Сэйнт Мемфис печатает *
Нэш:
Принцесса Господи…
Сэйнт:
Дай мне время разобраться в значении этого, и я дам тебе свой ответ, Татум.
Татум:
Ладно…
(ТСС, ребята, я только что предложила Сэйнту анал?)
Киан:
ЭКСТРЕМАЛЬНЫЙ АНАЛ.
Татум:
Что делает его экстремальным???
Блейк:
Тебе лучше не знать, Золушка.
Татум:
Я хочу!!
Сэйнт:
Мне нужны все детали, прежде чем я приму решение.
Татум:
Ха-ха-ха, ты шутишь, да?
Сэйнт:
Я никогда не шучу. Жди моего ответа в ближайшее время.
Киан:
Не волнуйся, детка, у него нет *эмодзи кальмар*, чтобы пройти через это. Я, однако…
Нэш:
Принцесса, я не позволю им приблизиться к твоей *эмодзи корзина для мусора *.
Блейк:
Только потому, что ты будешь слишком занят, заполняя ее самостоятельно своим тренерским свистком.
Нэш:
Двойка с минусом, за дерьмовую плохо сказанную шутку, Боумен.
Татум:
Вы, ребята, отвлекаете меня от важной миссии Ниндзя Правосудия и прочего…
Киан:
Включи наушник.
Татум:
Ни единого шанса, извращенец.
Ребята начали присылать мне все более и более грязные сообщения, чтобы отвлечь меня еще больше, и я смеялась, продолжая притворяться, что работаю над заданием.
Через некоторое время наш текстовый чат прекратился, и я начала беспокоиться о наших планах. Хотела бы я побольше вспомнить о той ночи, когда меня накачали наркотиками. Все это было так туманно, последнее, что я помнила, было то, как я сидела здесь, а затем упала на пол, уронив телефон. За этим были только фрагменты темного леса, белая маска, огонь, а затем Блейк притянул меня в свои объятия.
Сегодня ты покойник, Ниндзя.
Без четверти десять я незаметно включила наушник. Все остальные ребята тоже будут в наушниках, чтобы мы могли оставаться на связи сегодня вечером. Это было похоже на законную операцию под прикрытием.
Киан позвонил мне как по сигналу, и я ответила, счастливая от души.
— Привет.
— Эй, детка, насколько ты влажная для меня прямо сейчас?
Я подавила смешок и дала свой отрепетированный ответ.
— Ну, ничего страшного, я просто вернусь вечером одна.
— Боже, я хочу вонзиться в тебя так сильно и глубоко, что ты почувствовала бы, как я щекочу твое горло, — прорычал Киан, и Сэйнт проклял его в наушнике.
Иисус, блядь, Христос. Мог ли он когда-нибудь вести себя прилично в ситуациях жизни и смерти? Но ладно, может быть, мне отчасти нравилась его разновидность сумасшествия.
— Честно говоря, я не против вернуться одна. Я быстро и позвоню тебе, как только вернусь.
— Да, и когда ты придешь сюда, ты встанешь на колени и отсосешь член своему мужу, как хорошая женушка, — промурлыкал он, прежде чем разразиться смехом.
— Скоро увидимся, — процедила я сквозь зубы, проглатывая свое веселье от того, что Блейк расхохотался мне в ухо, а Монро проклинал его.
Я отключила звонок, поднялась на ноги и собрав свои вещи, сделала ровный успокаивающий вдох.
План был прост. Ребята сейчас должны были находиться в своих укрытиях, наблюдая и выжидая из-за деревьев. Так что мне просто оставалось вернуться в Храм пешком, не торопиться и надеяться, что этот ублюдок Ниндзя Правосудия появится. Затем я сделаю перепуганный вид, и заманю их в свою ловушку, где они со свистом взлетят в небо, подвешенные за одну лодыжку в удобном положении, чтобы встретить гнев моего племени. Не следовало связываться со мной и моими Ночными Стражами, придурки.
Я надела рюкзак — не мою обычную сумку, — который был чертовски тяжелым, потому что ребята настояли, чтобы я носила в нем десятикилограммовую весовую штангу-пластину из спортзала, чтобы защититься от любых стрел, летящих в меня сзади сегодня вечером. Это было чертовски мило, так что я не особо жаловалась. Но мне пришлось умерить их пыл, когда они все углубились в подробное обсуждение того, как они могли бы пристегнуть одну из них к моей груди под одеждой так, чтобы это было незаметно. Достаточно сказать, что они были не в восторге от моей роли в этом плане сегодня вечером, но они также знали, что это был единственный логичный способ поймать подонка. Факт, в котором Сэйнт неохотно поддержал меня. Во-первых, это был его план, только он предложил надеть светлый парик на Невыразимого и натравить на него этот вооруженный луком и стрелами кусок дерьма. Неважно, сколько Невыразимые натворили, я просто не собиралась этого допускать. Кроме того, это был мой бой. И я была рада оказаться в центре событий. Я хотела быть там, когда мы сорвем эту маску с их лиц, посмотреть в глаза моему врагу и наблюдать, как мои люди заставляют их кричать. Я могла бы даже сама немного поиздеваться, если бы мне захотелось этого.
— Готова? — Спросил Сэйнт мне на ухо.
— Ага, — пробормотала я, пробираясь между стеллажами к выходу. — Давай прикончим этого ублюдка.
Между деревьями царила тишина, пока я ждал в тени высокой сосны, мой взгляд был прикован к тропинке далеко внизу, а биту я небрежно сжимал в кулаке.
Сегодня вечером было холодно, более теплые дни не сильно влияли на температуру после захода солнца, и мое дыхание все еще немного туманилось, пока я ждал. Я выбрал толстовку с обрезанными рукавами, чтобы мне было легче двигаться в ней, когда придет время бежать, но когда по моей коже пробежали мурашки, я засомневался, разумно ли было это решение. Тем не менее, то, как вспыхнули глаза Татум, когда она увидела меня в ней, заставило меня подумать, что это стоило такой жертвы. И я бы с радостью крепко обнял ее своими татуированными руками, если бы это было то, чего она хотела в конце ночи.
Но сейчас моя детка была на охоте.
Я ухмыльнулся про себя при мысли об этом, мои мышцы задергались от желания пробежаться между деревьями и самому выследить гребаного Ниндзя Правосудия. Но я мог признать, что когда дело доходило до планирования подобных вещей, я был более склонен ворваться и все испортить. Только у Сэйнта хватало терпения для такого уровня хитрости и секретности. И после того, как я пытался поймать этого ублюдка всеми мыслимыми способами и потерпел неудачу, я был готов поспорить, что быть хитрым ублюдком сработает с большей вероятностью, чем все, что я мог бы придумать.
— Она как раз выходит из библиотеки, — раздался голос Монро в наушнике, который дал мне Сэйнт, и я медленно повертел биту в руке,
