Одно из ключевых отличий заключается в том, что до 30-го уровня игровой контент и сюжет, с которыми сталкивались игроки, были очень низкоуровневыми, и Сюэцзе оказался одним из немногих игроков выше 30-го уровня в ту эпоху.
Он услышал описание Нимезиды и не мог не поджать губы, думая о том, в чем проявляется разница.
Увидев его задумчивый взгляд, Немезида напомнила: «Ты задумался о льве Торквина?»
Брендель кивнул и не стал скрывать Нимесис. В эти дни он уже привык обсуждать такие вопросы с наездницей, и ощущение, кажется, возвращается в прошлое, заставляя его смутно ожидать: «Игроки истории на Крузе… Авантюристы Круза, знаете ли, такие же люди, как и мы, тащить армию Тохинина до июля, пока Белая Армия не вступит в бой.Война началась в мае, но это было весной и летом На рубеже года, зимой, Белая Армия будет на юге Леру, а их время реакции может быть быстрее. Нам нужно только найти способ немного задержать львиный темп, и мы добьемся успеха». Личность дедушки является большим преимуществом, но Брендель слишком молод, чтобы быть почти молодым. Может унаследовать статус Дариус а в Имперской Армии. К счастью, его стартовая точка также достаточно высока, люди всегда готовы поверить в некоторые суеверия. Я могу выступить в самый раз, чтобы подтвердить некоторые из их визитов. , то у меня все еще есть большие надежды на более высокий статус в будущей армии джихада. «По словам Верони, ситуация в империи бурная, и история уже не та, которую мы с вами видели в своих снах, будь то Ее Величество Королева или Его Королевское Высочество, герцог Людвиг и Бен Керр. военная мощь по-прежнему является храмом, иначе мы должны быть в состоянии определить свою судьбу, если хотим взять на себя инициативу в этой игре. Единственный способ — быть шахматистом, а не шахматной фигурой. У меня все еще есть некоторый Hesitant, но опыт Скарлетт окончательно заставил меня пойти по этому пути. Раньше я действительно думал слишком наивно, думая, что Эруин может быть немного спокойным и найти свой собственный путь от развития Черного Леса. -- А на самом деле, когда наступает прилив, этого никто не скроет, мы с тобой были свидетелями этого... -- Значит, есть кое-что, что я должен сделать и должен сделать, -- ответил Брендель низким голосом. «Урок для южных дворян — это только начало. Они нужны мне как ступенька, чтобы Империя поняла Элу. Из-за существования. Но что действительно может связать Брендель с мечом Святого Дариус а, так это только джихад, но в настоящее время наши силы очень малы, невозможно найти беду эльфов ветра Святого Осора, единственная возможность Только в Тохинине. Выслушав слова Бренделя, Нимесис надолго замолчал.
— Ты сделал это, чтобы спасти маленькую горную девочку? — спросила она внезапно.
«В личном плане так оно и есть», — ответил Брендель. «Это было так, как будто вы планировали спасти нас от Мадалы в Буносуне. В этом нет рациональности, но это естественно для человечества. Вы спасаете нас, потому что вы наш лидер и пообещали защищать каждого члена вашей команды, а я спасла Скарлетт. по той же причине. Я обещаю дать ей свободу и надежду на будущее, и я должен сделать это. немного ".
«Это одержимость». Немезида выслушала слова Бренделя и шевельнула ртом, словно пытаясь найти вторую половину его слов, потому что поняла, что услышанное им «ты» относится к ней. Еще один опыт, но инстинктивно рыцарь с ней не согласился, она думала, что это просто ее сон. Но на этот раз она не ответила окончательно на опровержение, поэтому ответила.
«Эта одержимость является движущей силой моего возвращения в этот мир». Брендель ответил: «Я не хочу сдаваться во второй раз, сестра».
— Я не… — наконец вздохнул Нимесис. "Ну, я хочу сказать тебе немного, Брендель, ты слишком зависим от всего, что когда-либо видел во сне, я не знаю, почему Ты всегда веришь в этот сон, как будто он был на самом деле. Но после все,мечты мечтами.Для меня самая большая помощь мне это дать мне другой жизненный опыт и заставить меня быстро повзрослеть.Встать и выделиться среди сверстников,но я так и не придумала что-либо доказать из этого сна,потому что тогда мир был бы для меня слишком иллюзорным». «А когда я с тобой, я как будто вижу другого себя. Ты всегда очень дальновиден, но чем больше ты полагаешься на эту мечту, тем больше ты не можешь Избавься от него. Это для тебя - для сеньора, для графа империи..." Всадница посмотрела в глаза Бренделю, помолчала и ответила слово за словом: "Это кажется слишком ребяческим".
Брендель был совершенно ошеломлен там. Он никогда не думал, что Нимесис скажет ему такие вещи, но тон другого человека был точно таким, как он учил его, как стать квалифицированным Главой человека.
— Но… — ответил он.
Нимесис, казалось, ожидал того, что он собирался сказать, и покачал головой: «Ты уже знаешь, что делать, Софи».
Брендель застыл, словно пораженный молнией, глядя на всадницу, как на демона.
— Именно из-за того, что ты полагаешься на этот сон, ты не можешь поверить своему собственному суждению, — покачал головой Нимесис и снова сменил имя: — Теперь ты понял?
Брендель задержался надолго, как бы только для того, чтобы понять смысл женщины-рыцаря, он внимательно посмотрел друг на друга: «Вы имеете в виду, что я должен проанализировать, что сделал бы Лев Торхинин?»
"Ты только что хорошо проанализировал это? Я когда-то учил тебя, как анализировать задачу и как организовать темп задачи. Сегодня я, по крайней мере, вижу, что ты хорошо усвоил," Нимейси слегка улыбнулась: "Если бы я была твоей сестрой в школе, тогда я должен быть очень рад, но, к сожалению, это не так. И вы не Софи, Брендель, у вас больше знаний, чем могло бы быть у Софи, вы Египет. Лорд Луин, вы должны понять это. дыхание.
Он снова перевел взгляд на карту.
— Ну, я вижу, — мягко ответил он. «Короче говоря, мы все еще расставляем приоритеты, чтобы расставить задачи. Поскольку гости прибыли первыми, мы, как хозяин, естественно, не можем пренебрегать гостями. Это элевсинская древняя дворянская манера поведения Дуэ». Нимезида кивнула. "Вот и все."
В последней части Winter Toddler Moon глаза всей империи были прикованы к войне, которая была неожиданной и неожиданной. В этот день армия, собранная графом Джинном и графом Алконсом, наконец прибыла на холмы Фуюнь.
(Продолжение следует.
