— Тебе что-нибудь нужно? Комната, пища, а еще что?
— Список всех Верховных жриц и членов Советов общин Обитательниц Тьмы. Еще, наверное, понадобятся данные о мятежниках — не все, конечно, только самые важные и интересные. Хотя я все еще не уверена, что захочу помогать тем, кто не в состоянии сам себе помочь.
— Я обо всем позабочусь. — Бел-Кенеке снова моргнула. — Добро пожаловать домой, Марика.
И она поспешила прочь.
Марика молча смотрела ей вслед. Она была слегка озадачена происходящим. Ей так и не удалось понять, что думает Бел-Кенеке. Может, это сказывается длительное отсутствие тренировки? Семь лет вдали от дома, и вокруг — лишь хорошо знакомые меты…
Бел-Кенеке исчезла за дверью.
— Пойдем, — махнула лапой Марика. Грауэл, Барлог и Помощницы гуськом потянулись за ней, пытаясь не обращать внимания на удивленные взгляды столпившихся на площадке мет. Все вокруг еще долго будут гадать, почему Помощницы не ушли к себе. Марика знала, что домыслы неизбежны. Но до правды все равно никто не додумается, а если отпустить Помощниц, они могут нечаянно проболтаться. Так рисковать она не может.
Ей стоило огромных усилий не заснуть до прибытия Бел-Кенеке. Все остальные отправились спать сразу же после еды, как только прислужницы покинули все еще холодную квартиру. Марика подбросила дров в огонь и попыталась побегать перед ним, чтобы согреться. Слишком много времени провела она в теплых мирах.
Марика остановилась и выглянула в окно. Маленький дирижабль подплыл к монастырю, начал выгружать дрова и, судя по всему, провизию. Наверное, она была не права, когда перенесла главный монастырь общины в Рухаак. Вероятно, следовало выбрать местечко где-нибудь поближе к экватору.
Марика не могла больше бороться со сном. Глаза закрывались сами собой. Она снова подбросила дров в огонь и без сил опустилась в кресло.
Стук в дверь не разбудил Марику. Проснулась она только от скрипа открываемой двери. Марика вскочила на ноги и вскинула винтовку. На пороге стояла Верховная жрица.
— Простите, госпожа, — смутилась Марика. — Я вздремнула немного, а там, в чужих мирах, мы привыкли…
— Ничего, ничего, — произнесла Бел-Кенеке, пытаясь сохранить хладнокровие. — Я все понимаю. Можно?
Она махнула лапой в сторону второго кресла.
— Конечно. Садитесь поближе к огню. Здесь так холодно! Сейчас зима, или погода настолько испортилась? Или, может, я просто позабыла, какой она была?
— Сейчас середина зимы. Самое холодное время. Но нынче и летом не сильно лучше. Ты, вероятно, забыла. Я не помню, чтобы зимы стали намного холоднее с тех пор, как ты улетела. А те, кто занимается зеркалом, говорят, что с орбиты уже видны изменения к лучшему.
— Мой друг Багнель говорил мне, что граница вечной мерзлоты остановилась.
— Говорят, так оно и есть. Поток энергии от зеркал не прекращается ни днем, ни ночью. А когда достроят второе, у нас больше не будет ночи. Что мы, силты, будем делать, когда не станет темноты? — Бел-Кенеке слегка шевельнула ушами, чтобы показать, что это была шутка. — Надеюсь, я еще увижу лето, прежде чем соединюсь с праматерями в объятиях Всесущего.
— Как идет работа над проектом? Багнеля об этом расспрашивать без толку. Он остался таким же убежденным пессимистом.
— Очень хорошо. Мы все еще опережаем график. Сестричества и братья продолжают увлеченно работать вместе, что меня, честно говоря, удивляет. Я была уверена, что к этому времени от их энтузиазма ничего не останется. Но я ошиблась. Думаю, это потому, что те, кто умеет, уже могут увидеть положительные результаты. Но есть еще одна проблема, о которой я говорила.
— Да. Возможно, я знаю, как исцелить этот недуг. Я прилетела, чтобы…
Марика внезапно умолкла. Ей почему-то очень не хотелось говорить. Какая-то часть ее не хотела, чтобы кончилась целая эпоха.
Бел-Кенеке терпеливо ждала. В конце концов Марика заставила себя продолжить:
— Я нашла их!
— Мятежников?
— Да, и Серк.
— Так почему ты здесь? Ты их что, уничтожила?
— Нет. Не хочу делать это в одиночку. По множеству причин. Я прилетела, чтобы попросить о созыве Собрания. Мне нужны все космические корабли всех общин.
— Я была уверена, что ты…
— Нападу на них сама? Вероятно, Серк тоже так думают. Надеюсь, что так оно и есть. Тогда они будут уверены, что я их еще не нашла. Но одна я туда не полечу. Я давно уже не та дикая послушница из Верхнего Поната, Бел-Кенеке, и представляю себе последствия подобного действия. Наши враги сильно изменились. Их давно уже нельзя назвать настоящими силтами.
Бел-Кенеке молчала. Она сидела, почти касаясь огня подошвами сапог, и лицо ее превратилось в неподвижную маску.
— Если я прилечу туда одна, вызову Бестрей на поединок и даже одержу победу, это ничего не изменит. Серк все равно не признают поражения. Они уничтожат меня и опять примутся за старое. Серк давно отринули все обычай и древние законы — еще в день уничтожения Телле-Рея. Разве меты, предавшие Телле-Рей огню…
— Я поняла. Мне все это не нравится, но я поняла. Они поставили себя в такое положение, что теперь пойдут на все ради того, чтобы выжить.
— В таком случае вы должны понять, почему нам необходимо обрушить на них все силы, какие мы только сможем собрать.
— Я-то понимаю, но не уверена, что тебе удастся получить поддержку. Большинство старых Темных Повелительниц давно уже перестали летать. Они довольны своей работой на строительстве, и возможно, и думать не хотят о Серк. А Те, кто летает сейчас к звездам, очень молоды. Они не понимают важности этой охоты. По ним, граукен — куда большая опасность, чем легендарные Серк. Боюсь, что времена переменились. Впрочем, я могу и ошибаться. Наверняка не у всех отшибло память, и есть среди нас такие, у кого еще не зажили раны.
— Увидим. Если можно, я попросила бы вас потихоньку собрать где-нибудь Верховных жриц всех общин Обитательниц Тьмы. Тех, кто еще помнит и при этом наделен достаточной властью, чтобы приказать другим сделать то, что необходимо. Если мы сделаем все это достаточно быстро, то сумеем нанести удар, пока мятежники обо всём не пронюхали.
— Ты уверена, что Серк не знают о том, что ты их нашла?
— Кроме моей команды, правду знает только одна мета. Да и команда на самом деле может лишь строить догадки на этот счет. Но я все равно не намерена выпускать их отсюда, пока мы не примем решение и не начнем действовать.
— А кто же эта единственная мета?
— Вы, госпожа.
Взгляд Бел-Кенеке стал напряженным.
— История вопроса проста. Несколько лет назад мы обнаружили на одной из планет следы ночевки корабля Серк и перенесли туда свой базовый лагерь. Недавно у нас появился еще один корабль Серк. Не исключено, что изначально он направлялся сюда. Мы погнались за ним и поняли, куда он летит, хотя их Повелительница скорее всего думает, что сумела от меня убежать. Надеюсь, мне удалось ее обмануть. Она гораздо слабее меня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
