через решётку в окне, Виант решил сбежать. Ради этой заветной цели ему удалось сделать «карьеру» и перевестись с общих работ в швейном цехе в прачечную. Так он получил возможность вкалывать в одиночестве, а заодно исчезнуть с глаз многочисленных стукачей как минимум на девять часов в день.
Мечта, мечта, вот уже третий год Вианта держит на плаву надежда свалить из Облака и разобраться. Теперь его никто и ничто не удержит. Если потребуется, то он взломает хоть личный компьютер президента Путина. Двадцать четыре года – это слишком много. Даже если удастся откинуться по УДО (условно-досрочное освобождение), то Вианту всё равно придётся отсидеть как минимум шестнадцать лет. Точнее, всего четырнадцать. И то никакой гарантии. Но за шестнадцать лет следы злосчастных тринадцати миллионов долларов окончательно затеряются. Больше всего на свете Виант жаждет справедливости. Любой ценой. Но-о-о…
Это только в кино дёрнуть из тюряги легко и просто. Главному герою достаточно прокапать подземный ход или перемахнуть через колючку, по которой пущено четыреста вольт. Реальность оказалась иной. Вот уже второй год Виант вкалывает в прачечной, вот уже второй год по девять часов в день готовится к побегу и… И у него до сих пор нет ни одного худо-бедно реалистичного плана этого самого побега. Вообще ничего.
Больше года назад Виант завёл специальную тетрадь и вывел на её обложке единственное слово «Справедливость». Тогда же он принялся старательно и скрупулёзно заносить в тетрадь собственные наблюдения за системой охраны Облака. С упорством маньяка Виант ищет и ищет, ищет и ищет уязвимости в этой самой системе. А они должны быть. В мире вообще нет ничего идеального, в любой системе по определению должна быть хотя бы одна уязвимость. Весь хакерский опыт Вианта говорит об этом. Вот и сегодня ему удалось рассмотреть часть внешнего периметра, причём именно ту самую, бывать возле которой приходится реже всего.
Пока память свежая. Фиолетовой ручкой, а где нужно и простым карандашом, Виант старательно записал и зарисовал увиденное. Не забыл и о подвале административного здания. Там видеокамеры контролируют не только каждую лестничную площадку, но и часть коридоров. Понадобится или нет – бог его знает. Однако информация лишней не бывает.
Самую последнюю точку фиолетова ручка крутила особенно долго и тщательно. Увы, Виант бросил шариковую ручку на стол, вывод напрашивается неутешительный: возле кабинета начальника колонии караул бдит как никогда. Причём окончательно подтвердилось давнее наблюдение: чем ближе пост охраны или вышка к окну кабинета начальника, тем меньше солдатам срочной службы осталось до дембеля.
Духов, которых только-только привезли из учебки, специально ставят на самые дальние вышки. Расчёт верный: по молодости новички бздяд со страшной силой, а потому службу бдят строго по уставу. Чёрт побери, очень хорошо бдят. Так, Виант несколько раз специально ходил после отбоя в туалет и наблюдал за часовыми через окно. Совсем молоденькие солдаты всю ночь пугливо озирались по сторонам. Причём чаще и пугливей всего они смотрели вовнутрь периметра. Даже в четыре часа утра , когда самый крепкий сон и голова похожа на чугунный шар, ни один из них так и не привалился к столбу, не говоря уже о том, чтобы сесть или уснуть прямо на вышке.
По мере службы солдат продвигают всё ближе и ближе к дорожкам, по которым всё чаще и чаще бродит начальство. Как апофеоз, на вышках возле центральных ворот караулят сержанты Гюншер и Ерлаев, дембеля, которые уже летом отправятся домой. Виант с треском захлопнул «Справедливость». Общий вывод всё тот же – систем устойчива и явной уязвимости найти не удалось. Опять не удалось.
Память очищена, информация сохранена. Словно крыса в доме, Виант бросил пугливый взгляд в проход между стиральными машинами. Никого. Входная дверь плотно закрыта. Да, информацию о побеге лучше всего хранить в голове, в самом недоступном месте. Если кум найдёт «Справедливость», то личное дело Вианта тут же украсит красная полоса – чёрная метка склонного к побегу заключённого. Так могут работы в прачечной лишить и отправить обратно в швейный цех, где бугор трясётся над своим УДО и гораздо бдительней охранников на вышках следит за подневольными работниками.
Но, с другой стороны, «Справедливость» – хоть какая-то отдушина. Общая тетрадь в клеточку давно стала для Вианта своеобразным «бумажным компьютером». Ведь в ней тоже можно работать с информацией, собирать её, сортировать и анализировать. Вот почему Виант не обращает внимания на липкий холодный страх вдоль позвоночника и старательно записывает все свои мысли и наблюдения в тетрадь.
Виант вновь бросил взгляд в проход между стиральными машинами. Прежде чем закончится программа мойки, у него есть минут десять. Можно подумать. Страница за страницей Виант принялся листать «Справедливость», перечитывать собственные заметки и бог знает в какой раз искать, искать, искать уязвимость в системе. А вдруг в записи годовалой давности он натолкнётся на свежую мысль. Вот, например, указательный палец коснулся карандашного рисунка, задний двор столовой выходит на ворота. Когда-то там был то ли запасной, то ли задний выезд с территории колонии. Может, получится пролезть под воротами? Виант пощупал собственные бока. На тюремных харчах он заметно похудел, будто вытянулся в длину. Помимо собственной воли его тело всё больше и больше напоминает классическую фигуру уголовника, поджарой, но физически плохо развитой. Для полной и окончательной картины не хватает куполов во всю грудь, ровно двадцать четыре штуки. По меркам бывалых сидельцев, это была бы очень внушительная коллекция.
Хотя… Нежданная мысль бешеной крысой завертелась в уме. Виант поднял голову, глаза уставились в угол закутка. Ну хорошо, вот он пролезет под задними воротами. Пусть не забудет прихватить с собой вместительный баул с мясными консервами, макаронами, чаем и сахаром. Пусть дорога окажется чистой, и он без проблем доберётся до Перми, а то и до самой Москвы. А что дальше? Дальше что?
Ледяной озноб скатился от макушки вдоль позвоночника и ушёл в ноги. Как в стылую лужу босиком вступил. Виант будто в первый раз уставился в исписанные листы «Справедливости». Сейчас, буквально только что, до него дошла главная уязвимость ещё не придуманного плана побега. Вот уже третий год он ломает голову как удрать из Облака, как перебраться на ту сторону колючей проволоки, а о том, что делать после, никогда не думал вообще.
Это же, это же… Пальцы задрожали, Виант нервно захлопнул тетрадь. Велика вероятность, что ему придётся удирать от погони со стрельбой и собаками как в кино. Так ведь и убить могут. Как рассказывали бывалые сидельцы, солдату-срочнику за
