в этот раз, скастовав несколько заклинаний-ловушек на те места где не собирался находиться.
— Не уважаешь старушку? Разговаривать не желаешь? Ой зря, ой зря, не люблю я такого.
Что сделала архи-ведьма было со стороны непонятно, но она явно ожидала какого-то результата, так как чуть наклонилась вперëд, словно собиралась броситься на противостоящего ей мага, как кошка, подбирающаяся перед прыжком, готовится к нападению на свою жертву.
Но несмотря на такую подготовку ничего не происходило.
— Ты не видишь? — Архи-ведьма с ничего не выражающим лицом выпрямилась. — Да, ты слеп и воды великой реки для тебя полностью закрыты, тогда как ты так измазался в еë водах?
— Не все сферы магической науки сейчас пришли в упадок, какие-то ещë развиваются. — Сол Крокер осëкся и побледнел, так как вовсе не собирался ни о чëм говорить с этим существом, но было поздно.
— Хе-хе…книжник, значится? — Архи-ведьма довольно оскалилась увидев наконец нужную реакцию на своë очередное воздействие, которое опять никто из присутствующих не почувствовал.
***
Сигизмунд Глогау сильно вырос в мастерстве после того как взял Гарри Поттера в ученики, ну а про камень Фламеля и говорить неприходится — с ним самые безумные артефакты были более чем доступны и их безумность ограничивалась только его фантазией и необходимостью блюсти секретность. Секретность от которой сейчас, в час огромной опасности, небыло никакого толку: могущество нападавших было чудовищно и в одиночку никто из них не имел и шанса, только совместные усилия всех присутствующих давали какой-то шанс. Но собрать всех для отпора в прямой схватке? Это совсем не то, что собрать круг и активировать защиту вокруг замка: никто из присутствующих не обладал должными навыками в боëвке, чтобы иметь шансы даже при наличии поддержки. Северус Снейп и Флитвик были сильны, но не сильнее директора Макгонагалл, а та жива только по милости этого существа.
Стремительно отступавший артефаетор практически бежал, но при этом каждый его шаг сопровождался рассыпаемыми по сторонам реактивам, которые он трансфигурировал прямо из воздуха с помощью камня. Каждый такой шаг, каждый взмах сопровождался заклинанием щитовых чар опирающихся на только что созданный филосовским камнем материальный носитель.
Крик Сола Крокера полный боли хлестнул по ушам, но артефактор не позволил себе и доли лишнего мгновения на пустые раздумья, чтобы жертва невыразимца не осталась напрасной.
***
Северус Снейп занимался тем, что стремительно чертил пентаграмму, образ которой ему передал сотрудник министерства с помощью своего свитка. В центре пентаграммы находился Гарри Поттер, Мальчик который Выжил и который должен стать последним средством их спасения: сотрудник министерства предложил отмотать время для раненого юноши до того момента, как он пострадал, с тем чтобы он смог выступить против врага и призвать своего боевого патронуса. Северус Снейп ни мгновения не сомневался, что ничем хорошим это всë равно не закончится, но отступить сейчас? После всего что было? Когда он избавился от ярма обетов перед Дамблдором?
После того, как он изменил себя самого и после смерти директора, он уже не был тем простым и наивным профессором, как в начале. Камня Фламеля, как у наставника Поттера, у него небыло, но он был мастером алхимиком и когда встал вопрос об смертельной угрозе, то он знал универсальный ингридиент, который обладал свойством возобновления — кровь.
Окинув вззглядом гомонящуюю толпу растеренных и испуганных магов всех возрастов Северус Снейп, жуткий декан Слизерина сосредоточился и отправил в эту толпу мысленное послание, которое мог услышать только специалист легимент или адресат, которому послание предназначалось.
— Мисс Блэк, будьте любезны подойти, мне нужно ваше содействие.
Бывшая Нимфодора Тонкс не была особо сильной колдуньей и даже принятие еë в род не сделало еë достаточно сильной, чтобы именно еë кровь за счëт одной только силы сама по себе стала чем-то особенным. Главное что привлекло Снейпа это метаморфизм, который он собирался использовать, как способ выявления слабых мест у врага, кем бы он небыл в реальности. Заклинательный круг сформирует конструкт, который будет обволакивать защиту врага, а кровь метаморфага отобразит как именно это происходило.
***
Профессор Флитвик вздрогнул и если бы кто-то обратил на него внимание, то он мог бы заметить, что полугоблин ведëт себя как-то странно, словно пытается что-то в себе удержать. Но все были слишком заняты отданными чуть ранее приказами профессора и активно переносили рисунки рун на стены замка, там где этого не мог сделать невысокий от рождения профессор. Никто ничего не обнаружил и соответственно не заподозрил, когда, спорящий сам с собой, преподаватель Хогвартса направил палочку на тех, кого должен был защищать.
Профессор не смог отразить нападения и попал под внешнее воздействие: каменные стражи Хогвартса ожили и подчиняясь воле преподавателя зачарования обрушили свои конечности или оружие на занятых работой магов. Неожидавшие подобной атаки студенты старших курсов и некоторые из беженцев, кто имел способности и в своë время брал древние руны в качестве дополнительного предмета, пали замертво.
Дополнительный рунный контур так и остался незакончен, а профессор всë смотрел на искалеченые трупы, смотрел и словно невидел их,
