Снег выпал, как по заказу, 1 декабря, а Платон открыл сезон 15 декабря, хотя можно было уже и 8-го. А закрыл он его 7 апреля, и уже на следующие выходные поход на лыжах стал не возможен. Причём погода все выходные, праздничные и каникулярные дни была в норме, и Платон ни одного дня не пропустил. Да и Ксения в этом сезоне поставила личный рекорд, пять раз составив компанию мужу. Но в этом году и она почувствовала, что силы её стали не то, что раньше. А ещё через две недели снега в Москве и в Подмосковье вообще не стало.
Как и не стало больше дружеского общения Платона с Надеждой.
– «Платон, а почему ты не дал нам почитать свои произведения?» – обиженная, что не узнала первой о литературном дебюте подчинённого, спросила начальница.
– «Так у нас с вами разные столы! У вас – один на троих! А у меня – на одного отдельный! Всё, что появляется на моём столе, не подходит вам! И наоборот: всё, что появляется на вашем столе – не доходит до меня!» – по делу пошутил Платон.
И действительно, словно в шутку, не взаправду, а понарошку, 1 апреля его, наконец, напечатали в первом номере нового альманаха «Литературная республика», причём и стихи и прозу. Прочитав весь альманах, новый автор понял, что его произведения ни в чём никому не уступают. И ему не будет за них стыдно. Более того, он втайне лелеял надежду и на победу.
Теперь этот альманах, имеющий тираж три тысячи экземпляров и международный стандартный книжный номер ISBN, разойдётся по библиотекам, в том числе за рубеж, его будут рецензировать, и о его авторах узнают многие. Ну, вот и наступил мой звёздный час! – решил впервые напечатанный поэт и прозаик.
А через неделю – 8 апреля – в кафе «Алиби» в Ащеуловом переулке, рядом с исторической родиной Платона, состоялась якобы презентация первого номера альманаха, фактически вылившаяся в состязание поэтов на самое юмористическое стихотворение.
Платона, как не члена Союза писателей, или по какой-то другой причине, не предупредили, и он пришёл туда без текстов своих стихов. А по памяти он своих стихов никогда не читал. Поэтому колоритный юморист и сатирик, таким образом, был вынесен за скобки соревнования, которое мог выиграть, оказался как бы ни у дел.
Но автор не унывал, познакомившись с живым творчеством многих своих новых соратников по перу.
Вскоре в его жизнь, неожиданной случайной встречей с Людмилой Саторкиной, вернулась и память о его бывшем товарище и даже соратнике по учёбе – её муже Викторе, давно умершем Чернобыльском ликвидаторе. Но на этот раз дальнейшее общение с нею пошло только через «Одноклассники».
А 27 апреля Платон открыл и так задержавшийся в этом году дачный сезон. Но в саду и огороде ещё стояла вода, потому Платон с удовольствием занялся столярной работой в доме, в котором на этот раз было теплее, чем в прошлые годы.
Ну, вот – сказалась моя осенняя работа по утеплению веранды! – обрадовался заядлый дачник.
Но и дома в Москве стало теплее. Всё чаще дверь на лоджию оставалась открытой для кошек, которые с удовольствием сновали туда и обратно, играя друг с другом в догонялки.
– «Платон! Закрой балкон, в конце-то концов! Сам больной и меня простудишь!» – возмутилась излишней прохладой Ксения.
– «Вообще-то, в конце концов – это самый конец!» – вышел из положения наблюдательный писатель.
Все вечера Платон продолжал интенсивно работать на компьютере, завершая тексты очередных глав своего произведения.
В этом году ему, наконец, удалось закрыть свою предпринимательскую деятельность, которой он не занимался двенадцать лет. Эта задержка была вызвано необоснованным требованием Пенсионного фонда уплатить многотысячную задолженность, якобы образовавшуюся из-за неуплаты авансовых платежей, и это при отсутствии какой-либо деятельности вообще. Но здравый смысл через несколько лет всё же восторжествовал.
Все майские дни Платон по-прежнему столярничал, обивая вагонкой веранду. В саду и огороде всё ещё было очень сыро, но вместе с тем вся территория участка была вычищена от сухих листьев ещё осенью. Но летом эта работа из-за других дел несколько застопорилась. Но всё равно, всё своё свободное время Платон столярничал на веранде и к окончанию сезона закончил эту свою хоть и очень трудоёмкую, но зато и интересную работу.
А из детей его посещал на даче лишь Данила со своей семьёй. В первое же его посещение отметили завершение им и его женой Александрой института и блестящую защиту Даниилом дипломного проекта.
– «Поздравляю, заяц! – начал Платон – А ведь дипломированный заяц – это кролик!» – неожиданно завершил он тост за долгожданный успех сына.
В эти посещения Платон наигрался только с внуком Мишей.
Данила этим летом почему-то не поддержал отца.
Ксения же компанию мужу в спорте составляла лишь изредка, занимаясь или дизайнерским творчеством, или праздным времяпровождением. Платон заметил, что жена теперь пила пиво, как горячий чай, а чай сосала, как пивко – сидя перед телевизором на диване, и поджав ножки.
При этом она иногда досаждала мужу разговорами и обсуждением своих прежних подруг.
Выслушав последние новости о семье Палевых, Платон не удержался от комментария:
– «Да брось ты! Они наверняка спят теперь раздельно! Он ждёт во сне Белоснежку, а она – семь гномов!».
Пытаясь хоть как-то в ответ уесть мужа, Ксения не нашла ничего другого, как обвинить мужа в… худости его рук.
– «Ну, и что, что руки худые? Зато они жилистые и перемещаются с такой скоростью, что ты и глазом не успеешь моргнуть, как он у тебя будет выбит!» – быстро нашёлся он.
Тут же Платон вспомнил, как этой весной ему впервые в жизни пришлось использовать быстроту своих рук, чтобы одним резким ударом левой рукой, с ещё не полностью сжатой в кулак ладонью, сбить с ног зарвавшегося хулигана, но ценой получения перелома сустава основания безымянного пальца, попавшего хулигану точно в лоб над переносицей. Именно наложенный гипс долгое время и не давал Платону возможность поковыряться в земле.
После отпуска он продолжал по утрам будних дней ездить на работу на электричке. Чаще ему удавалось, хоть и не сразу, но всё же сесть.
Как-то сидящий у самого прохода Платон, стараясь всё же сохранить приличия, обратился к стоявшему к нему вплотную несколько развязному полному молодому человеку, надоевшему ему своим вертлявым задом:
– «Молодой человек! А Вы не моли бы свою… 3D убрать от моего лица?».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
