Карло знал, что я все еще переживаю от того, как Винс поступил со мной, но он все же передал сообщение, что Винс не ненавидит меня: если бы я пришел на шоу, он бы с радостью пожал мне руку. Но проблема теперь была не в том, что он ненавидит меня, а в том, что я ненавижу его. Помимо того, что он играл мной при каждом удобном случае, он нарушил гармонию в семье Хартов, в чем теперь обвиняли меня.
Тогда Карло поинтересовался о здоровье Стю, сказав, что Элли, Диана и Брюс очень хотели, чтобы Стю появился на шоу, чтобы показать всему миру, что семья Хартов помирилась с WWF. Он сказал, что они попросили 500 бесплатных билетов на шоу ( они их, естественно, не получили ), очевидно, они не понимали всей абсурдности ситуации. Повесив трубку, я поехал к Стю. С облегчением я услышал, как он процедил сквозь сжатые зубы, что не хочет ехать на Raw и его заставляют это сделать.
- Ты не должен делать того, чего не хочешь, и я прослежу за этим ! - Сказал я. Но Элли, Диана и Брюс уже решили, что Стю поедет на шоу. Тем временем развивался и другой сюжет нашей мыльной оперы: Марта заявила прессе, что она будет оскорблена до глубины души, если кто - то из семьи отправится на шоу WWF, что создало еще большее давление на моих родителей.
28 мая 2001 года. Если шоу начинается вечером, рестлеры обычно приезжают на арену днем. Отправившись в дом Стю к 10 утра, я был уверен, что у меня будет достаточно времени, чтобы удержать его от поездки на Raw в Калгари. Но я опоздал: Элли и Брюс выдернули его из дома в 8 утра. Потом я узнал, что Диана и Брюс привезли его в офис Винса и принялись спорить, кто из них первым расскажет Винсу их идею. Но Винс был так занят вопросами трансляции, что просто выгнал их из офиса.
Несмотря на свое расстройство, я сказал маме, что Стю стоит повидаться с парнями в раздевалке. Но я понимал, что мое сердце не выдержит, если его выведут на Raw - общественность решит, что Стю простил Винса.
Я не поехал в Saddledome. Слезы подступили к моим глазам, когда я увидел открытие шоу по ТВ: очевидно, уставший, расстроенный и деморализованный Стю сидел в первом ряду с Элли, Дианой, Джорджией, Брюсом и Смитом, который улыбался, держа в руках большой плакат: " ХА - ХА, БРЕТ ".
В конце шоу Винс снова залез мне под кожу, сделав аллюзию на Монреальскую подставу в Калгари - он приказал бить в гонг в конце шоу, когда Бенуа запер Ледяную Глыбу в мой шарпшутер. Я поехал к Стю и ворвался в комнату моей мамы. Гнев захлестывал меня, и я разнес каждого из них на чем свет стоит, я решил порвать любые отношения с каждым из них. Я спустился по лестнице и забрал со стены детские фотографии меня и Оуэна, оставив два чистых белых прямоугольника. Я хлопнул кухонной дверью на выходе и рванул с парковки, чувствуя себя столь же преданным, как и в тот день, когда Винс приказал бедному Марку Итону бить в гонг.
На следующее утро Брюс отправился с 86 - летним Стю в трехчасовую поездку на север, в Эдмонтон, на записи Smackdown, и подверг его тем же испытаниям снова. Бенуа и Джерико позвонили мне, озабоченные здоровьем и истощенным видом Стю.
Хотя я собирался посмотреть, как Стю получает Орден Канады в Оттаве, я был так оскорблен всем случившимся, что решил не ехать. В результате я пропустил то, на что так хотел посмотреть. К июню я понял, что неправильно наказывать родителей за то, как меня используют братья и сестры. Стю и Хэлен очень переживали мое отсутствие, поэтому через несколько недель я заехал к ним и вернул портреты на стену. Потом я поднялся наверх и обнял маму, почувствовав, как ее сотрясают эмоции, про себя я презирал своих братьев и сестер за то, что из - за них я так жестоко обошелся с ней. Мне было так жаль всех нас. Я чувствовал, словно падаю в бездонную яму отчаяния. Если бы мне пришлось писать завещание, оно состояло бы из пары строк, но я мог бы исписать тысячи страниц в предсмертной записке.
В то лето, когда я подъезжал к дому Стю, Элли и Диана выбегали из дома и уезжали прочь на своих автомобилях. Но во многих мелочах, думал я про себя, ничего не изменилось. Во дворе на рестлинг - ринге постоянно тренировались внуки Хартов, везде сновали собаки и кошки, на кухне стоял чайник с горячим чаем, а пять - десять желающих стать рестлерами принимали бампы в подвале.
Жарким июльским днем я открыл дверь машины, мой верный друг Кумбс выскочил на улицу, и мы вместе отправились на поиски мамы. Я слышал хрюканье пса впереди и, благодаря ему, легко нашел маму в ее кабинете и обнял ее. Она никогда не любила собак, но ее мать Га - Га была без ума от мопсов. Вскоре мама уже смеялась и рассказывала забавные истории. Одной из ее любимых историй была история о том, как я " потерял объятия ". Одна из ее подруг детства из Нью - Йорка, которую называли " Маленькой Хэлен " ( потому что она была еще миниатюрнее моей мамы, что было нелегкой задачей ), нанесла нам визит, когда мне было 3 года. Ее обняли все, но когда очередь дошла до меня, я застеснялся обнимать незнакомку. В шутку она спросила: " А где же твои объятия ? " Я раскрыл глаза и сказал: " Я потерял их ". Всю неделю, что она гостила у нас, я делал вид, что все еще ищу их. К счастью для нее, я нашел их в последний день !
Несмотря на мои попытки подбодрить маму, я видел, что она расстроена. Наконец она сказала, что видела черновик откровенной книги Дианы, которая скоро должна была выйти в свет. Диана убедила Стю написать предисловие, не дав ему даже прочитать книгу. Мама так расстроилась, потому что Стю, сам того не зная, одобрил книгу, которая разрушила семью. Она отчаянно пыталась приободриться, думая о встрече с сестрами в Калифорнии. Я думал: " Диана, что же ты наделала ? "
В сентябре я отправился в Австралию, чтобы разрекламировать тур новой организации WWA, принадлежавшей парню по имени Эндрю МакМанус. Он попросил меня помочь им, сыграв роль сюжетного распорядителя боев. Мне нравилось помогать маленьким организациям, чтобы вернуть долги индустрии, которая прославила меня. Еще у меня появилась возможность навестить Австралию ; я был там впервые и наслаждался этой страной.
Последствия сотрясения постепенно проходили, хотя мне все еще было запрещено поднимать тяжести и тренироваться. 12 сентября 2001 года в Австралии я поучаствовал в ночном ток - шоу в прямом эфире, ведущим которого был некий Роув, и был доволен тем, как все прошло. Я отправился в гостиницу, где у лифта встретил нескольких рестлеров, участвовавших в туре. Они сказали, что какой - то самолет врезался в одну из башен Всемирного торгового центра. Вернувшись в номер, я, как и весь мир, в ужасе наблюдал, как в здание врезается второй самолет. Я смотрел в экран телевизора всю ночь, погруженный в глубокую тоску, которая черпала силы в той моральной и физической боли, которая уже давно терзала меня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
