Вот так, намного лучше.
Она распространила присутствие Рилл настолько широко, насколько смогла, и прошептала ей тихонько, чтобы та начала перенаправлять падающий дождь.
Мгновение ничего не происходило.
Внезапно из ниоткуда возник водопад, весь дождь с нескольких акров земли устремился в одну точку.
Он пролился в ров, сбивая богомолов с ног, и за секунды начал наполнять его.
Изможденные мужчины приветствовали его радостными криками, и волна надежды, сходящая от них, прошла по Исане как очищающий огонь.
Легионеры начали наступать сильнее, воодушевленные, отбрасывали вордов в воду, которая становилась глубже с каждой минутой заклинательства Исаны.
Неплохое начало. Но она способна на большее.
Как только импровизированный ров с водой был заполнен, она направила Рилл туда, и с усилием воли и легким движением руки, вода начала кружиться. Скоро она стала ревущим потоком, бегущим вокруг стедгольда, достаточно сильным чтобы сбить богомола с ног и отправить его вертеться по течению.
Она ускоряла и ускоряла его, потом осторожно извлекла Рилл из потока. Исана рассудила, что он еще какое-то время будет нестись по инерции, достаточно чтобы дать легионерам небольшую передышку.
Ворд за вордом падали в воду, чтобы беспомощно барахтаться вокруг стедгольда, снова и снова, а поток тем временем еще углублял ров.
К моменту, когда вода успокоилась достаточно, чтобы попытаться перейти ее вброд, укрепления стали еще выше и неприступнее, чем ранее.
Она повернулась к Первому Копью и спросила. — Достаточно?
Маркус поджал губы, глядя на неудачливого ворда, третий раз проплывающего вокруг стедгольда. — О да, моя Леди, вполне. Спасибо.
Исана кивнула, и сказала, — В конце-концов, я думаю, они смогут переправиться, как иногда это делают муравьи. Или просто набросают достаточно тел, чтобы перейти.
— Скорее всего, — сказал Маркус, — но даже так, это покупает нам время, моя Леди. И…
Ревущий медный звук рога прозвучал из-за пелены дождя.
Потом еще один, и еще, и еще.
Спустя несколько мгновений земля сотряслась, и кавалерия на таургах возникла из темноты, огромные звери топтали и давили вордов вокруг стедгольда.
Армия из пяти тысяч Канимских наездников в синих доспехах, смертоносно владеющих своими секирами, просто отрезали кусок войска вордов.
Это было, подумала Исана, странно похоже на то, как конечность отсекают от тела.
Кавалерия двигалась через вордов клином, отрезая часть врага.
Затем они набросились на богомолов, изолированных от основных частей и разгромили их.
Все действие заняло не больше двух минут, потом таурги исчезли, растаяли в серой дымке дождя и грозы.
После них остались акры мертвых и умирающих вордов.
Маркус присвистнул и покачал головой.
— Я так понимаю, это было впечатляюще? — сказала Исана. — Я имею в виду, кроме очевидного.
— В такую погоду? Вороны, о да, моя Леди. Они отхватили десятую часть врагов за один проход. У них больше не будет преимущества неожиданности — видите, теперь сзади ворды осматривают внимательно все стороны? — но если ворды останутся на том месте, наездники на таургах разотрут их в порошок за один….
Внезапно в воздухе повисла тишина и неподвижность.
Земля перестала сотрясаться.
Единственным звуком был стук капель дождя.
— … раз, — закончил Маркус, его голос показался очень громким среди внезапной тишины, и он тоже замолчал.
Никто не говорил. Никто не двигался.
Даже ворды, видимо, поняли что происходит что-то важное, они впали в состояние близкое к неподвижности.
Напряженное ожидание наполнило сам воздух тяжестью. Издалека долетали вспышки света, пульсации зеленого вордовского цвета.
Звук грома, вызванный ими, не долетел до ушей Исаны даже через несколько секунд.
— Что происходит? — прошептал один из Рыцарей неподалеку.
Валиар Маркус перевел взгляд с мужчины на Исану. Его выражение лица тоже было вопросительным.
Исана покачала головой. — Я не уверена.
Небо на северо-западе горело от нерегулярных вспышек света.
Синих, красных, вордовских зеленых, момент спустя глубоко-фиолетовых, как аметист.
Каждый взрыв цвета медленно угасал, чтобы взамен него появились новые огни.
И все это в полной тишине. Звук грома не сопровождал вспышки.
— Это магия железа, — тихо сказал Арарис со спокойной уверенностью, в его голосе еще звенели стальные нотки. — Три меча. Красный и синий — это Октавиан.
Исана резко вдохнула, — Тави.
Несколько мгновений вспышки продолжали сиять, зеленый против фиолетового.
Затем земля внезапно снова сотряслась.
Невероятно объемный звук, переполненный чистой яростью, опять наполнил воздух.
Через миг гроза возобновилась, ветер поднялся такой, что, в сочетании с трясущейся землей, сбил Исану с ног. Арарис поймал ее перед падением на камни, поддерживая ее одной холодной металлической рукой, в то время как земля тряслась и буря бушевала.
Воины вордов начали издавать свои крики и атаковали защитников снова с фанатичной энергией.
Но они немногого добились этим нападением.
Все еще кружащий поток воды снес их с пути.
Содрогающаяся земля мешала тем, кто добрался до противоположного берега рва использовать уязвимость защитников, которые просто были неспособны что-либо сделать при шатающейся земле и разрывающемся небе.
Молнии начали разить с неба, пролетая над землей как огромные, тянущиеся пальцы, прожигая траншеи в земле за секунды.
Раздался мощный, оглушительный треск раздираемого камня, и одна секция крыши амбара прогнулась, всего в нескольких шагах от места, где они стояли.
— Что происходит? — снова вскрикнул Рыцарь, паника сделала его голос высоким и тоненьким. — Что происходит?
Исана вздрогнула и прильнула к Арарису, ощущая ужас, бессилие и чувствуя себя маленькой перед лицом таких неистовых, разрушительных сил.
Она не знала, как долго это продолжалось. Казалось, будто прошли часы, а могло оказаться лишь несколько мгновений, иначе они уже были бы мертвы.
Затем земля снова понемногу начала успокаиваться.
Шторм начал угасать, ветер и дождь стихали, пока не стали не сильнее любой весенней бури.
— Ворд, — запнулся Маркус. — Ворд!
Исана подняла взгляд и увидела… абсолютное смятение среди врагов.
Богомолы шипели, испускали резкие крики и метались в разные стороны.
Сотни, если не тысячи, созданий были заняты дракой друг с другом — драками с кровавым концом.
Некоторые богомолы рвали тела своих же мертвецов, поглощая их жадно, будто страдали от голода.
