может похвастать, что хорошо знает Бергмана».
– Он… он страшный человек, – выпалила она и испуганно закусила губу.
– С чего вы взяли? – спросила я как можно спокойнее.
– Он… я знаю. Не спрашивайте откуда. Я узнала его… – как видно, она решила, все приведенные ею аргументы впечатления не произведут, и добавила в отчаянии: – Я не сумасшедшая.
«Большинство сумасшедших именно это и утверждают», – хотелось ответить мне.
– Вам снятся сны? – вздохнула я.
– Да, – теперь она смотрела на меня с надеждой. Верила, что я смогу ей помочь? Да я и себе помочь не могу. – Это началось после того, как я впервые зашла в магазин. Такие яркие сны. И я… я знаю продолжение. Уже когда не сплю… знаю, что случится дальше. Точно вспоминаю. Может, я когда-то уже видела эти сны, а потом забыла? Такое может быть?
– Не знаю. Я не специалист по снам.
– Вас я тоже видела. И его. Он страшный человек, – повторила она.
– Вы же сами сказали, что видели это во сне. Разве можно доверять снам?
Она кивнула, вроде бы соглашаясь, но страх из ее глаз не ушел.
– Но ведь… почему-то я вижу эти сны?
– Хотите рассказать мне о них?
– Нет, – покачала она головой. – Вы решите, что я сумасшедшая. Я просто хотела предупредить: он… вы ему нужны, – перешла она на едва слышный шепот. – Я не знаю, чего он добивается от вас, но… нас держали в подвале, вы не помните?
– Конечно, нет, – сказала я как можно спокойнее. – Это же ваши сны, а не мои.
– Меня жгли каленым железом, а он улыбался и говорил вам: «Пожалейте девушку, она долго не выдержит».
– Вас мучают кошмары…
– Я все помню, – заволновалась она. – Помню, во что он был одет, до мельчайших подробностей, помню эту жуткую тюрьму. Вы были в соседней камере и разговаривали со мной. Утешали. Он, наверное, знал об этом, вот и выбрал меня. Я не была ведьмой, я просто лечила людей, – совершенно неожиданно закончила она.
Неожиданно, скорее для себя, потому что вдруг пунцово покраснела, а в глазах стояли слезы. Бессилия, обиды? Она думала в тот момент, что теперь я непременно решу: она спятила. Но я была далека от этого.
– Вам приснилось, что вы в подвалах инквизиции? А мой друг – ваш палач? Согласна, сон необычный, но чего только порой не приснится.
– Вы не поняли. Я увидела его уже после. Этого человека… Сначала я зашла в магазин, я даже не знаю, почему. Я хотела выбрать себе подарок на день рождения. И зачем-то зашла туда, просто проходила мимо и подумала: почему бы не зайти? Я не любитель читать книги, если только любовные романы, и то редко. Иногда подруги приносят. Но я зачем-то зашла. После этого все и началось. Я увидела его во сне. Кошмарный сон… Я не поняла, что это как-то связано с магазином, пока не встретила его там. И знаете что? Он меня узнал. Я уверена. Этот взгляд я никогда не забуду. А потом я увидела вас. И в ту же ночь все вспомнила. Он не человек, – она вновь перешла на шепот. – Он – дьявол.
– Послушайте, я согласна, все это довольно странно, но… не стоит путать сон и реальность.
– Это не сон, – отчаянно покачала она головой. – Все это было. Я помню.
– Вы имеете в виду, в какой-то прошлой жизни?
Она кивнула.
– Тогда вам в этой жизни вряд ли стоит бояться… в этой жизни все будет иначе.
– Он хотел вашу душу, вот что, – не слушая меня, произнесла она. – Так и сказал: «Мне нужна ваша душа, дорогая. Тело я и так получу».
А меня покоробило оттого, как мастерски она воспроизвела интонацию Бергмана.
«Ну, хватит», – решила я, и в этот момент она опять схватила меня за руку.
– Он на нас смотрит, – она вскинула голову, указывая куда-то наверх, я повернулась и в окне второго этажа увидела Бергмана.
Майя рванула прочь, оступилась на скользкой плитке и едва не упала, оглянулась, но смотрела не на меня, а на окно «дома с чертями», и вновь бросилась бежать. И тут я заметила, как от ближайших деревьев отделилась темная тень и скользнула за ней.
Я кинулась следом, была уверена, что девушка в опасности.
– Подождите! – закричала я, но она, не оборачиваясь, побежала быстрее, и мужчина в темной куртке, ускорил шаг, и теперь вдруг стало важно непременно догнать его, увидеть его лицо.
Женщина бросилась к трамваю, успев вскочить в него в последний момент. А мужчина исчез так же внезапно, как и появился. Ему хватило того мгновения, пока мой взгляд был сосредоточен на Майе.
«Надо было взять ее номер телефона, – в досаде подумала я. – Где теперь ее искать?»
Тут сразу возник вопрос: зачем искать? Чем я могу помочь? Рассказать, что тоже вижу странные сны? Добавить к этому рассказ о колоде карт, о нашей миссии, и можно смело рассчитывать: девушку это скорее доведет до нервного срыва и уж точно не успокоит. Впрочем, велика вероятность, что она еще появится в магазине Бергмана. Эти воспоминания как наркотик, ты понимаешь, что разрушаешь себя, но остановиться не можешь.
Сейчас меня куда больше беспокоил мужчина. Он следил за ней. Или за мной? Если пошел за ней, то, выходит, первое. Хотя не факт. Допустим, ему важно узнать, с кем я встречалась. А теперь главный вопрос: зачем кому-то за мной следить? А за девушкой?
Развернувшись, я отправилась в букинистический магазин.
Василий Кузьмич мне обрадовался, по обыкновению мы стали пить чай, и я спросила:
– В прошлый раз вы рассказывали о девушке…
– Да-да, – подхватил Василий Кузьмич. – Представьте, она ходит к нам ежедневно. Только недавно ушла. У нее очень специфические интересы, – хохотнул он.
– Святая инквизиция?
– Совершенно верно. Ко всему прочему, она, по-моему, влюблена в хозяина.
– Да?
– Я ведь говорил, она упала в обморок, увидев его. После этого стала о нем расспрашивать. Осторожно, как бы между делом. Но меня не проведешь. – Он вновь засмеялся.
– Посетителей сегодня немного, – выглянув в зал, заметила я.
– Да, наши постоянные клиенты.
Один из мужчин, которого я не раз уже видела в магазине, обратился к Василию Кузьмичу с вопросом, и я воспользовалась этим, чтобы проститься со стариком.
Выйдя из магазина, я немного прошлась. Однако душевного спокойствия не обрела. Недавняя встреча не выходила из головы. Я подумала отправиться за курткой, но только усмехнулась. В конце концов я вернулась в дом.
Бергман был в своем кабинете, туда я и отправилась. Сидя за столом, он
