- Нет, спасибо. Я не желаю ни говорить с тобой, ни видеть тебя, - отвернулась я, стараясь не смотреть в его просящие глаза, чтобы не попасть под влияние чар Кея.
- Без тебя плохо.
- Еще бы. Не над кем издеваться. Как ты меня нашел?
- Детективное агентство, - не стал скрывать солист "На краю". Как же хорошо, что он не стал устраивать никаких публичных выходок, которыми меня так пугала Настя!
- Агентство? Ни фига себе! - искренне изумилась я. - Да у тебя вместо мозгов в голове легион тараканов завелся - какая капуста? Звездный мальчик, зачем тратить деньги на то, чтобы меня нашли какие-то детективы?
- Потому что ты дорога мне, - ответил Антон, и его слова звучали очень просто и честно, но я в них не верила при всем своем желании. – Люблю тебя.
- Прекрати. Я больше не поверю тебе, - отозвалась я. - Допивай кофе и проваливай.
- Просто поговори со мной, - нормальным, человечески голосом произнес он. Его ладонь коснулась моего плеча. Я вздрогнула. Одновременно меня тянуло к человеку, посмевшему играть моими чувствами, и отталкивало от него.
- Не касайся меня. Мне это неприятно. Я не хотела тебя видеть! Я даже уехала. Спряталась. Чувствую себя идиоткой. А теперь ты хочешь поговорить со мной? О чем же?
- О нас.
- Кто такой Онас? - притворилась я еще большей дурочкой, чем была на самом деле.
- Я ублюдок, знаю, но я не прошу у тебя ничего, кроме как разговора. Выслушай меня, малышка? – он попытался вновь коснуться меня.
- Хватит меня так называть? Ты тупой? Я - Катя, Катя и еще раз Катя. И не прикасайся ко мне. Не смей.
- Я тебе неприятен? - Демонстративно убрал руки за спину парень.
- Очень. Меня раздражает, что ты ведешь себя: то как Кей, то как Антон. Прекрати кривляться.
- Я пытаюсь понять, кто из них тебе нравится больше! - вдруг закричал он, и мне почудилось на пару мгновений в его голосе затаенную боль. - Ты так и не выбрала!
Откуда у такой свиньи боль? У тебя галлюцинации.
- Может быть, больше всего мне бы понравился ты сам, а не твои образы? - логично спросила, почувствовав себя в этот момент очень взрослой.
- Малышка... хорошо-хорошо, Катя, - он покорно поднял руки вверх, - скажи мне, кем я должен быть для тебя, и я все сделаю. Я буду Антоном, Кеем, кем угодно.
Я покосилась на него с удивлением.
- Видишь, до чего ты довела меня? - усмехнулся он.
- Веди себя так, как ты ведешь себя с другими, - поспешно сказала я. Ну, когда же он свалит и оставит меня в одиночестве?
- Обычно я веду себя как Кей. Я и есть Кей, наглый, самоуверенный и мерзкий тип - ты ведь так отзывалась обо мне? - Вспомнил он мои слова.
- Так. А Антон? Он просто выдуманный, да? - с надеждой спросила я.
Солист "На краю" задумчиво покачал головой.
- Нет. Как он, я веду себя редко, тогда, когда хочу быть самим собой. Старым самим собой.
- Я не понимаю тебя. И вообще... уходи!
- Детка...
- Катя. Для тебя только Катя. Это ведь не трудно запомнить? - обозлилась я. Мне казалось, что он издевается надо мной.
- Я не понимаю, почему тебе не нравится, когда я называю тебя ласково. Девочки любят ласковые обращения, тебе-то они почему не нравятся? Почему ты всегда кричишь на меня, стоит мне так тебя назвать?
- Мне нравится, когда меня зовут по имени, - строго ответила я. - Твои "детки", "малышки" и прочее - издевательство. Все, проваливай, Мистер Двуличный.
- Выслушай меня до конца, - он стоял так близко, что я могла бы всего лишь протянуть руку и коснуться его руки. Почему он так хочет поговорить?
Он просто желает навешать тебе очередные тонны лапши на твои прелестные ушки.
- И что будет, если выслушаю?
- Мне станет легче.
- Хорошо, - неожиданно согласилась я. - Поработаю психологом. Ты хочешь поговорить - давай, поговорим. На улице. - И я первой вышла из комнаты, сжав пальцы в кулак. Чтобы не заплакать в очередной, тысячный по счету раз, я ногтями впилась в кожу ладони. Боль всегда помогала избавиться от слез - это я усвоила еще в детстве.
- Знаешь, - не оборачиваясь, произнесла я задумчиво, следя, чтобы голос не сорвался, - мне нравились вы оба.
- Оба? Занятно, - он все же взял меня за руку, и я целых пять секунд могла с наслаждением чувствовать его тепло, прежде, чем вырвала ладонь.
- Мне жаль, Катя.
Что же ты с собой сделал, глупый?
Да кто из вас глупый, а?! Я - твое чувство собственного достоинства и внутренний голос в одном лице, официально заявляю, что глупая - ты. То есть я. Черт возьми, и мне тоже больно! Ты-то можешь ныть, а я вынуждена скрывать свои чувства под ехидными выражениями и желчными замечаниями!
Мы молча вышли из дома, не говоря друг другу ни слова и пройдя по дорожке из разбросанных цветов. Я почти с садистким удовольствием наступала на лепестки, специально замедлив шаг, а Антон постарался обойти их – как и в тот раз, около реки, где он не наступал на цветы, когда шел к воде.
Экономка, выглянув из-за угла с телефоном в руках, видимо на случай, если мой таинственной гость окажется опасным, проводила меня и Кея удивленным взглядом. Охрану все же не вызвала.
- Куда мы?
- Просто иди за мной.
Я, изучившая все местные окрестности, уверенно первой вышла за ворота и зашагала по узкой тропинке, к небольшой, но очень уютной полянке, с двух сторон окруженной молодым лесом, а с третьей - монолитным забором, защищающим элитный поселок от проникновения на его священную территорию посторонних элементов. Четвертая же сторона светло-зеленой лужайки была закрыта от посторонних глаз низким кустарником. Здесь, по уверениям Бабы Яги, частенько пускали фейерверки и делали шашлыки обитатели закрытого поселка, когда им успевали наскучить собственные участки. Богатые люди - вообще странные.
- Здесь поговорим, - села я на деревянную резную лавочку-качели, заботливо поставленную здесь администрацией коттеджного поселка. Таких удобных и прочных лавочек было в достатке по всему периметру.
Я думала, Антон сядет рядом со мной, будет беспринципным, как всегда, но он остановился в паре шагов от меня, замерев и опустив голову. Как провинившийся восьмиклашка-хулиган перед учительницей! Восторг. Ха! Сейчас я его морально отпинаю и вдоволь смогу насадиться его страданиями. Жаль, только родителей не вызову.
- Так что ты хотел? - спокойно, как старого друга, спросила я парня, черной тенью застывшего посредине царства зелени. Кепку он оставил в особняке, и в белых волосах самым натуральным образом играло наглое солнце, светившее ему прямо в лицо. Забавная фраза - солнце играет с волосами звезды. Славная метафора. Интересно, а если изобразить эту метафору красками, смогут ли понять нарисованное остальные? Или в лучшем случае примут солнце и звезду за парочку, изображенную художником-чудаком не в виде людей, а в виде небесных светил?
