- Прошу тебя отвернуться, мой господин, - мягко, но решительно проговорил человек. - Прости, таков порядок.
Чубсо не стал унижать себя спором с простолюдином. За его спиной заскрежетали цепи и шестерни. Часть кладки стены повернулась вокруг своей оси. Открылся темный проход, откуда пахнуло теплом. Послышались далекие шаркающие шаги. Мелькнул тусклый свет. В проходе появился тощий старик в грязном шелковом халате с бумажным фонарем.
- Сюда, мой господин, - пригласил он Чубсо.
Они вновь стали спускаться в таинственные недра дворца. На этот раз путь оказался близким. Еще одна дверь с подвешенным над ней колокольчиком и длинные, уходящие в темноту стеллажи, заполненные свитками и кипами бумаг. Рядом с дверью стоял большой письменный стол с пятирожковым светильником и чернильницей. Чуть в стороне узкая лежанка и ширма.
- У тебя два дня, мой господин, - проговорил старик. - Работать будешь за столом, спать на лежанке, еду я буду приносить из дворцовой кухни, горшок за ширмой. Если я нужен, позвонишь в колокольчик.
- Я, что отсюда не выйду? - даже растерялся Чубсо.
- Если ты уже нашел, что тебе нужно, можешь уходить прямо сейчас, - равнодушно проговорил старик, направляясь в темноту.
- Эй! Ты, - крикнул чиновник. - Как тебя?
- Просто, Хранитель, мой господин, - остановился тот.
- Мне нужна помощь, - сказал Чубсо. - Я здесь первый раз и не знаю, где и что лежит.
- Хорошо, мой господин, - кивнул Хранитель. - Спрашивай.
Старик был слишком слаб, чтобы таскать толстые пачки бумаг, но он безошибочно указывал где лежат материалы по тому или иному делу.
Повинуясь ему одному ведомым признакам, он распрощался с Чубсо и отправился за обедом, а чиновник с головой погрузился в чтение доносов, протоколов допросов, донесений агентов и докладов разведчиков. Постепенно перед ним разворачивалась картина повального доносительства. Слуги за пару "сов" раскрывали все тайны господ. Соратники предпочитали серебро или золото. Сыновья торопились вступить в права наследства и уличали отцов в связях с Самозванцем. На удивление много доносов было от женщин. Жены, сестры, любовницы кто из мести, кто за деньги продавали своих мужчин.
Вот только никаких подтверждений наличия у Сакуро дочери Чубсо так и не нашел. Быстро проглотив холодный рис, он с новыми силами пустился на поиски.
Его энтузиазм заразил даже невозмутимого Хранителя. Именно с его помощью, уже в самом конце дня, когда глаза стало ломить от тусклого света, Чубсо отыскал протокол допроса одного из дворцовых слуг, служивших при Самозванце. Он утверждал, что после занятия столицы, тогда еще любовница Аматомо вдруг куда-то исчезла и пропадала почти пять месяцев.
Для Чубсо этого было бы достаточно, но он чувствовал, что Канцлеру необходимо отыскать более конкретное свидетельство.
Чиновник долго ворочался на тощем тюфяке, пытаясь уснуть. Сухой и теплый воздух подземелья вытягивал из организма воду, но Хранитель принес только один кувшин. Не удивительно что, чуть-чуть подремав, Чубсо вновь вернулся к чтению бумаг. И Вечное Небо долгое время, посылавшее ему только неприятности, не могло не оценить такого упорства. Одна из дворцовых служанок показала на допросе, что Фудзико в разговоре с Самозванцем несколько раз упомянула "нашу девочку".
Тщательно переписав протокол допроса, Чубсо дал его прочитать Хранителю. Тот заверил листки и поздравил молодого чиновника с несомненной удачей.
На утро, наступление которого Хранитель, опять же, узнавал по каким-то ему одному ведомым приметам, Чубсо потребовал у него теплой воды.
- Не могу же я предстать перед очи Канцлера небритым и с грязной рожей, - пояснил он в ответ на вопросительный взгляд старика.
Хранитель кивнул и ушел наверх. Вернулся он очень скоро. Принес узкогорлый медный кувшин с горячей водой, бритву, помазок и зеркало.
Приведя себя в порядок, Чубсо попрощался с Хранителем, получил отметку на пропуске от сидящего за столом слуги и вышел. Молчаливые бодигары, охранявшие вход в архив взяли у него бумагу Канцлера.
- Такой порядок, мой господин, - сочным басом пояснил один из воинов. - Она тебе больше не понадобится.
Проходя по комнатам службы, он с удивлением заметил, что обычно трудолюбиво торчавшие за своими столами чиновники толпились в проходе, внимательно слушая какого-то человека.
"Очевидно, какая-то важная новость, - подумал Роно. - Может заговор раскрыли, или еще что".
В высоких коридорах Канцелярии тоже царила странная суета. Обычно чинные и даже слегка медлительные служащие метались как кошки на собачьей свадьбе. Мелькали доспехи воинов и запыленные плащи гонцов.
В Малом зале ожидания приемов было пустынно. Как правило, тут всегда толпились просители и докладчики со всех концов империи. Сейчас же, толстый распорядитель зала откровенно скучал за своим столом время, от времени растягивая рот в долгом заразном зевке. Увидев Чубсо, он от удивления забыл захлопнуть полную гнилых зубов пасть.
- Почему никого нет, господин? - спросил не на шутку озадаченный Роно. Распорядитель опомнился.
- Сегодня же Канцелярия не принимает, мой господин. Как ты вообще сюда попал?
- Я работал в архиве, - пояснил Чубсо. - И сегодня должен был встретиться с его светлостью Канцлером.
- Боюсь, он не сможет тебя сегодня принять, - покачал круглой головой распорядитель.
- Мне назначено! - с нажимом проговорил Роно.
- Посиди, мой господин, - толстяк радушно показал руками на толстые оббитые мягким плюшем лавки. - Я узнаю.
"Что же случилось, если Канцелярия Сына Неба отменила прием?" - подумал служитель Тайного Ока и почувствовал сильное беспокойство.
Распорядитель появился в сопровождении двух бодигаров. Сердечко Чубсо екнуло. Но воины пришли лишь сопроводить его к Канцлеру. Молчаливой троицей шли они по дорожке маленького внутреннего садика Канцелярии. Даже усыпанные яркими цветами кустарники казалось, замерли в тревожном ожидании. У мостика в кабинет Канцлера Чубсо обыскали. Чиновник и не подумал сопротивляться, но удивился и насторожился еще больше.
Чубсо и не мог себе представить, что за два дня можно так постареть. Под покрасневшими глазами канцлера набрякли темные мешки, лицо осунулось и побледнело.
- Нашел? - вместо приветствия спросил он.
- Да, мой господин, - чиновник с поклоном протянул Ченшо бумаги.
Старик бегло просмотрел исписанные листки, взглянул на отметку хранителя, потом устало потер переносицу.
- Ты меня убедил, - со вздохом проговорил он. - Дело требует тщательного расследования.
Канцлер открыл выдвижной ящик стола.
- Ты получишь "синий лист" - Канцлер протянул Чубсо бумагу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
