И это как раз Жюль Верн правильно понял. Благородному Кэу-джеру противопоставлены два авантюриста — Фердинанд Боваль и Льюис Дорик. Занимаясь вымогательствами, они подводят под это «теоретическую базу»: все принадлежит всем, и ничего — каждому. Их главный козырь — псевдореволюционное фразерство. Верно уловлены и демагогические приемы, с помощью которых проходимцы, выдающие себя за социалистов, втираются в доверие народных масс.
Легко себе представить, какой бы воцарился хаос, если бы анархистам удалось «взорвать» государство и установить «безвластие»!
После Бакунина анархистское движение возглавил известный русский ученый и революционер князь Г. А. Кропоткин. Выходец из аристократической семьи, он мог бы претендовать на высшие чины и звания, мог бы сделать блестящую карьеру, если бы не объявил себя врагом деспотизма и не откололся от своей среды. Как ученый, он получил популярность географическими исследованиями Сибири, как теоретик анархизма — многочисленными полемическими статьями. Несмотря на то что его ложные взгляды вызывали обоснованную критику, Кропоткин упорно стоял на своем. Подвергаясь постоянным преследованиям, переезжая из страны в страну, он не прекращал научной работы и продолжал вербовать приверженцев.
Один из его близких друзей, знаменитый французский географ и революционер-анархист Элизе Реклю, был хорошо знаком с Жюлем Верном. Многотомный труд Реклю «Земля и люди. Всемирная география», написанный при участии Кропоткина, служил Жюлю Верну настольным справочником. Вполне возможно, что автор «Необыкновенных путешествий» встречался и с Кропоткиным.
Незаурядная личность русского революционера угадывается и во внешнем облике Кау-джера (художник Ру, иллюстрировавший книгу, подчеркнул портретное сходство), и в его суждениях, частично почерпнутых из сочинений Кропоткина, и даже в рассказе о его прошлом: «Отпрыск царствующей династии могущественной северной державы, предназначенный с самого рождения повелевать людьми, Кау-джер вырос у подножия трона. Но судьба, любящая иногда такие шутки, наделила сына цезарей мятежной душой анархиста».
Правда, тут нет прямых биографических совпадений. Но в «могущественной северной державе» нетрудно признать Россию (Жюль Верн всегда проявлял к нашей стране большой интерес), а в самом герое — идеализированный портрет Кропоткина: «Замечательный человек, одинаково глубоко постигший как социальные, так и естественные науки, обладавший мужественным и решительным характером, Кау-джер был искренним последователем теоретических положений анархизма».
На этом, пожалуй, сходство и кончается. Роман задуман и построен таким образом, чтобы заставить героя убедиться в несостоятельности своих взглядов, не выдерживающих столкновения с жизненной практикой.
Прекраснодушный мечтатель Кау-джер способен противопоставить мировому злу лишь абстрактные идеалы свободы и справедливости. Любой его поступок, продиктованный человеколюбием, противоречит доктрине анархизма.
5
На траверсе мыса Горн терпит крушение американский клипер с переселенцами. Свыше тысячи эмигрантов — люди разных национальностей и многих профессий — высаживаются на необитаемом острове в архипелаге Магальянес. Здесь бывшие фермеры, рабочие и ремесленники, опустившиеся интеллигенты и лица с уголовным прошлым. «Здесь соединение пороков и добродетелей, какие можно встретить в любой толпе».
Потерпевшие крушение находят в Кау-джере доброго гения. Он руководит спасательными работами, выгрузкой имущества, устройством временного лагеря, ободряет, утешает, оказывает медицинскую помощь. Каждый его совет принимается как приказ. По молчаливому уговору его признают начальником, ждут от него распоряжений, возлагают на него надежды.
Он не может бросить несчастных на произвол судьбы и организует на острове Осте колонию.
«Если бы не существовало законов, человечество никогда бы не знало пороков и развивалось бы свободно и гармонично», — думает Кау-джер. И теперь случай дает ему возможность осуществить единственный в своем роде социальный эксперимент — доказать на деле справедливость этого положения.
Но с чего начать? Прежде всего нужно добиться порядка, дисциплинировать разношерстную толпу. Чтобы подчинить ее каким-то разумным требованиям, нужно сломить анархию.
Происходит неизбежное: человек, не признающий законов, вынужден вводить законы; считающий безвластие высшим благом — должен применять власть; отвергающий правовые нормы — карать правонарушителей.
Создавая трудовую общину на началах справедливости и равенства, Кау-джер объявляет войну лодырям, ворам и пьяницам.
Первый закон — обязательный труд — ограничивает свободу несознательных; борьба с воровством и пьянством — первое нарушение принципа «все равны и каждый отвечает за себя» — помогает установить порядок.
Но закон без применения силы остался бы пустым пожеланием. Суд, тюрьма и милиция, часовые у склада с имуществом, сам губернатор и подчиненные ему служащие — олицетворяют зарождающееся государство.
Кау-джер ставит своей целью добиться от каждого наибольшей пользы для общества. Недовольные сколачивают оппозицию. Лентяев, интриганов и неудачников поддерживает уголовный сброд. Существованию колонии угрожают смуты и распри.
Кау-джер призывает к борьбе с мятежниками всех совершеннолетних граждан. Создается регулярная армия.
Когда было подавлено восстание и одержана победа над патагонцами, которых привел на Осте один из заговорщиков, «люди двадцати национальностей стали подлинными остельцами, а Остельское государство — их новой родиной».
Наступает кратковременный период мира и процветания. Налаживается торговля с другими странами. В гавань заходят суда под флагами разных наций. Работают деревообделочные и рыбные заводы. Остров покрывается сетью дорог. Начинают приносить доход плантации. Строятся порт и мол. На полуострове Харди и на крайней оконечности мыса Горн, где ежегодно гибнут сотни людей, сооружаются мощные маяки.
Вокруг резиденции губернатора вырастает настоящий город. В Либерии есть все, без чего не обходится ни одна столица: суд, тюрьма, казарма, церковь, почта, школа, театр, магазины, рынок, больница, аптека и даже две типографии. Город и предприятия получают электричество от гидростанции, использующей энергию волн и морского прилива[53]. На побережье возникают поселки огнеземельцев, внявших призыву Кау-джера перейти к оседлому образу жизни. Прибывают новые эмигранты. Заселяются и соседние острова. Остельское государство насчитывает уже несколько тысяч жителей.
