Читаем без скачивания Орден Ультрамаринов: Хроники Уриэля Вентриса - Грэм Макнилл

— Адепт Цицерин! — закричал один из операторов орбитальных мониторов. — У нас множественные сигналы, отделяющиеся от нескольких объектов на орбите.

— Опознать их! — рявкнул Цицерин.

Оператор кивнул, склоняясь над пультом, его пальцы бегали по нумератору под дисплеем.

— Слишком быстрые для десантных кораблей. Похоже, это орбитальные заряды.

— Определи их векторы! Давай, скорей же! — прошипел Цицерин, опасаясь, что ответ ему уже известен.

Пальцы оператора танцевали по клавиатуре, и от быстро движущихся пятен протянулись зеленые линии, упираясь в изображение поверхности планеты. Вокс-усилитель Цицерина затрещал от внезапного ужаса, когда он увидел, что вектор каждой бомбы почти полностью совпадал с сигналами, исходящими от торпедных шахт.

— Как?.. — прошептал оператор, и его лицо стало серым.

Цицерин поднял глаза к бронированному стеклу окна «Надежды».

— Там кто-то есть…

Почти тысяча человек погибли в первые же секунды бомбардировки, которой Железные Воины подвергли космопорт Иерихонских Водопадов. Боевая баржа «Камнелом» исторгла три залпа магматических бомб на пустынные каменистые склоны, окружавшие космопорт, подняв на сотни метров в воздух куски скал, с идеальной точностью размазывая торпедные установки.

Завыли сигналы тревоги, и орудийные батареи космопорта с грохотом развернулись на позицию стрельбы, в то время как их операторы отчаянно пытались определить цель, пока их самих не накрыло. Несколько наспех благословленных торпед взревели в оранжевом небе, поднимаясь на столбах огненного дыма, и мощные лазерные лучи пронзили вечно безоблачные небеса.

Снова упали бомбы, на этот раз внутрь периметра Иерихонских Водопадов, разрушая здания, выдавливая огромные кратеры и поднимая в атмосферу колоссальные клубы коричневого дыма. Пламя от горящих построек осветило дым внутри и тела, лежащие в обломках разрушенного космопорта. Пораженный самолет рухнул на землю, уничтожая стоящие на земле машины. Огонь пожара перекинулся на их орудия и топливные баки.

Одни бомбы вламывались в рокрит, разбрасывая повсюду смертоносные осколки. Другие падали на взлетные полосы, растапливая их адамантий жаром звезд.

«Мародеры» и «Молнии» на открытых площадках пострадали от бомбардировки больше всех, их просто испарило силой взрывов. Шум и паника были невероятны; небо стало алым от пламени и черным от дыма. Мощный лазерный огонь бил вверх.

Часть попаданий пришлась в крышу главного ангара. Его бронированная конструкция поглотила этот удар, но теперь длинные трещины шли зигзагами по укрепленным стенам и крыше.

На главной взлетной полосе бушевало пламя, горящие озера авиационного топлива извергали клубы дыма, превращая день в ночь.

Ад пришел на Гидру Кордатус.

Глава 3

Первая волна капсул поддержки, запущенных с «Камнелома», приземлилась в клубах огня и дыма, с помощью посадочных двигателей завершив свое ревущее путешествие сквозь атмосферу. В момент приземления удар привел освобождающие устройства в действие, и стенки каждой капсулы раскрылись.

Внутри, как и положено классу «Ветер смерти», располагались орудийные платформы с тяжелой автоматической артиллерией. Как только модули раскрылись, орудия извергли круговой поток смертельного огня. Новые взрывы прогремели в зоне поражения, когда снаряды достигли цели, уничтожая оказавшиеся беззащитными истребители и их пилотов. Боевая баржа прекратила орбитальную бомбардировку, уступив место новым стремительным волнам огня, последовавшим за первыми капсулами. Орудийные башни бронированных бункеров открыли стрельбу по вражеским орудиям, методически переводя прицел с мишени на мишень и разрушая модули точными выстрелами. Но «Ветер смерти» сделал свое дело, вызвав огонь на себя, пока вторая волна капсул стремительно неслась сквозь атмосферу, чтобы достигнуть поверхности без повреждений.

Кроагер крепче сжал рукоять цепного меча и затянул Литанию Ненависти Железных Воинов — в девятый раз с тех пор, как его челнок «Коготь ужаса» покинул пусковой шлюз «Камнелома». Объятый пламенем челнок жестоко трясло при прохождении атмосферы, но, как только турбулентность уменьшилась, он понял, что святотатственные ритуалы и приношения Силам Хаоса все же умерили их чудовищный голод. Шлем Кроагера скрыл его усмешку, пока он следил, как альтиметр в костяной оправе отсчитывает последние метры перед приземлением.

Сейчас они как раз должны войти в смертельно опасную зону обстрела орудий космопорта, но если этот полукровка Хонсю успешно выполнил свою задачу, то заградительный огонь с земли ослабнет или даже вообще прекратится. Кроагер презрительно скривился при мысли об этой дворняжке, поставленной во главе одной из Великих Рот Кузнеца Войны. Такая ответственность была слишком большой честью для ублюдка, и Кроагер ненавидел Хонсю всеми фибрами своей души.

Он оглядел закованных в броню воинов, сидевших вдоль стальных стен капсулы. Их покрытые вмятинами доспехи были цвета темного железа, а тяжеловесный, вычурный стиль свидетельствовал о по меньшей мере десяти тысячах лет истории. Оружие каждого воина было умащено кровью множества пленных, и воздух в челноке пропитался смрадом смерти. Во время полета воинов удерживали на месте ремни безопасности, но взгляд каждого был устремлен на диафрагму люка в полу капсулы, а мысли были наполнены предвкушением грядущей резни.

Кроагер лично выбрал убийц для своего отряда: это были самые кровожадные берсерки из его Великой Роты Железных Воинов, те, кто дольше всех следовал путем Кхорна. Черепа и смерть, любимая пища Кровавого Бога, стали для них самой желанной добычей, и едва ли они когда-нибудь вырвутся из круговорота жестокости и насилия, который поглотил их. Кроагер и сам не раз с головой погружался в неистовую радость убийства, столь угодную Кхорну, но пока еще не полностью отдался безумию жестокого божества.

Стоило воину лишь раз забыться себя в этом багровом тумане, и смерть становилась почти неминуемой, а у Кроагера еще были планы на будущее. Жаждущий крови Кхорн не был особо разборчив: ему было все равно, откуда берется вожделенная влага, и последователи Кровавого Бога часто обнаруживали, что их собственная кровь ему столь же приятна, как и кровь врагов.

Включились тормозные двигатели, и тесное пространство капсулы наполнилось пронзительным воем, похожим на плач баньши. Злобный крик машин показался Кроагеру добрым знаком.

— Пусть кровь будет вашим девизом, смерть — вашим спутником, а ненависть — вашей силой! — проревел он и поднял меч в ритуальном приветствии.

Лишь несколько воинов услышали его слова, остальные были слишком погружены в мысли о грядущей бойне. Это не имело значения; ненавистные слуги Империума, приспешники дохлого бога, умрут, крича в агонии, когда он будет вырывать их души из растерзанных тел. Кроагер радовался шансу нанести удар древнему врагу и молил все силы варпа, чтобы честь пролить первую кровь выпала ему.

«Коготь ужаса» с грохотом приземлился. Чудовищной силы удар пронзил толстые керамитовые пластины доспеха и болью отозвался во всем теле. Едва диафрагма люка открылась, как Кроагер уже был на земле, откатившись в сторону, чтобы освободить путь следующему воину. Густой серый дым, валивший из тормозных двигателей, мешал обзору, а жар от пылающего космопорта, вывел из строя тепловые сенсоры его шлема.

Вытаскивая из кобуры болт-пистолет, Кроагер вознес молитву могуществу Хаоса за то, что тот даровал ему возможность вновь сеять смерть среди врагов.

Адепт Цицерин был на грани паники. На его запросы помощи в цитадели никто не ответил, хотя там уже, безусловно, знали о чрезвычайной ситуации. Одно лишь предположение о том, что существовала вражеская сила, способная обойти следящую систему, а затем приблизиться к укреплениям, при этом оставаясь незамеченной и неопознанной, почти полностью лишило Цицерина самообладания. Он проклинал свою несовершенную органическую составляющую, которая сейчас корчилась от ужаса, и сожалел о том, что не обладает эмоциональной отстраненностью своих начальников.

Настенный монитор показывал, что в наружной стене образовалась брешь, а вокс-сеть была перегружена сообщениями о контакте с противником. Кричащие голоса, искаженные помехами, говорили о гигантах в доспехах цвета вороненого железа, убивающих всех, кто стоял на пути. Цицерин не мог организовать защиту, основываясь на столь невнятных донесениях, а сам хаос битвы…

Хаос.

Само слово окатило тело Цицерина горячей волной ужаса, и внезапно он понял, как именно их враги сумели обмануть сканеры. Проклятое волшебство, порожденное варпом, ввело в заблуждение духи машин, и те не увидели чудовищного зла, приближающегося к Гидре Кордатус.