- Ты же говорил, что прошел на Шихнас с Белитраны. Если не через портал, то как?
- Драконы, сумеречные пожиратели и некоторые другие твари, слишком крупные, чтобы пройти в арку портала способны скользить сквозь тьму Бездны, перелетая с одного мира на другой. Но и этот путь закрыт для меня. Я смогу выйти из этого мира, смогу преодолеть пустоту и приблизиться к любому другому миру, но я не смогу войти в него. Сеть не пропустит меня. Чтобы войти, необходимо, чтобы изнутри кто-то раздвинул ее узлы, освобождая мне путь. Я бы с превеликим удовольствием перебрался с Шихнаса на Лунник или Поднебесный, но увы... Возможность провести остаток вечности в Бездне меня совершенно не привлекает.
- А Таулус?
- На Таулусе вместо Сети существует установленный Вассианом Барьер. Эффект примерно тот же.
- Но разве сам ты не можешь освободить себе путь?
- Снаружи из Бездны это невозможно. Сеть никогда не отвечает на воздействия со стороны Бездны, во избежание некоторых... неприятностей. Впрочем, это неважно. Ответ - нет. Тем более, сейчас я совершенно лишен силы. Магия могучим потоком бурлит во мне, но она совершенно не подчиняется моей воле. Мой дар закольцован. Все волшебство до остатка переходит в силы, способные поднять меня в воздух, создание непроницаемого щита из чешуи и огненное дыхание. Фактически, я лишен дара магии, хотя непрерывно чувствую его в себе...
Дракон медленно опустил голову на камни и прикрыл глаза:
- А теперь уходите. Уходите, смертные. Оставьте меня одного. За полтора тысячелетия я привык сам решать свои проблемы. Уходите.
Осторожно пятясь, Денгар и Видана вышли из пропахшей серными испарениями пещеры и бессильно опустились на камень.
С того дня больше никто из лесорубов не видел парящее в небесах чудовище. А когда специальная экспедиция Ордена Очищения добралась до потаенной пещеры... Последний дракон Мироздания вновь скрылся в глубинах времен. Пещера была пуста, и только слабый запах серы и разбросанные тут и там чешуйки напоминали о древнем существе, некогда бывшим человеком по имени Ареф.
* * *
Широкие городские улицы были забиты сотнями людей. Безликая толпа непрерывно колыхалась и гудела, занятая своим привычным делом. Туда-сюда сновали лоточники, возле дверей богато разукрашенных лавок стояли зазывалы и старательно перекрикивали друг друга. Медленно катились роскошные кареты и самые обыкновенные телеги. Важно выступали богатые купцы в сопровождении стражей и носильщиков. Городские нищие протягивали грязные ладони, выклянчивая подаяние. Печатая шаг, прошел патруль городской стражи. Ярко сверкали в солнечных лучах отполированные панцири и грозные наконечники копий.
Богатые дома и огороженные заборами особняки соседствовали с многочисленными рынками. На площадях пульсировали водой фонтаны. Вымощенная гладкими плитами мостовая напоминала своей ровной гладью паркет в домах местных богатеев. Многочисленные пивнушки перемежались богатыми гостиницами. На специальных помостах выступали акробаты, жонглеры и менестрели, привлекая множество зрителей. Возле каждого увеселительного места стояли несколько солдат и внимательно следили за порядком, мгновенно утихомиривая дебоширов. Немного в стороне среди беспорядочного нагромождения строительных лесов суетились десятки рабочих, возводя еще один роскошный особняк.
А над всем этим привычным городским бытом возвышался исполинский дворец. Устремлялись в небеса причудливые башенки, ослепительно сверкал хрусталь крыш. Статуи и колонны, барельефы и мозаики взметнулись на головокружительную высоту. Древнейшая память о былых эпохах. Груды золота, потраченные отцом нынешней Императрицы на реставрацию величественного творения минувших эпох, не пропали даром. Исполинская громада Дворца Совета, сооружение, пережившее века и тысячелетия, выглядело гораздо лучше, чем две сотни лет назад, когда стоящий на этом же месте Объединитель молча рассматривал древнюю резиденцию Творцов.
Таулус вновь вступал в эпоху расцвета и процветания.
Денгар и Видана молча пробирались сквозь многолюдную толпу, направляясь прямо к распахнутым настежь громадным воротам Внутреннего Города. Стражники равнодушно проводили взглядом молодого парня и девушку в простом непритязательном платье.
Сегодня - День Империи. Единственный день в году, когда Императрица выходит к народу.
Бесчисленные толпы желающих взглянуть на властительницу Мироздания с самого утра не покидали громадной площади перед Дворцом Совета. Любопытствующие толкались, отпихивали друг друга и громогласно выкрикивали проклятья, стараясь пробраться поближе к окруженным тройным кольцом стражи ступеням, куда скоро предстояло ступить ноге Императрицы. Особо рьяно проталкивающихся вперед зевак утихомиривала с трудом прокладывающая себе путь в толпе городская стража.
Денгар и Видана с мрачными лицами остановились немного в стороне от беспорядочной толпы любопытствующих. День Империи не слишком занимал их. Гораздо важнее было вовремя попасть во Дворец, где в древних запечатанных коридорах их уже ждал Памфил. Вчера он прислал известие о том, что некоторые из издревле запертых покоев древней части Дворца Совета наконец-то удалось вскрыть. Обнаруженные там загадочные артефакты уже вызвали неописуемый восторг среди Магистров Ордена.
Надежно угнездившийся в кармане Денгара свиток с печатью Ордена обеспечивал им беспрепятственный проход внутрь. Но как попасть во Дворец, минуя эту толпу?
Присев на беломраморный постамент исполинской колонны, увенчанной мягко переливающимся в солнечном свете шаром из неведомого материала, Денгар и Видана задумчиво взглянули вперед. Их глаза видели только спины десятков тысяч столпившихся на площади зевак, но насыщенное волшебством магическое зрение говорило им куда больше. Они видели смазанную кляксу человеческих чувств и желаний, отмечающих многотысячную толпу. Они видели напружинившихся Императорских стражей и ощущали их грозную готовность и беспощадную целеустремленность. Видели пробивающихся сквозь толпу городских стражников. Привычная рутина и усталость. Они чувствовали спокойную уверенность буквально излучающих магию волшебников, призванных охранять правительницу Империи от связанных с враждебной магией неприятностей. Мятущаяся суетливость слуг во дворце смешалась с заносчивой гордостью знатных вельмож.
На богатую ковровую дорожку ступила Императрица. Средних лет женщина, с несколько тяжелым подбородком и решительно сжатыми губами. Темно-серые глаза и белокурые волосы. То есть все то, что изображали на портретах Ее Императорского Высочества, которые можно было купить в лавках по всему Мирозданию. Но вот что открылось магическому взору...
Императрица ощущалась как утыканный острейшими иглами совершенно непроницаемый шар. Магический щуп, на мгновение коснувшись этого шара, молниеносно отпрянул, съеживаясь и распадаясь, а Видана и Денгар пошатнулись, ощутив сильный приступ дурноты.
- Кольцо, - прошептала Видана, с позеленевшим лицом держась за живот. - Кольцо Раканаса.
И это действительно было кольцо Раканаса. Могущественнейшая магия, порожденная этим древним артефактом, закрывала Императрицу сплошным коконом несокрушимой защиты. Собственно, кольцом этот предмет только назывался, являясь на самом деле простым металлическим обручем, который следовало носить на голове как какую-то простенькую корону. Во всех мирах сохранилось всего три таких кольца. Два из них находились в хранилищах Ордена Очищения как величайшие реликвии древних эпох. А третье... Последнее известное кольцо, украшенное золотом и бриллиантами, служило короной Великой Императорской Династии. По легенде это кольцо некогда принадлежало самому Объединителю, который добыл его в бою, сняв с головы поверженного врага. Так это было или не так, сейчас по прошествии двух веков доказать было трудно.
Орден предпринимал бессчетное количество попыток, стремясь воссоздать подобные артефакты. Тщетно. Древняя магия колец по-прежнему оставалась совершеннейшей загадкой. И если действующих шрокенов на складах Цитадели хранилось несколько десятков тысяч, то защитных колец Раканаса было всего два...
