слова «истина», необходимо в ноэме отбросить результат, происшедший вследствие вступления этой предметной сущности в сферу «иного». Как для греков вообще значение «незабываемости» есть чистая ноэма слова «истина», так для Сократа, Гиппарха и прочих отдельных греков такой ноэмой (ноэматической семемой) служат еще более частные спецификации, зависящие от более узкой сферы человеческих отношений и понятий (74).
10. Ноэтическая энергема. Ноэтическая энергема (173, 180); сущность ноэтической энергемы заключается в том, что она знает свое знание и себя (174); перцептивно-ноэтическая энергема (179).
11. Ноэма и логос, логика. Ноэтическая логика; аноэтическая, или гилетическая логика (215, 219, 226); ноэтическая логика должна быть учением о понятии, суждении, умозаключении, индукции и термине (215 – 216); логос ноэтический (221); ноэтическая логика – онтология; аноэтическая логика – онтология (223); ноэтическая логика занимается ноэзисом, смысловым конструированием эйдоса (215); ноэтическая, т.е. «формальная» логика (226); аноэтическая математика (219).
12. Ноэма и мифология. Антиномии, возникающие на лоне чистой диалектики, т.е. относящиеся к ноэтической логике. Наполните их тем или другим опытом, религиозным или атеистическим, и начните говорить не о понятиях, но об именах, т.е. о существах и вообще о том, что вашему опыту представляется как подлинно живое и реальнейшее, и – вы получите вместо чисто ноэтических антиномий – мифологические антиномии, т.е. вместо ноэтической логики – мифологическую (217).
нуждаться
1. В этом и заключается его (т.е. экстаза. – В.П.) смысл – не нуждаться даже в вúдении, даже в бытии, т.е. в раздельности, не нуждаться даже в общении и в нем самом (189).
2. Именем мы и называем энергию сущности, действующую и выражающуюся в какой-нибудь материи, хотя и не нуждающейся в этой материи при своем самовыражении (194).
нуль
Ноэма слова мало-помалу, через ощущение и раздражение, сведется к нулю, т.е. к полному равенству неодушевленным звукам как обычным физическим телам и процессам (188). Конструирование сводится к нулю, который есть сразу все, как одна неразличимая точка экстаза. Состояние умного и сверх-умного экстаза есть это апофатическое конструирование сущности в инобытии (225).
нумерически
Вся сущность же – нумерически едина и не может не быть такой, ибо тогда отдельные моменты ее рассыпались бы на самостоятельные сущности (116); нумерически единое (114).
О
обоснование, основание, основа
1. Философия имени есть самая центральная и основная часть философии вообще (и не только философии!). Имя – как максимальное напряжение осмысленного бытия вообще – есть также и основание, сила, цель, творчество и подвиг также и всей жизни, не только философии (176). И оно (т.е. слово. – В.П.) продолжает играть в мышлении свою великую роль, хотя уже в невидимой форме фундамента и первоначального основания (53). Всякая реальная жизнь слова основывается на этих принципах и не может их не содержать в себе (181); связь предметной сущности имени как таковой со словом как с ареной встречи; на ней основываются все судьбы живого слова (109); только в имени обоснована вся глубочайшая природа социальности во всех бесконечных формах ее проявления (41).
2. Мы должны в ней (т.е. в сущности как таковой. – В.П.) найти основание для всех меональных судеб имени (108); единственная опора и оправдание всех многоразличных судеб имени – в его предметной сущности; надлежит уяснить, в чем заключается эта опора и основание. Это значит, что из обрисованной нами сущности мы должны уметь вывести всю судьбу имени вообще, не прибегая к помощи никакой другой сущности (162). Как бы ни отличались разные типы имени от первоначальной сущности, – только ею одною все они должны управляться и только из нее вытекать (161 – 162).
3. Эйдос, явленный лик вещи, есть первое основание всяких рассуждений по поводу жизни и проявления этого эйдоса (214). Так модифицируется логос абсолютной меонизации на эйдетически-сущностный логос, имея его последней своей идеальной опорой и основанием (159). Он (т.е. логос. – В.П.) себя не обосновывает; и в логосе как таковом неизвестно, почему в нем дана такая-то совокупность признаков. Обоснование этой связи – всецело там, где она дана как жизнь, где все эти признаки даны в живом целом, в эйдосе (135 – 136); логос, взятый как таковой, не обосновывает себя; он лишь – метод объединения смыслов согласно узреваемому эйдосу. А эйдос обосновывает сам себя, он – смысловая и цельная картина живого предмета (136).
4. В нем (т.е. в смысле. – В.П.) не может быть необоснованного в смысловом отношении противостояния совершенно дискретных частей. В нем целое проникает всякую часть, и часть не может не быть в то же время целым. Этим только и обеспечивается смысл как таковой, т.е. непрерываемость и полнота его (83). Наиболее понятными и основными, с точки зрения смысловой структуры, является конструкция эйдоса в узком смысле и эйдетической схемы (214). Всякий момент сущности может послужить основой для самостоятельной конструкции (224).
5. Как бы мы ни утверждали примат и даже единственность формально-логического мышления, мы никогда не должны забывать, что условием и основой его является мышление диалектически-эйдетическое; формальная логика имеет свое обоснование в предметной сущности как таковой (131).
6. В основе языческой и христианской культуры лежит определенный цикл опытно открытых мифов (203); какая-то мифология лежит в основе новоевропейской культуры (203).
7. Она (т.е. феноменология. – В.П.) есть смысловая картина предмета, отказываясь от приведения этого предмета в систему на основании каких-нибудь принципов, лежащих вне этого предмета (199).
8. Я почти первый в русской философии не лингвистически и не феноменологически, но диалектически обосновал слово и имя как орудие живого социального общения (47); мы не станем касаться имени как стихии разумно-живой, реально-практической жизни, хотя дали обоснование его также и в этой плоскости (177); диалектика не есть формальная логика, она – не метафизика. Но она не есть также и феноменология и не есть кантианский трансцендентализм. Четкое проведение различия всех этих методов мысли было основанием моей работы (40).
