наверно, она сумеет править мулом. Ну или Ургуш отвезет, все равно бездельничает целыми днями.
– Все равно… У вас скучно, служанок нет, с кем сплетничать?
– Со мной и с Ургушем, – уверенно ответила Фергия и добавила громче: – Слышишь, Фиридиз? Если надоест здесь, приходи, платить стану не хуже! А дорогу небось найдешь…
За кустами захихикали, потом я услышал шлепанье босых ног, и все стихло: Фиридиз убежала на кухню рассказывать другим служанкам, как колдунья сулила ей золотые горы, да только она осталась верна хозяину.
– Давайте к делу, – сказала Фергия, вытерев руки о собственные штаны. – Где обитает эта ваша прабабушка? И не смотрите на меня так, Вейриш, я не шучу.
– Не шутит, – подтвердила Аю и села поудобнее.
Мне оставалось только смириться.
– Наверняка я не знаю. Слышал только, что дядя как-то встретил ее далеко к югу отсюда, на побережье.
– Том или этом? – Фергия ткнула большим пальцем через плечо.
– Западном, – сориентировался я. – По восточному куда лететь-то? Там залив, а потом сплошь суша.
– Не сплошь, где-то там за пустыней есть Великая река, а потом другой океан, Лалира же рассказывала, – напомнила Фергия. – Но вряд ли ваш дядюшка говорил о местах настолько отдаленных, а?
– Именно. Он сказал, там есть небольшие поселения на побережье – проходящие корабли иногда останавливаются пополнить припасы…
– И взять контрабанду, – завершила она и потерла руки. – Ну вот и прекрасно, если двинемся вдоль берега, точно не заблудимся. Когда вылетаем?
– Вы что… – Я на мгновение лишился дара речи. – Вы что, думаете, можно вот так просто взять и отправиться к Иррашье в гости?…
– А почему нет? Думаете, сожрет?
– Не хотелось бы проверять… Меня-то, может, и не тронет, я все-таки родственник, пусть и очень дальний, а вот насчет вас сомневаюсь. Дядя говорил, нрав у Иррашьи крутой, а терпением она похвастаться не могла, даже если судить по легендам. Ну а на старости лет характер у нее окончательно испортился.
– Вейриш, нашли, чем меня пугать! Вспомните мою матушку, прадеда, наконец… Что мне какая-то престарелая драконица?
– Ваши родственники, в отличие от нее, не могут сожрать вас заживо. Или изжарить на месте.
– Это вы так думаете… – проворчала Фергия. – И вообще, не уклоняйтесь от ответа: я спросила – когда вылетаем?
– Завтра на закате, – сказала Аю, и я поперхнулся. – Будет попутный ветер.
– Ветер я сама какой хочешь поднять могу… ну, почти любой, – поправилась Фергия и вскочила. – Отлично, времени на сборы у нас предостаточно!
– А моего согласия вы спросить не желаете? – откашлялся я наконец.
– К чему пустые формальности, Вейриш? Вы же все равно полетите, хотите вы или нет. Это в ваших интересах, не забывайте, и в интересах всей вашей родни. Вы и так тридцать лет и три года плевали в небо вместо того, чтобы заниматься дядиным поручением, и во что это вылилось?
– Во что же?
– В то, что нам придется распутывать кошмарный клубок со всей возможной… и даже невозможной скоростью! Потому что тридцать лет назад противник наш, думаю, был еще не настолько силен, и вы могли бы справиться с ним сами… наверно… – с сомнением сказала Фергия. – А теперь остается только гадать, каких высот он достиг и на что именно способен.
Я же подумал: если этот свихнувшийся древний маг с драконьей кровью в жилах достаточно силен, чтобы совладать с дочерью Золотого Змея, а самого его не подпускать к пленнице на протяжении многих лет, то… Нам, пожалуй, в самом деле нужно спросить совета у Иррашьи. В конце концов, она этому Дженна Дассу если не ровесница, то близка к тому, может, вспомнит что-нибудь интересное?
Мне довелось слышать только общеупотребительную версию ее истории: дескать, полюбила вдового императора, вышла за него замуж… Детей у них не было, но это и понятно: вряд ли император достался Иррашье девственником. Однако сын все-таки появился: Иррашья привела супругу какую-то женщину, а потом назвала ее ребенка своим. Ну а после смерти императора правила до тех пор, пока наследник не вырос. Дождалась, пока он освоится, убедилась, что не пропадет, тогда только и вернулась в родные края…
«А где ее родина?» – задумался я. В истории речь шла об Империи, а та когда-то занимала большую часть материка, еще не покрытого пустынями, зеленого и процветающего, и захватывала Арастенский полуостров, тогда еще полудикий. Да и какие-то западные владения имелись, о них упоминал Золотой Змей, точно.
Скорее всего, Иррашье не пришлось далеко лететь за своим императором. Это теперь она предпочитает уединение, а в молодости, вполне вероятно, жила среди людей и даже бывала при дворе, иначе как бы вообще познакомилась с будущим супругом? Не выкрала же его на спор посреди какой-нибудь церемонии…
– Вейриш! Вейриш!.. – настойчиво повторяла Фергия, и я очнулся. – Вы зачем ушли в себя? Мы вообще-то обсуждаем, сколько брать припасов, и ваше слово тут решающее. Вы же прожорливы, как… как дракон! Но тащить все вам, так что прикиньте, сколько чего мы сможем взять. И не забудьте на мою долю оставить хоть маковое зернышко… А то поселки поселками, но время терять не хочется. Еще и влипнем в какую-нибудь историю, как пить дать…
– Фергия, вы же маг, – вздохнул я. – Вы что, не можете припасы уменьшить? С трупом этот фокус у вас преотменно получился!
– Да, но мы не собирались его есть, – невозмутимо ответила она.
– Только не говорите, что никогда не проделывали подобного с собственными припасами и багажом.
– Вы будто мои сундуки не видели, Вейриш! Если бы я могла путешествовать с вот такой шкатулочкой в кармане, – она развела пальцы, изображая что-то размером с земляной орех, – я бы непременно так и поступала. Но увы: надолго зачаровать вещи не получится.
– Расколдуются в полете, и Эйш упадет, – добавила добрая Аю.
– А как же сказка о принце-ящерице? – не отставал я. – Или лягушке, у вас в Арастене вроде бы такая версия в ходу? Да, точно, вы же сами говорили, что превратить принца в лягушку не слишком сложно, а вот расколдовать…
– Так это практически необратимое превращение, – пояснила Фергия. – Заколдованный человек остается в таком гнусном состоянии, потому что высвобожденная при уменьшении и преобразовании энергия пойдет на поддержание нового облика. Как вам описать… Это замкнутая система!
– Змея, кусающая себя за хвост? – подобрал я подходящее сравнение.
– Если вам так понятнее, то да. А выдернуть хвост у нее из пасти и вернуть все в исходное состояние не всякому магу под силу. Поэтому обычно у заколдованных людей участь незавидная: если в первые же дни новой жизни несчастного не поймает цапля или еще кто-нибудь, если он научится ловить насекомых и не умрет с голоду, не свихнется от страха, все равно… –
