— А через три дня Элеанор Вудхам начнет действовать и приводит свой план в действие, — уверенно добавляет мужчина с ножом. — Тогда тебе и твоей любимой племяннице придет конец.
— И спасти вас будет некому. Никто не сможет спасти вас от гнева нашей госпожи, отцу которой мы когда-то давно поклялись, что будем уважать эту женщину и выполнять все ее приказы.
— И да, только попробуй привлечь к этому делу полицию, — грубо добавляет третий мужчина и больно хватает Алисию за волосы. — Если ты или твоя племянница хотя бы позвоните копам, вы обе пожалейте об этом.
— Элеанор Вудхам не пожалеет вас и уничтожит обеих. А хотя можете и обратиться. По крайней мере, двумя прошмандовками в этом мире будет меньше. Не будете мозолить чьи-то глаза. Никто не будет по вам горевать. Никто!
— Все, парни, уходим! — командует один из мужчин. — Надеюсь, эта курица не такая уж тупая и все-таки поймет все, что наша госпожа просила ей передать.
— Еще увидимся, Алисия Томпсон, — холодно прощается мужчина с ножом. — Ну или просто Шерил. Стройная куколка Шерил… Мерзкая дрянная девчонка, которую наша госпожа будет проклинать до конца своих дней.
Мужчина с ножом в последний раз бьет Алисию по лицу и затем вместе со своими друзьями покидает квартиру и оставляет плачущую и трясущуюся женщину одну, сидячей на полу. А как только дверь за ними резко захлопывается, она позволяет себе выпустить те эмоции, которые до этого едва сдерживала, дабы ей не стало еще хуже. От страха Алисия горько плачет, сидя на холодном паркетном полу в коридоре с взъерошенными волосами, потекшей тушью и немного порванной одеждой.
Еще несколько секунд перепуганная и бледная женщина даже и не думает вставать, сильно дрожа от страха и чувствуя, с каким бешеным темпом бьется ее сердце. Всем ее телом овладевает сильная боль от столь больных ударов трех крепких мужчин, что силой ворвались в ее квартиру и начали угрожать ей по указке некой Элеанор Вудхам, с котором эту женщину явно что-то связывает. Раз уж ее нисколько не удивило упоминание этого имени…
Но потом Алисия очень медленно поднимается на ноги и со слезами на глазах окидывает взглядом весь коридор, тихо шмыгая носом. После этого она проходит дальше и видит, что во всех комнатах вещи перевернуты вверх дном, а то, что лежало в шкафчиках или на полках, сейчас валяется на полу. Это зрелище приводит женщину в ужас, и она, сильно трясясь, качает головой, пока ходит по квартире с тихими всхлипами и видит то, что тот мужчина ужасающей внешности сделал.
Она кое-как доходит до открытой двери, в замке от которой вставлен ключ, заходит в небольшую комнату, напоминающую кладовку с ненужными вещами, и обнаруживает, что там тоже все валяется на полу. До нее очень быстро доходит одна мысль. Так что Алисия пулей подходит к одному из углов комнаты, опускается на корточки, убирает несколько досок, лежащие на полу под небольшим ковриком, и достает большую коробку из небольшого углубления, которое оказывается неким тайником. А раскрыв коробку и увидев ее содержимое, женщина с огромным облегчением выдыхает, ибо мужчине с бородой так и не удалось обнаружить этот тайник, где она хранит небольшую сумму денег на черный день, пользуясь ими в те моменты, когда ей не хватает на еду и оплату коммунальных услуг, и при малейшей возможности подкладывая туда небольшие суммы.
— Ох, на месте… — тихо произносит Алисия. — Он не заметил мою заначку…
Конечно, пережив такой ужас, после которого она еще долго не сможет прийти в себя, Алисия предпочла бы, чтобы эти люди просто нашли и унесли все деньги с собой, не избивая ее и никак не угрожая. Однако ей бы совсем не хотелось потерять то, ради чего она целыми днями вкалывает в университете как проклятая. То, чего ей не всегда хватает сполна. Тем не менее Алисия безумно рада, что все наконец-то закончилось, а она может выдохнуть с небольшим облегчением. Но больше всего женщина счастлива, что дома нет ее племянницы Ракель, которая запросто могла попасть под горячую руку и оказаться сильно побитой этими крепкими людьми.
Женщина считает, что лучше уж сама будет страдать, кричать и корчиться от боли, чем узнает или увидит, как мучается ее родная девочка, у которой и без того столько проблем. Она готова терпеть все эти пытки ради того, чтобы спасти свою племянницу от плохого. Хотя и в глубине души понимает, что рано или поздно девушке все-таки придется столкнуться с этой ужасной женщиной, которая настолько сильно хочет отомстить, что послала в квартиру трех огромных мужчин и приказала им запугать ее.
***
— Значит, в тот день здесь были люди той женщины, которая оставила вам то голосовое сообщение? — заключает Ракель.
— Да, милая, в тот день ко мне домой пришли сообщники той женщины, — признается Алисия. — Это Элеанор Вудхам.
— Элеанор Вудхам?
— Да… — Алисия тяжело вздыхает. — И пока двое ее людей угрожали мне, третий перевернул всю квартиру с ног на голову, чтобы найти хоть какие-то деньги.
— И они их не нашли? — слегка хмурится Ракель.
— К сожалению, они вытащили из моего кошелька все наличные, которые у меня были. Слава богу, там было немного, но тот человек забрал все до последнего фунта.
— Значит, у вас сейчас больше нет денег.
— Нет, к счастью, у меня еще есть небольшая заначка.
— Правда?
— Да, в том чулане, где ты недавно была, есть один потайник, в котором я и храню небольшую сумму на черный день. Использую ту заначку, когда у меня совсем туго с деньгами. И подкалываю что-нибудь, когда у меня есть такой шанс.
— Вы специально спрятали ее от этих людей?
— Я просто была готова к тому, что они могут вломиться в мою квартиру и украсть деньги. Вот я и перестраховалась. Да и банковскую карту я тоже хорош спрятала. Хотя на ней сейчас нет денег. Я получаю на нее зарплату и обычно сразу снимаю все в банкомате. Не очень люблю все эти карточки, если честно. Предпочитаю пользоваться наличкой.
— Но ведь вы сказали, что эта женщина нашла вас несколько месяцев назад. Тогда почему кладовка была заперта на протяжении многих лет?
— А зачем держать ее открытой? — неуверенно произносит Алисия. — Там все равно нет ничего интересного. Я складываю в той комнате все, что мне уже давно не нужно.
— Но ведь там были кое-какие мои игрушки. Украшения для рождественской елки.
— Верно, но больше там ничего нет.
— Ох… Ясно… — Ракель на секунду опускает взгляд на свои руки. — И что было дальше? Что сделали те люди?
— Перед тем, как уйти, они дали три дня на то, чтобы я приняла верное, как им кажется, решение, — рассказывает Алисия. — И только после этого они ушли. А я осталась одна. И потом проверяла тайник в кладовке. Деньги были на месте… Тот мужчина их не нашел и ушел с тем, что нашел в моем кошельке.
— А они угрожали вам словесно? — неуверенно спрашивает Ракель. — Или было что-то похуже?
— Гораздо хуже. Они много раз били меня по лицу, в живот… Пару раз даже ударили головой об шкаф, который стоит в коридоре били…
— Правда? — широко распахивает глаза Ракель.
— Но слава богу, тот кошмар длился не так долго…
— О, боже… — Ракель прикрывает рот рукой. — Но разве у вас не было никаких синяков? Наверняка они били вас очень сильно и не жалели!
— После того случая у меня действительно было много синяков на теле, — неуверенно признается Алисия. — Но некоторые были под одеждой, а остальные я скрывала косметикой, чтобы ты не увидела и не заподозрила ничего плохого.
— Тетушка Алисия… — качает головой Ракель.
— Не беспокойся, дорогая, эти синяки уже прошли.
Алисия сначала мягко гладит Ракель по руке, а затем указывает на место на лбу, на котором недавно у нее был большой синяк.
— Вот видишь, у меня на лбу на этом месте был огромный синяк, — добавляет Алисия. — Но сейчас он практически прошел. Мне уже не приходиться накладывать толстый слой тонального крема, чтобы скрыть его. Можно обойтись легкой пудрой.
