Как мы не старались, а отряду пришлось разделиться. Первая стычка с культистами прошла весьма удачно. Едва мы все спустились по колодцу вниз, и едва прошли по коридору в громадную залу, потолок которой подпирали толстые колоны, как сразу же натолкнулись на нескольких Восставших.
Не знаю, чем они точно занимались, стоя у странного сооружения, из отверстий которого периодически отбликивало всё таким же зеленоватым свечением, но, пока культисты не успели среагировать, мы набросились на них.
— Никого не отпускать, — сказал я, когда мы покончили с ними. — Если хоть один сбежит и поднимет крик…
Но говори, не говори, а всё одно вышло так, как вышло. В следующей подобной зале трое культистов бежали.
— Твою мать! — выругался я.
— Да как их схватишь! — сетовал один из ратников. — Видал, у них руки в железе…
— Не в железе, — поправил Фрол. — А железные. Это не перчатки, а именно руки.
Люди переглянулись и подошли к одному из убитых Восставших. Руки у них действительно были не из плоти и крови. В зеленоватых отбликах они походили на змей.
— А у этого, гляньте, ноги железные! — воскликнул кто-то слева. — Вот же…
Закончить он не успел: из тоннеля, куда убежали Восставшие, послышался мощный топот.
— К бою! — успел крикнуть я, и через несколько секунд в залу ворвалась толпа укутанных в чёрные рясы культистов.
Вооружены они были странными кривыми клинками, напоминавшими больше громадный серп, чем меч.
Бой получился затяжным. Наш отряд «разорвало» напополам. Я увидел, как Фрол и Лузга, да ещё двое ратников, отступили вглубь какого-то бокового ответвления. И с того момента мы так ещё и не воссоединились, блуждая по Пирамиде битый час…
— Там же ничего не видно, — проговорил Первосвет.
— Обойдусь.
Здесь был тяжелый затхлый воздух. Его дух перемежался с запахами какой-то гнили. Чем дальше я шёл, тем нестерпимей становилось. Разумней было бы отвернуть и возвратиться к Первосвету, но упрямая часть моего сознания требовала продолжать идти по этому коридорчику.
Ответвление оказалось не таким уж и длинным, и закончилось высокой прямоугольной залой. Зеленый свет выбивался из круглых отверстий ряда колон, расположенных по всему периметру помещения. На стенах виднелись какие-то письмена выбитые древними людьми Зэм.
Н-да, не смотря ни на что, эта Пирамида будоражила моё воображение.
Сам Тэп её никак не мог соорудить. Значит, уже тогда у него были сторонники. Интересно, что с ними стало?
Скорее всего, их Искры тоже были отобраны и помещены в хранилища. А теперь вновь возвращены, чтобы Восставшие продолжили служить своему хозяину.
Я «высунул нос» из коридора и первое, что бросилось в глаза, так это длинные ряды саркофагов. Подле одного из них спиной ко мне стояла высокая женская фигура.
Ещё раз оглядевшись, я юркнул к колоне, и полусогнувшись подкрался к культистке.
Маска на её лице ничего не выражала. Передо мной стояла абсолютно безэмоциональная личность. От этого даже становилось чуть муторно.
Вытянуть беззвучно меч не получилось. Сталь всё одно заскрипела, выползая из ножен.
Культистка хоть и среагировала, но уже через несколько секунд упала на пол.
— Бо-ор! — послышался негромкий окрик Первосвета. — Что там?
Отвечать я не торопился. Всё принюхивался, приглядывался.
— Ух, ты! — это восклицание издал любопытный Первосвет.
Он вместе с ратниками пробрался ко мне и сейчас выглядывал из коридорчика.
Я подошёл к одному из саркофагов, где обнаружил голое тело какого-то мужчины. В зеленоватых отсветах оно казалось типичным засохшим трупом, только разве что не смердело.
— Это кто? — спросил подошедший ближе Первосвет.
— Человек, — нехотя ответил ему.
Я, очевидно, тоже некогда покоился в подобной штуке. Снова вспомнились туманные образы тех двух разговаривающих личностей: Карла и неизвестного Восставшего, которого эльф назвал Негусом Хатхаром.
Двое ратников не торопились входить в залу, оставаясь у входа и поглядывая с опаской по сторонам.
— Смотри! Стояна! — услышал я удивленный возглас Первосвета.
В саркофаге рядом была обнажённая женская фигура. Примерно с минуту я разглядывал лицо, ища знакомые черты.
— Вот ты где, — заметил я.
Первосвет удивленно обернулся. Коснувшись руки девушки, я ощутил холод её кожи.
— Мертва? — спросил мой друг.
— Нихаз его знает…
Я вытянул нож и приложил его к губам Стояны.
— Ты так странно сказал… знал, что она в Храме? — задал вопрос Первосвет.
— Предполагал.
Выждав минуту, я отнял нож. На лезвии блеснули влажные капли.
— Живая? — с надеждой спросил Первосвет.
— Кажется, да… Стояна! Стояна!
Я глядел на друидку, пытаясь сообразить, как её растормошить.
— А что она тут делает? — спросил Первосвет.
— Ты чего на неё так пялишься? Голых баб не видел?
— Да это… ничего… я не пялюсь…
— Стояна?
Рука у девушки была хоть и мягкой и гибкой, но холодной. Мы с Первосветом попытались вытянуть её тело из саркофага.
— Чего делать будем? — спросил гигант, облизывая губы. — Как в сказке со спящей красавицей?
— Смешно… очень… Стояна! — я пошлёпал друидку по щекам.
— Сюда идут! — послышался сдавленный вскрик одного из ратников.
Я жестом показал Первосвету, чтобы он остался у Стояны, а сам бросился ко входу. Мы заняли позиции по обеим сторонам.
В коридоре послышалось шуршание и тихий говор. Я чуть приподнял голову и мой взгляд упёрся в одну из надписей на стене. Вернее, среди надписей, виднелся схематичный рисунок, на котором был единорог поражающий то ли змея, то ли дракона. Со временем картинка истёрлась, оставив большей частью лишь свои контуры.
В залу вошли две человеческие фигуры.
— А-а! — заорал один из ратников, бросившись на них.
Отсутствие выдержки сыграло свою роль. Едва он достиг культистов, как тут же из тоннеля выскочило еще двое Восставших, вооружённых своими «серпами». Я только успел отметить, как они быстро и ловко расправились с канийцем. Сам же молнией прыгнул вперёд, завязывая бой с ближайшими культистами. Схватка длилась от силы минуту. Первосвет подоспел лишь к её окончанию.
— Куда нам идти? — спросил он. — Мы тут точно, как в муравейнике… заблудились, как… как…
Я склонился над растерзанным ратником.
— Возвращаться надо… Слышишь?
— Да тихо ты, не даёшь сосредоточиться, — бросил я.
Мысли в голове толкались, прыгали, суетились. Трудно было выстроить общий план. В основном думалось только одно: «И зачем мы сюда полезли? Дураки! Ей-ей, дураки! Мало того, что ничего толком даже не разведали, а так наобум, так ещё и малым числом пришли… Надо было возвращаться вместе с тем десятником да Бернаром… Всё, Бор, думал, разберёшься со своим прошлым? А на-ка, выкуси!»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
