А вообще, я не просто так отдал им семена. В налоге, что они отдали продукцией, значилась оленина, четверть от общей массы, и различные травы, коренья, овощи: петрушка, укроп, сельдерей, свекла, кабачки. Где они их взяли, конечно, вопрос, но староста там совсем не дурак, мог и где-то прятать, надеясь, что рано или поздно Ужас и гоблинские набеги уйдут и жизнь наладится. Но и ему надо расширять ассортимент, повышая тем самым прибыль. А где прибыль, там и большая отдача с налога. Да, я та ещё меркантильная зараза, все жить хотят.
В сельхозпоселение я подъехал аккурат к началу посадки. Староста тоже был здесь, чем вызвал немалое удивление у Крошина. Тот переводил взгляд с меня на Гдитсирда, и что-то у него не складывалось. Но потом он плюнул, махнул рукой и объявил начало посевной. Я так же занимался тыквами: копал, вносил первичные удобрения, ходил за водой, поливал. От местных лопат я отказался, с удивлением для самого себя достав из инвентаря ту, что работал в Кварцевой жиле. Надо же, машинально убрал в инвентарь, как делал это с веткой, с которой сроднился за это время. А вот с лопатой сродниться не получилось, казалось, руки жгло и оттягивало ещё сильнее, но я лишь крепче сжал зубы и рукоять, и на ней так же оставив отпечатки ладоней. Похоже, это становится моей традицией. Первичное удобрение взяли из компостной кучи, куда складывалась ненужная органика, оставшаяся с прошлой уборки урожая, и сорняки, пропалываемые в течении недели. Все это складывалось слоями, прело и перемешивалось, за семь дней как раз доходя до нужной кондиции. А после того как появились феи, они своей магией воздействовали на яму, что сделало удобрение ещё лучше. Но феи ещё и после посадки и полива проходили участки, дополнительно воздействуя на них. Надеюсь, это даст хороший результат.
Здесь же состоялся крайне необходимый мне диалог.
— Слушай, а почему поле с пшеницей только одно? — издалека спросил я Крошина.
— А куда нам больше? Мы и не едим почти её. Так, иногда хлеб сделаем, да и то редко. А куда её ещё?
Да уж, ел я этот хлеб. Мука для него, судя по всему, перетиралась вручную. А это не очень удобно, согласен. Вот и ещё одна проблема, которую надо решить.
— А если появится стимул использовать? — уже чуть ли прямо спросил я.
— Стимул? — задумался Крошин. — Стимул это хорошо. Я слышал, люди из пшеницы пиво делают, но нам такое не по нутру. Так что для появления стимула должно произойти что-то совсем неординарное.
— Например, нормальная мельница? — предложил я. — Тогда муки станет больше, можно будет печь нормальный хлеб.
— Хлеб? — переспросил глава. — Хлеб это хорошо, но пока нет мельницы, всё это пустое.
Но сомнение уже поселилось. Хорошо.
— Вот фасоль выращивать, — продолжил он, — это другое дело.
— Фасоль? — переспросил я.
— Ну да, фасоль. Магриш вчера угощал, вполне неплохо на вкус и вносит разнообразие в бесконечную дятлятиновую диету.
— Ну значит ещё угостит, только теперь его сын.
— Угостит, конечно, но как сказал отец, ныне замковый повар, — явно поддел меня Крошин, — до скончания веков её не хватит. А хотелось бы.
Не понял, это мне сейчас такой намёк сделан, что нужны новые поля? При том, что я того же самого добиваюсь? Чудны дела твои, Камнеродженный.
— И что для этого надо сделать? — прямо спросил я.
— У нас инструмента не хватает, почти весь свой мы были вынуждены отдать на канал для реки, что севернее стены уйдёт, — тут же перешёл к делу Крошин. — Если сделаешь, мы сможем обустроить новое поле и посадить там фасоль.
Вам предложено задание «Посильная помощь l»
Изготовьте 10 лопат, 10 граблей и 10 тяпок и передайте их главе сельхозпоселения Крошину
Награда: новое посевное поле
Штраф за отказ/провал: отсутствует
ВНИМАНИЕ: личное участие в изготовлении должно быть не ниже 50 %
Я ликовал. Правда, если бы не было никаких последствий, я бы прямо тут расцеловал Крошина. Задание, конечно, не на раз-два, но вполне выполнимое. А тем более мне, уже умеющему работать с металлом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тепло попрощавшись с ним, я поехал обратно, к Каменному спуску. Но не через ворота, а с северной части холма. Захотелось посмотреть, что там за работы начались по прокопке отводного канала реки. Увиденным я остался доволен. Хагвед, новый, точнее, единственный землекоп в компании ещё пяти гномов расчищали будущее искусственное русло от высокой травы, работая и лопатами, и тяпками, и даже кое-где граблями, создавая ими форму канала. Завидев меня, землекоп отсалютовал уже ставшим привычным для моих гномов образом, дважды стукнув в левую часть груди правым кулаком. Его жест повторили остальные гномы.
В деревне все было спокойно. Ордрин, увидев меня, уже хотел было снова выдвигаться в лес, но я не дал. Как бы хорошо не работали ауры Аастии, на многих ещё висели дебафы от призраков. Пройдут они где-то через час, а значит отдых продолжается. Мне же это только на руку, будет время посмотреть, что там с садом.
Оказалось, всё хорошо. Я как раз успел к моменту посадки семян. Правда, как для меня, так и для жителей деревни это был новый опыт. И если с ними понятно — гномы и земледелие малосовместимы — то я в прошлой жизни сажал только малину на даче, да и то черенками. Выручили феи, в особенности Аастия, подсказавшие технологию. Не знаю, как оно в реале, а здесь выглядело забавно: в маленькие лунки клали несколько семян одного вида и присыпались землёй. Лунки делали на расстоянии примерно двадцать сантиметров. Изначально хотели сажать вперемешку, но потом решили разделить и сделать рядами — ряд малины, ряд ежевики и так пока площадь и семена позволяют. В итоге вышло по четыре ряда, по тридцать лунок в каждом. Довольно неплохо. Сразу же после посадки всё полили, а феи прошлись своей магией.
А во время работ Ас рассказал мне, как первая группа победила своих призраков, напавших на них в не меньшем количестве, чем на них. Оказалось, во всём виновата Кернисс. Она сумела подчинить лича, который то ли случайно там оказался, во что верилось слабо, то ли контролировал всю эту толпу нежити, что больше похоже на правду. Правда, предварительно его истыкали каменными копьями жрецы, что и позволило Ведьме провернуть свою любимую тактику. Лич и разгонял призраков, низводя их до состояния эктоплазмы. Они, кстати, свою тоже собрали, как и кости скелетов и ржавый металл. Правда, такими темпами этого хлама скоро станет больше, чем артефактов демонов.
После посадки я решил поговорить с Ведьмой.
— Кернисс, скажи, а твои…
— Наши, — перебила она меня. — Вы ведь об Эйрин и Саттире спрашиваете?
— Ну да, — буркнул я.
— Так вот, они наши, — с милейшей улыбкой вернулся она сказанные мной же слова.
— И по поводу наших, — выделил я слово, — Охотников у меня есть вопрос: как долго они могут находиться в лесу?
— Долго, лорд, очень долго. Если вы не заметили, солнечный свет больше не причиняет нам вреда. И деревья тоже дискомфорта не доставляют.
— Рядом с тобой — верю, что долго. А без тебя?
— Вы и такое знаете, лорд, — после полуминутного молчания тихим шёпотом, на грани слышимости сказала Кернисс.
— Так сколько?
— А вам зачем вообще?
— Хочу отправить их на разведку в район хуторов. Не нравится мне там активность демонов.
— Тогда лучше ночью, лорд. Темнота по-прежнему даёт нам больше сил. Можно даже этой ночью.
— Значит, этой ночью, — кивнул я. — Но выдвигаться им, наверное, сейчас, чтобы потом не тратить время на дорогу.
— Да, так будет лучше, — ответила она. — Я передам им.
На том и решили. Уже собираясь на новый раунд борьбы с нежитью, мы были вынуждены задержаться. И снова из-за поговорить. Жрец, превратившийся в машину смерти во время битвы в Городе, попросил разговора наедине.
— Лорд, вы, конечно, видели, что со мной произошло в Городе, — начал он без предисловий.
— Конечно видел, — кивнул я. — Ты как будто взбесился и посылал заклинания одно за другим, одно за другим. Причём Света.
