего спасителя… точнее, спасительницы — будущая мать его ребёнка послала ведьмаку из импровизированного убежища очаровательную улыбку, из которой не потрудилась вытравить толику ехидства и насмешки: 'Ну-с, что бы ты без меня делал, любимый? И только посмей теперь хотя бы намекнуть, будто бы я в своём нынешнем положении в драке ни на что не гожусь!' Маг кинул в ответ взгляд, полный благодарности и обожания. Он даже и не думал спорить: 'Ты — самая лучшая. Но сейчас всё же побереги себя, будь как можно более осмотрительна'. И кинулся помогать Трею, который вряд ли стал бы возражать учителю, взявшему на себя смелость 'позаимствовать' у воспитанника пару-тройку врагов. Сам герцог-ведьмак, в нарушение всех правил придворного этикета, носился по искусно сервированным столам, расшвыривая изысканные блюда, разве только не приговаривал, для полного сходства с героем Леонида Куравлёва из 'Иван Васильевич меняет профессию': 'Икра чёрная, икра красная, икра заморская баклажанная'. Но Марина это представление не видела, а кроме неё никто из присутствующих не провёл бы аналогий с мнимым князем Милославским. Кто-то сдёрнул скатерть, кто-то ударом меча надвое развалил столешницу — Трею всё нипочём, продолжает словно бы шутя выделывать изящные пируэты, и это выглядело бы даже забавно, если не брать во внимание всю серьёзность ситуации.
Кто уж точно не походил на человека, поставившего перед собой цель позабавить публику, так это Демиан. Не до того ему было. Мятежники, угадывая в хозяине Теллариона опасного врага, прекрасно осознавали, что Магистра необходимо устранить во что бы то ни стало, и чем скорее, тем лучше. Поэтому Демиан волей-неволей оказался в самом центре заварушки, точнее сам послужил этим центром. Недостатка в противниках он, ясно дело, не испытывал. Отшвырнув ногой тяжёлый стул, ведьмак, не глядя, сгрёб в пригоршню со скатерти несколько вилок и ножей (хорошо хоть остро наточенных перед тем, как попасть в прибор знатного гостя!) и веером швырнул в группу устремившихся к нему заговорщиков. Не теряя драгоценного времени, немыслимым для человека прыжком прянул в сторону, как можно дальше из заведомо невыигрышной позиции, перекатился, уходя от удара. Не вставая с колен, кинул с двух рук — вот уж никогда не подумал бы, что столовые ножи попадают в цель не менее точно, чем отлично сбалансированные метательные. Наверное, всё дело в умении. Двое свалились замертво — одному остриё вонзилась прямёхонько в правый глаз, другому переносицу перебила зубастая вилка и глубоко засела там, достав до самого мозга. Ещё один напрочь забыл о необходимости прикончить телларионского мага — мешала сосредоточиться заливающая правую половину лица кровь, хлещущая из рассечённой брови. А четвёртый силился отыскать на полу отрезанное ухо. Но желающих расправиться с Демианом от этого не стало меньше. Ведьмак сиганул через стол, едва успев схватить золочёный поднос, большой и тяжёлый, и прикрыться им, за отсутствием иной защиты, от рубящего удара меча. Сильный удар, с замахом, не избегнешь, после никакая регенерация не поможет, будь ты хоть трижды маг. Импровизированный щит распался на две почти идеально ровные половинки, а Дем, отшвырнув обломки, бросился под защиту величественной статуи какого-то князя древности. Давая себе полный отчёт в том, что укрытие его совершенно несерьёзное и увлекаться игрой в догонялки не стоит, Демиан чёрной тенью метнулся обратно. Но не остановился на прежнем месте, а пробежал чуть дальше, не забыв добавить остроты в жизнь жаждущих познакомиться с ним поближе — щедро приправил физиономии преследователей жгучим порошком из кстати подвернувшейся под руку перечницы. Не успели заговорщики прочихаться, как Магистр достиг своей промежуточной цели — ничем, казалось бы, не примечательной стены прямо за тронами Верховного князя и княгини. Ничем, кроме совершенно бесхозных парных мечей. Если бы авалларского оружия там не было, Демиану пришлось изобретать иной план, но сейчас ему оставалось лишь порадоваться своей удаче — клинки в руках, не декоротивное, бесполезное в бою оружие, как он поначалу опасался, а настоящее, с прекрасной балансировкой, бритвенной остротой, кажущееся почти невесомым благодаря потрясающему мастерству кузнеца, создавшего это чудо. Казалось, мечи обладают своим разумом, угадывая даже самое неявное, неоформившееся еще намерение фехтовальщика, подчинялись малейшему усилию мышц кисти. Единственное, что насторожило ведьмака — некое заклинание, наложенное на замечательное оружие, но магия эта не виделась ему хоть сколько-нибудь опасной. И всё же странно, что больше в зале не было заметно внимательному взгляду никакого мало-мальского оружия, да и никто из авалларов не сделал ни малейшей попытки завладеть им, чтобы было сподручнее отбиваться от вооружённых заговорщиков. А ещё — непонятное ощущение, но явно приятное, когда клинки свободно, с какой-то даже радостной лёгкостью покинули унылое заточение ножен и очень удобно, почти привычно легли в ладони. Радужные блики заиграли на отполированной стали, высветили филигранно выполненные вдоль узких лезвий надписи изящной авалларской вязью, будто виноградная лоза расцвела в холодном металле. 'На стороне правды, а не на стороне силы', 'Ни капли невинной крови' — алым раскалённым железом вспыхнули в памяти строки, словно выгравированные на ее скрижалях. Или Демиан успел машинально прочесть их, странно лишь, когда он научился столь бегло разбирать замысловатые, стилизованные 'под старину' письмена неродного ему языка. Но не до того сейчас, в опасной схватке нужно быть свободным от пространных размышлений на отвлечённые темы. Да и перспектива сражаться притиснутым к стене Демиана нимало не прельщала. К тому же, вид оружия, которым он располагал, требовал открытого пространства, раздолья для манёвров. Воспользовавшись далёким от правил честного боя приёмом своего предшественника, молодой Магистр телекинезом накинул на двух ближайших к нему противников лишь ограничивающую движения мантию, вот только вовремя среагировать, в отличие от него самого в недавнем прошлом, аваллары не сумели. Зато ведьмак прекрасно сумел воспользоваться подвернувшейся возможностью и прорубить себе 'путь на волю', пока враги бестолково барахтались, пытаясь высвободиться из сети опутавшей их плотной ткани. Нечестно, ну так что ж, — вдесятером на одного — тоже не слишком-то по-честному. Да и благородно подыхать Демиану как-то не улыбалось. Сегодня, по крайней мере. Ну не обладает он такой непростительной роскошью — по-идиотски рисковать своей жизнью! Пока еще по праву занимает Серебряный престол. И не выполнил и половины из задуманного.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
