Валарестон кивнул головой и сказал:
— Понял, папа. Раньше ты мне этого не говорил. Выходит я не должен, я просто обязан остаться и подчинить себе этих противных сарнаохтаров, но тогда я должен полюбить их. Пап, я обязательно полюблю их и докажу им, что я их друг. Пап, а когда вы улетаете?
От этих слов Алмарону стало грустно и он ответил:
— Уже скоро, сынок. Через неделю.
— Тогда я успею приготовить вам подарок, чтобы вы, глядя на него, вспоминали обо мне! — Весело воскликнул Валарестон, соскочил на пол и выбежал из кабинета.
У Алмарона от этих слов перехватило дыхание, но он быстро взял себя в руки и снова повернулся к компьютеру, своему новому увлечению. Для Сэнди компьютер был лишь жалкой попыткой людей расширить свои возможности. Он и к большим-то машинам относился презрительно, а тут какая-то пишущая машинка с чёрно-белым монитором, которая была способна записывать текст не на бумаге, а на тонких дискетах, да, ещё позволяла какому-то глупому колобку убегать от маленьких монстриков по довольно легко прогнозируемому лабиринту, электронная игрушка, в которую этот мудрый маг так до сих пор и не научился играть, хотя эти компьютеры, купленные в Штатах чуть ли не по цене автомобиля, имелись у каждого. Увы, но кроме Валарестона и него никто так и не смог научиться пользоваться этой мудрёной хитрой электронной машиной, но у них ещё было впереди почти двадцать лет. Именно столько лет, согласно гороскопа Сэнди, их сын должен был провести на Земле, прежде чем он сможет подчинить себе сарнаохтаров. Точнее оживить или, скорее, включить их, так по своей сути они действительно были самыми настоящими роботами.
Они давно уже переехали из Зеленодольска в Москву, так как в этом большом городе было жить всё же легче, чем в провинции уже хотя бы потому, что ими никто не интересовался. Одакадзу путём каких-то хитрых махинаций сумел приобрести большую, девятикомнатную квартиру на Кутузовском проспекте, а сам поселился двумя этажами ниже в пятикомнатной. В заповедник Зелёный Дол пришли новые люди, их старый замок был перенесёт на остров Иримиэль, который именно под таким названием был нанесён на карты, а на его месте был построен унылый трёхэтажный кирпичный дом. Валарестон был теперь полновластным хозяином острова своей мамы и у него там имелось множество друзей. Одакадзу каким-то образом сумел убедить почти две сотни японцев, истинных членов клана Яри, и полторы тысячи людей других национальностей, в том числе русских, что теперь их главная задача, беречь покой юного короля и ни о чём другом они даже не должны и помышлять. Ну, кроме личной жизни, разумеется.
По здравому размышлению было решено не увеличивать численности клана. Большая часть японцев жила маленькой колонией на своём собственном острове, а остальные были разбросаны по всему миру и в очень многих странах юный король, его дедушка, бабушка, Варнон и Сэнди могли найти себе не временное желание, а самый настоящий дом. Всё было сделано для того, чтобы их сын рос и учился где угодно, только вот почему-то старший брат его лучшего друга настоял на том, чтобы они жили именно в Москве, хотя Россию вскоре ждали неспокойные времена и на вопрос, почему именно так, а не иначе, отвечал: — "Ребята, забудьте о спокойных временах! Теперь до две тысячи тридцать второго года нигде не будет мира и покоя, так что Москва со всем её беспределом и грядущим бардаком ещё покажется кое-кому раем". Возражать ему и особенно его гороскопам, было трудно. В детский сад их сын не ходил, да, и в школу должен был пойти только в седьмом классе, то есть через восемь с лишним лет, а потому сможет всё это время перемещаться из одной страны в другую, прежде чем наступит его время стать москвичом, который долгое время жил с родителями за рубежом.
Это будет девяносто четвёртый год, один из самых тяжелых для России, но именно тогда их сын, по мнению его мага-наставника, должен будет начать взрослеть и мужать. В принципе то же самое было и с Алмароном, вот только он до той поры жил в доме отца, да, и потом встречался с ним довольно часто, но всё же именно его первые годы жизни в Энейре больше всего на него повлияли и он был счастлив, что тогда рядом с ними были Никса и Сардон. Как это ни странно, но именно они, его сверстники, стали для него, сына короля, самыми лучшими учителями. Последние два года Алмарон очень много рассказывал сыну, а вместе с ним и всем своим домашним о том, как и с кем сражались отважные сынки Папаши Исигавы. Разумеется, он смягчал эти рассказы и не упоминал в них о том, сколько крови было ими пролито, но при этом и не сюсюкал, а рассказывал лишь о том, как это бывает трудно спасти жизнь врага, так сильно ненавидящего тебя, но они всё же делали это и потом обретали преданных друзей, с которыми потом воевали бок о бок.
Все его рассказы были чистой правдой и если для Валарестона они были лишь сказками, то его жену они поражали прежде всего количеством боевых вылазок и их сложностью, хотя как раз этого на его собственный взгляд в них не было. Иногда он рассказывал по просьбе Сэнди, причём наговаривая на диктофон, о действительно серьёзных операциях, когда они преследовали некромантов-карателей или карали жестоких палачей. Вот тогда его слушали с затаённым ужасом даже Талионон и Варнон, зато принцесса Иримиэль и её подруга Зина были совершенно спокойны и даже бесстрастны. Они вообще поражали Алмарона с одной стороны своим здравомыслием, а с другой той страстностью, с которой хотели спасать всех жертв Голониуса и Миравера, даже тех, кто попал под его влияние хотя и полностью, но всё же вопреки своей воли, как старина Конни. На его взгляд они были идеальными кандидатами в академию, но в том-то всё и дело, что учить их было практически нечему, разве что каким-то мелочам. Ну, и ещё сделать Зину и всех остальных людей мардофеньяре.
Одакадзу подготовил отличную армию, пусть и небольшую, состоящую всего из чуть более, чем пяти тысяч солдат, но зато все они были маги-ниндзя и многие уже сейчас мало в чём уступали ему самому, а ведь им ещё предстояло стать мардофеньяре и эккатокантами. Когда он рассказал об этом Одакадзу и своим домашним, а его долгие лекции транслировались с помощью магии на всю Землю, и довольно подробно объяснил, что они все благодаря этому обретут, равнодушных не осталось. За те шесть лет, что Алмарон провёл на Земле, вместе с Одакадзу он увеличил армию до восьми тысяч человек и при этом они ещё и отправили на Эльдамир множество фаеров с боеприпасами для тяжелой артиллерии и морской солью. Всё прочее оружие их уже ждало в этом заснеженном мире. Вскоре им предстояло отправиться туда и самим. Единственное, что они брали с собой, это сайринахампы, холодное оружие, а также средства наблюдения и бытовую технику, такую, как магнитофоны, телевизоры, видеомагнитофоны, фотоаппараты и видеокамеры, да, плюс земные спиртные напитки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
