им руку, приходили в норму и продолжали жить дальше. Точно так же, как я видел, как это делала их сестра в бесчисленных случаях. Господи, они были настоящими выжившими.
— Ого, — выдохнул Олли, выбежавший из кухни с миской мороженого в руке, и резко остановился посреди гостиной. — Это как кинотеатр. — Он указал на плоский экран, установленный на стене над камином, и подтолкнул локтем своего брата. — Посмотри, какого он размера.
— У меня есть глаза, — парировал Тадхг, слишком заинтересованный миской с мороженым, которую он поглощал. — А чего ты ожидал? Они заряжены.
— А нам можно так говорить? — Спросил Олли, глядя на своего брата. — Называть их богатыми?
Тадхг пожал плечами. — Это правда, не так ли?
— Нет, тебе не позволено так говорить, — выдавила Шэннон с подавленным видом, когда подошла к своим братьям и уставилась на них. — А теперь веди себя прилично и поблагодари миссис Кавану за мороженое.
— Спасибо, Делли, — отозвался Олли.
— Да, — пробормотал Тадхг, слегка покраснев, когда посмотрел на мою мать. — Спасибо за это, Эдель.
— Всегда пожалуйста, мальчики, — ответила мама хриплым голосом, входя в гостиную. — И, Шэннон, любимая, зови меня Эдель.
— Извините, миссис Кавана, — взволнованно пробормотала Шэннон. — Я имею в виду Эдель.
— Ладно, ребята, — сказал мой отец, размахивая пультом дистанционного управления телевизором, который держал в руке. — Что мы смотрим? У нас есть все каналы.
— Забей! — Тадхг зааплодировал и нырнул к дивану. — Могу я выбрать?
— Нет, нет, я, — умолял Олли, мчась за Тадхгом. — Пожалуйста, Джон. Я, я…
— Я, я, — передразнил Тадхг, победно сияя, когда папа протянул ему пульт. — Спасибо, Джон. — Повернувшись к Олли, он ухмыльнулся. — Садись, парень. Твоя очередь настанет, когда ты встретишься с Шоном.
Тяжело вздохнув, Олли опустился на диван рядом с ним и отправил в рот ложечку мороженого. — Нечестно быть младше.
— Да, ну, именно так я себя чувствую с Шэннон и Джоуи, — невозмутимо парировал Тадхг. — Смирись с этим.
— И Дарреном, — предложил Олли. — Он самый старший.
Тадхг фыркнул. — Он не в счет.
Олли повернулся и посмотрел на своего брата. — Джоуи все еще считается?
Тадхг натянуто кивнул. — Пока.
— Хорошо. — Кивнув в знак согласия, Олли повернулся, чтобы посмотреть телевизор, по которому на канале Тадхг транслировал передачу с моим отцом.
— Ты в порядке, Шэннон, любимая? — Тихо спросила мама, не сводя глаз с поцарапанного лица моей девушки.
Шэннон покраснела и кивнула. — Я в порядке, спасибо. — Заправив волосы за ухо, она двинулась обратно ко мне, но быстро остановилась и застыла с неуверенным видом. — Я просто, ах… — Оглянувшись на своих братьев, она прерывисто выдохнула. — Я действительно очень сожалею, что снова доставила вам неприятности, миссис Кавана. — Опустив плечи, она прошептала: — Я просто не знала, что еще можно сделать.
— О, милая, иди сюда, ко мне.. — Мама подошла прямо к ней и заключила в объятия. Моя мать не была высокой женщиной ростом 5 футов 4 дюйма, но она все равно казалась карликом по сравнению с Шэннон, которой едва исполнилось 5 футов 0 дюймов. — С тобой все будет в порядке, — услышал я, как мама прошептала ей на ухо, в то время как Шэннон оставалась неподвижной. — Я собираюсь позаботиться об всех вас.
Дрожа, Шэннон медленно расслабилась и обняла мою маму в ответ. — Мне так жаль.
— Не извиняйся, любимая. Ты сегодня все сделала правильно. — Поцеловав Шэннон в макушку, мама убрала волосы с ее лица, обхватила ладонями ее маленькое личико и улыбнулась ей сверху вниз. — Ты и твои братья останетесь у нас на ночь. Мы все уладим утром, хорошо?
Шэннон слабо кивнула. — Большое спасибо за вашу помощь.
— Я очень горжусь тобой за то, что ты позвонила, — продолжала говорить мама. — Я знаю, ты, должно быть, была напугана, и с твоей стороны было очень смело позвонить, когда ты знала, что может произойти.
— Как ты думаешь, с моей мамой все в порядке? — Прошептала Шэннон, нервно переводя взгляд на мальчиков, а затем обратно на маму, прежде чем остановиться на мне. — Мне не следовало оставлять ее там.
— Я уверена, что с ней все в порядке, любимая. Почему бы тебе не посидеть со своими братьями, а Джонни может пойти и поставить мне чай? — Предложила мама, уводя разговор в сторону от своей матери. — И я… — Подойдя ко мне, мама пощекотала пальцы ног Шона и улыбнулась, глядя в его одинокое лицо. — Помою этого великолепного мальчика? — Улыбнувшись Шону, она погладила его по щеке. — Хм? Что скажешь, Шони, малыш? Мы приведем тебя в порядок?
— Хорошая идея, Шон, — подбодрила Шэннон хриплым от эмоций голосом. — Но у меня нет для него одежды. — Густо покраснев, она прошептала: — И он все еще, э-э… он имеет тенденцию попадать в аварии, когда нервничает.
— Не волнуйся, — ответила мама, все еще улыбаясь Шону. — На чердаке полно коробок со старой одеждой Джонни.
— Что скажешь, приятель? — Я спросил Шона. — Ты собираешься хорошенько помыться и смыть с себя эту вонючую выпивку?
Шон долго смотрел на меня, прежде чем кивнуть и наклониться всем телом к моей матери.
— О, ты такой хороший мальчик, — уговаривала мама, крепко прижимая его к груди и выходя из гостиной. — О, и ты обнимаешь меня лучше всех.
Тут у моего отца зазвонил телефон. — Две минуты, парни, — сказал он, вставая с того места, где он сидел между Олли и Тадгхм, судействуя в их битве за пульт. — Я просто возьму это. — Проходя мимо меня, он наклонил голову, приглашая меня следовать за ним.
— Я буду через две минуты, — прошептал я, целуя Шэннон в лоб. — Хорошо?
Дрожа, она обхватила себя руками и кивнула. — Х-хорошо.
Я подошел к двери, но помедлил и обернулся. — Шэн?
Она посмотрела на меня с потерянным выражением лица. — Да, Джонни?
— Я люблю тебя.
Облегчение мелькнуло в ее больших голубых глазах, и она улыбнулась мне в ответ.
— Я люблю тебя, — передразнил Тадхг с дивана. Не отрывая глаз от телевизора, он издал громкие звуки поцелуя, прежде чем громко фыркнуть. — Парень, ты такой взбитый.
— Фу, — хихикнул Олли. — Держу пари, он еще и целует ее языком.
— Это наша сестра, маленькая гадина, — проворчал Тадхг. — Я не хочу думать о языке Шэннон во рту Джонни.
— Так вот как это работает? — Потрясенно спросил Олли. — Они засовывают языки друг другу в рты?
— Да.
Олли нахмурился. — Зачем?
— Они, вероятно, делают намного хуже, старина, — пробормотал Тадхг. — Это отвратительно, но неважно.
— Они делают? — Глаза Олли расширились. — Что например?
— Э-э, тебе, наверное, сейчас стоит перестать задавать вопросы, — пробормотал Тадхг, ткнув Олли локтем в ребра.
— Да, тебе определенно следует перестать задавать вопросы,
