Совет о Казани. Призвал государь к себе братию свою, и царя Шигалея, и бояр своих и советовался о Казани. И царь государю говорил, чтобы государь до зимы ждал из-за иных недругов и из-за того, что Казанская земля в великих крепостях, в лесах, в озерах и во ржавцах (болотах), зимою добро будет воевать. И государь ему говорил, что уже в судах отпустил воевод и людей многих, и наряд большой и запасы все отпущены; «а у них, говоришь, леса и воды крепости великой; я же надеюсь на вседержителя Бога, он и непроходимые места сотворяет проходимыми и острые пути гладкими делает». И царь Шигалей государеву речь хвалит: «Изначала ваша, государей, пред ними правда, а их пред вами измена, Бог тебе, государю, на помощь». И постановил государь с братиею, и со царем, и с боярами: идти ему, государю, на Коломну, а с Коломны на Муром да на Саканское городище чрез Поле к Свияжскому городу. А царя Шигалея в судах отпускает и велит всем людям запасы и наряд служебный в судах отпускать к Мурому и Свияжскому городу.
О царском походе на Коломну, а из Коломны к Казани. Той же весною июня в 16 день в четверток первой недели Петрова поста пошел великий государь Иоанн Васильевич всея Руси на свое дело на Коломну. И вошел государь из своих хором в царские свои палаты к супружнице своей благочестивой царице и великой княгине Анастасии и такое к ней говорил: «Я, жена, надеюсь на вседержителя и премилостивого и всещедрого и человеколюбивого Бога, дерзаю и хочу идти против нечестивых варвар, и хочу страдать за православную веру и за святую церковь не только до крови, но и до последнего издыхания. Сладко же умереть за православие; то не есть смерть, что пострадать за Христа, сие есть жизнь вечная. Сие страдание приняли Христовы мученики, и апостолы, и лучшие благочестивые цари и сродники наши, и за то от Бога приняли не только земное царство, и славу, и храбрость на супротивных, и страшны врагам были, и многолетными и славными на земле пожили. И что много говорю о тленном сем и скоро минующем царствии и славе земной, но даровал им Бог за их страдание и благочестие, что страдали за православие, по отшествии от прелестного сего мира вместо земного небесное и бесконечную радость и веселие, что у Господа своего быть, и пред ангелами предстать, и со всеми праведниками веселиться, поскольку говорит божественное Писание: «Не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его». Тебе же, жена, повелеваю никак о моем отшествии не скорбеть, но пребывать повелеваю в великих подвигах духовных, и часто приходить к святым Божиим церквам, и много молитвы творить за меня, и за себя, и за все православие, и многую милостыню творить убогим, и многих бедных и в наших царских опалах прощать повелевай и из темниц заключенных выпускать, да двойное воздаяние от Бога примем, я за храбрость, а ты за сии благие дела». И сие слышав благочестивая царица от государя своего благочестивого царя, об отшествии его, уязвилась нестерпимою скорбию и не могла от великой печали стоять, если бы благочестивый царь свою супружницу своими руками не удержал, ибо хотела пасть на землю, и много часов, безгласной быв, плакалась горько; и едва возмогла великие слезы сдержать и высказала государю благочестивому и великому князю Иоанну: «Ты же, благочестивый царь, свет очей моих, заповеди его хранишь, Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, что хотел душу свою положить за православную веру и за православных христиан, я же как стерплю отшествие своего государя, или кто мне утолит горькую сию печаль, или кто мне принесет и споведает великую сию милость от Бога на благочестивом моем государе, что благочестивый царь самодержец всея Руси от всемилостивого и всещедрого вседержителя Бога милость получил и со всем своим христолюбивым воинством сражавшись с нечестивыми и, одолев, на свое царство здрав возвратился? О всемилостивый Боже, услышь слезы и рыдание, дай мне сие услышать, о государе своем в здравии, и о милости твоей хвалящегося, и радующегося видеть. Не помяни, владыко, многих грехов наших, но сотвори нам милость свою по великой милости твоей, по многим щедротам твоим. И ты, о премилостивая прещедрая и крепкая помощница роду христианскому, царица и владычица, мать небесного царя и Господа, пречистая Богородица, услышь молитвы рабы своей, подвигнись на молитву к родившемуся из тебе Христу Богу нашему, да подаст на супостатов победу государю моему и его здравым возвратит, и мне его здравым видеть сподобь, милость твою похваляя, когда твоим, владычица, заступничеством и молитвою одолеет врагов своих». Благочестивый же царь, свою царицу утешив словами и наказанием и целование дав, отошел от нее.
О походе. Пошел государь в соборную церковь царствующего града Москвы пречистой Богоматери честного и славного ее Успения, и любезно припал к чудотворному ее образу, и с плачем на долгий час молитвы простирал, на нее все упование возлагал, и передавал в руки ее град, и людей, и все царство вручил ей от всемогущей десницы сына ее и Бога, и явственно вещал: «Ты, владычица, покрой честною себя ризою и от всех зол соблюди царство сие, нас же наставь на путь спасения и сподобь образ свой в радости видеть и всем своем». Также и к чудотворным образам владык и всех святых со слезами припадая, молился, приходил же и к чудотворным мощам Петра митрополита, а также много время молился тому единому сведущему.
О благословении. Благословляется у первосвятителя Макария митрополита всея Руси и говорит митрополиту, архиепископу, и епископам, и всему священному собору: «Пожалуйте, господин, постараетесь в настоящее сие время на пост и на молитву и молите Создателя, и пречистую Его Богоматерь, и великих чудотворцев, чтоб Христос не прогневался на нас до конца, и не помянул бы юностных моих согрешений и невежествий, и не связал бы моими грехами такое множество народа, призрил бы на людей своих щедротами своими, и подал бы нам помощь и утверждение, и не предал нас врагам нашим, и многое христианство, томимое безбожными казанцами, освободил, и сотворил бы нам помощь, как его воля святая; а я вам, господин, челом бью и молю ваше святительство. Ты ж, господин отец мой Макарий, митрополит всея Руси, постарайся, сколько тебе Бог даст, во всем беречь царства нашего, а владыку нашего Христа моли; брата же нашего на благонравные дела поучай, а также и бояр, оставшихся здесь, во всем наказуй; также, господин, и жену царицу Анастасию, непраздную, во всем побереги». Митрополит же и владыки государю со слезами вопиют: «Подобает же тебе, государь, за порученное стадо мужественно стоять и данный тебе талант умножать, да не наречешься наемник, но истинный пастырь, который душу свою предает за овец. Но только, царь, нас сирых на кого оставляешь? О добрый пастырь, свет очей наших, куда идешь?» Государю же к нему говорил: «На Пречистой упование и надежду все возлагаем, да на ваши святые молитвы уповаю: просите и примите».
О благословении. Митрополит государя благословляет крестом животворящим, говоря: «Благодать Святого Духа да будет с тобою, царем православным, и со всем твоим христолюбивым воинством». И о Христе целование дав, от всех тут стоящих государь благословляется, и с таким благословением и молитвою исходит государь из церкви, выходит на коня своего и шествует, будучи Богом наставлен, и идет государь к селу своему Коломенскому, тут ему кушать. И кушаючи, государь всех с ним бывших весьма жаловал и пошел к селу своему Острову, тут было ему ночевать. И пришел государю на пути из Путимля станичник Ивашко Стрельник от Адара Волжина, а сказывает, что идут многие люди крымские к украине государевой, а того неведомо, царь ли или царевич, а уже через Донец Северский переправились. Государь же нисколько о сем не усомнившись, пошел к Коломне и взял с собою брата своего князя Владимира Андреевича, а из Острова князь Владимир воротился. И всех государь утешал словами обнадеживающими: «Имеем на Бога упование да и на свою правду, перед крымским царем не повинен ничем. Он, рыкая, хочет поглотить христианство, но милосердый Бог сотворит, как похочет».
О приходе царском на Коломну. Пришел государь на Коломну того же месяца в 19 день в воскресенье, и тут приехал Адар Волжен, а сказывал, что идут многие люди крымские, а ожидают их на Рязань и к Коломне, а иные украины государевы проходят, а того неведомо, царь ли или царевич. И государь велел у себя быть царю Шигалею и послал полки на берег. Большему полку велел стать под Колычевым, а передовому перед Ростиславлем, а левой руки под Голутвиным; и как только будет царь крымский, государь умыслил с ним делать прямое дело. Царя же Шигалея отпустил в судах в Городок, поскольку царь великое тело имел и не мог скоро на конях ездить; разумен же царь был преизлишне, но не храбр был на ратях и дружине своей неподатлив. Государя же вестники поспешать заставляют: приехал станичник Васька Александров, а сказывал, что многие люди к Рязани собираются, а иные украины многие проходят.
