Врач был награжден орденом Св. Станислава 2-й степени и вернулся на родину. О преемниках Ф. Арнета известно еще меньше – мы не знаем даже их полных имен… Ими стали русские врачи А. Тарасов и П. Чертороев, работавшие при Дворе Государыни Великой Княгини в начале шестидесятых годов. А. Тарасова сменил коллежский ассессор П. Чертороев в связи с тяжелой болезнью предшественника. Чертороев начал службу при Дворе Ее Высочества еще в 1851 году в скромной должности лекаря (РГИА. Ф. 479, оп. 1, д. 1433, 1867 г.).
Бесспорно, что наиболее яркой в человеческом и профессиональном плане личностью среди врачей, лечивших Великую Княгиню, был Эдуард Эдуардович Эйхвальд. Официальные сведения о нем содержит «Формулярный список о службе и достоинстве»[181]: «Родился в 1837 г. марта 31 дня, лютеранского вероисповедания. Холост. Родового или благоприобретенного имения нет. Окончил курс Императорской Санкт-Петербургской Медико-хирургической академии со степенью лекаря с отличием, награждением золотой медалью и премией Заслуженного профессора Буша. Приказом № 28 от 28.06.1859 г. определен сверхкомплектным лекарем по военно-медицинскому ведомству с прикомандированием ко 2-му военно-сухопутному госпиталю с обязательством прослужить 5 лет за бесплатное учение, за прослушивание лекций и за выдачу годового не в зачет жалования лекарского набора хирургических инструментов[182]…». С 13 сентября 1860 года молодой врач был зачислен в штат родной Академии ассистентом при кафедре общей патологии и терапии при диагностической клинике. Из Списка известно, что Эйхвальд 12 января 1863 года получил степень доктора медицины и «с Высочайшего соизволения командирован 1 февраля с.г. за границу с ученой целью на два года». Далее в деле содержится обширная переписка между Президентом Императорской Медико-хирургической академии П.А. Дубовицким, Военным Министром, Министерством Императорского Двора о переводе Э.Э. Эйхвальда в штат медиков Великой Княгини Елены Павловны. Переписка завершилась документом, подписанным графом В.Ф. Адлербергом: «…объявлено в приказе по Министерству Императорского Двора от 7 июля 1866 г. за № 13 о зачислении адъюнкт-профессора МХА Э.Э. Эйхвальда доктором при Ея Императорском Высочестве с оставлением его в должности, занимаемой при Академии…».
Так начались годы работы Эдуарда Эдуардовича с благодарной пациенткой, ставшей его единомышленницей и помощницей в реализации передовых идей по развитию отечественного здравоохранения. Врачу была предоставлена служебная квартира в Михайловском дворце, а также оклад, включавший «содержание, столовые и экипажные средства» до 4 тысяч рублей в год (сумма, в 4.5 раза превышавшая оклад молодого лекаря). Формулярный список бесстрастно свидетельствует об успешном прохождении службы, о быстром получении очередных чинов (1866 г. – надворный советник, 1870 г. – коллежский советник, 1871 г. – статский советник) и орденов. Документы содержат также информацию о ежегодных (с 1866 по 1870 гг.) отпусках Эйхвальда из Академии с сохранением получаемого содержания в связи с сопровождением Елены Павловны за границу для лечения, сроком до 4 месяцев. Следует заметить, что доктор органично вписался в атмосферу интеллектуального Двора Елены Павловны, став другом многих посетителей салона Великой Княгини. Об Э.Э. Эйхвальде оставила добрые воспоминания баронесса Э.Ф. Раден. Академик А.Ф. Кони (1969) в своих записках отметил, что доктор «блистал саркастическим юмором и самыми разнообразными знаниями».
Идея об организации Института для усовершенствования врачей впервые, по-видимому, возникла у лейб-медика Н.Ф. Здекауера и была обсуждена им в одном из писем Н.И. Пирогову. Можно думать, что подобные мысли он высказывал и одному из своих близких учеников – Э. Эйхвальду. Эдуард Эдуардович в течение многих лет говорил о необходимости улучшения подготовки докторов. Наконец, убежденная медиками, Великая Княгиня Елена Павловна решила одну из больниц превратить в учреждение для усовершенствования врачей. Мы должны быть благодарны судьбе за то, что она свела этих двух выдающихся людей. Это привело к созданию учреждения, которое впоследствии стало Клиническим институтом – Санкт-Петербургской медицинской академией последипломного образования (Беляков Н.А. и соавт., 1999).
Елена Павловна воспользовалась обширными связями в военном ведомстве, хорошо знакомом ей по службе мужа, и вскоре был подобран прекрасный участок в самом центре Петербурга, рядом с обширным зеленым островом – Таврическим садом. Великая Княгиня обратилась лично к Императору. Приводим итоговый документ о передаче земли для строительства зданий института: «1871 года 1 октября означенную на сем плане под лит. А местность Преображенского плаца, прилегающую к Кирочной улице, протяжением 173 сажени, а по улицам Таврической и Плацпарадной по 111 сажени, всего 19203 кв. сажени, сдал в распоряжение Ея Императорского Высочества Великой Княгини Елены Павловны, на основании последовавшего о том Высочайшего Его Императорского Величества Повеления. Подписал: военный инженер полковник Орловский. Означенную местность принял на основании Высочайшей воли о том Государя Императора и рескрипта Ея Высочества на мое имя 16 августа 1871 г. Подписал: Исправляющий должность Гофмейстера Двора Ея Высочества Тайный советник Оскар Квист 1 октября 1871 г.» (Беляков Н.А. и соавт., 1999).
Начались долгие годы согласований, обсуждений, проектирования. Правильность идеи и явная актуальность для страны создания учреждения усовершенствования врачей позволила преодолеть все бюрократические преграды. В январе 1873 года пресеклась жизнь Ее Высочества. Но не таков был Эйхвальд, чтоб отступиться от исполнения благотворной мысли. Благодаря его энергии были собраны необходимые суммы, приступили к постройке, и 21 мая 1885 года Клинический Институт был открыт для преподавания.
Популярность среди слушателей, студентов и врачей, многие из которых поступали ординаторами в клинику, чтобы стажироваться под руководством Эйхвальда, создала ему обширную практику. Уже в начале своей профессорской карьеры Эдуард Эдуардович обратил на себя внимание постановкой трудного диагноза запутанной болезни, которой страдал начальник Главного Военно-медицинского Управления П.А. Дубовицкий. «Доктор Э.Э. Эйхвальд, – как писали В.Е. Экк и М.М. Руднев, – заявил мысль о присутствии твердой опухоли в передней грудной промежности». В марте 1868 года П. Дубовицкий скончался. Вскрытие, произведенное М.М. Рудневым, доказало правильность диагноза: был найден рак переднего средостения.
Совершенно заслуженно крупнейший ученый и организатор в 1885 году занял пост директора клинического института. К сожалению, здоровье профессора стало внушать серьезные опасения. «В августе 1889 г. к Эйхвальду был приглашен, по желанию Великой Княгини Екатерины Михайловны, профессор хирургии Бернского Университета Кохер. Я навестил Эдуарда Эдуардовича в тот же день. Не успел я войти в кабинет, как он обратился ко мне со словами: “представьте себе, что мне предлагал Кохер. Вырезать пузырь, перерезать мочеточник, вшить его в прямую кишку… всего меня изрезать!.. Я не согласился”. Он говорил об этом таким тоном, как будто дело шло не об нем самом, а о постороннем человеке. Даже в таком безнадежном положении индуктивный ум Эйхвальда заставил его забыть личную опасность».
Кохер сделал разрез пузыря, облегчивший отток мочи. Боли уменьшились; но болезнь шла своим чередом, истощение увеличивалось… Эдуард Эдуардович лежал безмолвный и сердился, когда его пробуждали к интересам жизни, которую
