ведь и всяко может повернуться. Историю Явана слыхали?
– Слыхали, как же.
– Вот и я об том же. Нельзя свое горе на других вымещать. Хуже только будет. Ну ладно, не будем о грустном, вам еще многому научиться придется, но самое главное вы уже знаете. Так что давайте выпьем, чтобы у вас все получилось, как у нас с Кугерге.
Сурск. Галка
– Пусть и дальше растет и развивается вольный город мастеров Сурск! Слава ему и слава вам, жителям и творцам его побед!
Я готова повторить эти твои слова, Вышеслав, еще много и много раз. Пусть растет и развивается.
Подумать только, десять лет! А пролетели, как один миг. И почти ни о чем не жалею. Вот только жалко, что детей нет. Видно, как-то с переносом связано. Не дает нам этот мир пустить здесь корни навсегда. Видимо, так мы и останемся в нем мимолетными гостями. Про такую мысль Витек мне сказал, и я думаю, он прав. Про это он заговорил, когда я ему предложила взять молодую наложницу, он меня так обнял и говорит:
– Мы с тобой вместе пришли, вместе и уйдем, Галина Александровна. После нас в мире останутся наши мысли, дела, планы, но нашей плоти ему не надо. Из-за этого нам с тобой и не дает бог детей. Как говорится, мавр свое дело сделал, и он должен уйти. Вот и мы с тобой в таком же положении. Нам надо научить людей всему, что знаем, направить этот мир по новому пути, заложить основы нового образа жизни, вернее не нового, а сохранить настоящие ценности, а не те, что придуманы всякими пиндосами и евриками, гомиками и лесбой. Я тебе говорил, что это не совсем правильный перенос, и мы попали в другой мир. Значит, кукловоду, который организовал подобное, что-то от нас надо. И судя по тому, что мы с тобой еще живы, делаем мы все правильно. Так что будем мы с тобой, Галина свет Александровна, работать на благо того, чтобы здесь не было ни евриков, ни пиндосиков, ни лесбы, ни гомиков. И наша с тобой задача сделать так, чтобы мир этот развивался по правильному пути даже после нашего ухода. Я так думаю.
Долго потом мне пришлось обдумывать эти слова, а затем подняла вверх руку, махнула ею и сказала нерусское слово. Как там в песне: я полагаю, что следует жить. Вот и будем этим заниматься. Тем более что жизнь тут лучше и интересней, чем в любом сериале, показываемом по ящику. Когда бы я могла подумать, что стану театральным режиссером, да и вообще экспертом по культуре. И ко всему в придачу буду определять, чему и как всех надо учить. А ведь так и получилось. Но самое главное, театр всем нравится, на любое представление аншлаг.
Я понимаю, что в царстве слепых и кривой – снайпер. Но ведь люди чувствуют и воспринимают происходящее на сцене не каким-то там органом спереди или сзади, а сердцем и душой. А значит, все происходит правильно, раз другим нравится. И не стоит комплексовать, а надо работать. Много, до черных мушек в глазах. После нас должно остаться ясное понимание, на долгие века, как правильно жить, и что такое хорошо, а что такое плохо.
Глава 3
О том, как город будет жить дальше
Сурск, Вик
– Итак, мастера, позвольте мне открыть первое наше собрание в новом десятилетии. Сразу скажу, спокойной жизни у нас не будет, слишком многое надо сделать. Ну, думаю, вам не привыкать работать в таком режиме.
– А может, не надо спешить? – спросил Путята. – Сделано уже много, надо все в порядок привести, обдумать и новых диковин наделать.
– Это ты верно заметил, мастер. Только вот все это придется делать на ходу, нельзя нам останавливаться. И знаешь, почему?
– Почему? – спросил Путята.
– Жить хочется. Вы что думаете, что мы теперь стали непобедимыми? Мы пока сумели договориться с двумя нашими соседями, и только с отдельными личностями, а не правителями всего народа. При всем моем уважении к хану Атагулу, он контролирует только одну область Булгарии – сам город и небольшую территорию вокруг него. А кроме него есть и другие правители, и гораздо более сильные. То же самое можно сказать и про бека Айдара. Да, пока все знают про наше оружие и боятся его. Но со временем это начнет забываться, да и узнают все, что нас очень мало, – и попытаются захватить. Так что воевать в любом случае придется. И к этому надо готовиться.
– Так что, все было напрасно, как раньше боялись, так и теперь будем всех бояться? – спросил Житко.
– Нет, конечно! Мы ведь эти годы не только боялись, мы отбивались от врагов и заводили друзей, мы создавали оружие и армию. Так что будем жить, но, как говорится, будем готовыми достойно встретить врага. А для этого я предлагаю внести некоторые изменения в наши сложившиеся порядки. Самое главное – предлагаю начать строить новую промышленную зону, в стороне от города. Фактически это будет второй город. Туда перенесем почти все наши производства: оружейное, моторное, металлургию, химию, стекло, керамику, бумагу, всю механику. Здесь оставим только ювелирку. Хотя это надо еще решить, что переносить, а что оставлять. Все мастерские, имеющиеся здесь, будут использоваться как учебные, в них школьники будут осваивать ремесло.
– А где все это строить? – поинтересовался Житко.
– Надо определить. Хотелось бы найти достаточно уединенное, глухое место, чтобы туда просто так никто не стал соваться. Наши промышленные секреты придется охранять, и очень даже тщательно. Первоначально думал устроить на Урге, немного вверх по реке подняться, там есть хорошие места – достаточно высокие, сухие. Там можно и скотину пасти, и леса хватает. Но близко, а может, и опасно будет. Есть предложение поискать на той стороне Волги, там есть глухие, почти непроходимые болота, их и защищать будет легче.
– Если придется защищать такие места, то значит, город уже уничтожен. А этого быть не должно, – высказался тут же Путята.
– Ты прав, конечно, мастер. Но надо быть готовым ко всему.
– К такому развитию событий готовиться не надо, – высказал свое мнение Виряс.
– А вы что молчите? – обратился я к остальным.
– Да говорить-то пока нечего, – за всех ответил Могута. – Обдумать надо такое дело. Тут вроде бы все налажено и работает, а где-то в другом месте придется все сначала делать. Время потеряем.
– Так я и не говорю, что надо все бросить и сразу перебираться
