DCII. Титу Помпонию Аттику, в Рим
[Att., XII, 48 (конец); 49]
Тускульская усадьба, 19 мая 45 г.
Я, правда, чувствовал, какую пользу ты приносишь мне своим присутствием. Но после твоего отъезда чувствую это гораздо больше. Поэтому, как я писал тебе ранее, либо я к тебе весь, либо ты ко мне, насколько будет дозволено.
1. Вчера, вскоре после твоего отъезда, какие-то, по-видимому, городские жители доставили мне письменное поручение от Гая Мария, сына Гая, внука Гая2932; в длинном письме он, «во имя моего родства с ним, во имя того Мария, о котором я писал2933, во имя красноречия своего деда Луция Красса, обращается ко мне с просьбой защитить его». И он написал мне о своем деле. Я написал в ответ, что он вовсе не нуждается в защитнике, так как вся власть принадлежит его родственнику Цезарю, прекрасному мужу и благороднейшему человеку; что все-таки я окажу ему содействие. О времена! Чтобы дошло до того, что Курций думает, не домогаться ли ему консульства2934! Но об этом достаточно.
2. Тирон заботит меня; но скоро я буду знать, что с ним; ведь я послал вчера человека, который увидит его; я дал ему письмо и к тебе. Посылаю тебе письмо к Цицерону2935. Напиши мне, пожалуйста, на какой день назначена продажа садов.
DCIII. Титу Помпонию Аттику, в Рим
[Att., XII, 51]
Тускульская усадьба, 20 мая 45 г.
1. Тирон оказался у меня скорее, чем я рассчитывал; приехал и Никий, а Валерий, как я слыхал, приедет сегодня. Хотя их и много, тем не менее буду более одинок, нежели был бы, если бы был один ты. Но жду тебя, от Педуцея — во всяком случае2936; ты же слегка намекаешь, что даже раньше. Однако пусть будет, как ты сможешь.
2. Что касается Вергилия, — как ты пишешь. Но я хотел бы знать одно: когда продажа с торгов? Обращение к Цезарю с письмом ты, вижу я, одобряешь. Что еще нужно? Это же чрезвычайно одобрил и я, и тем более, что в нем нет ничего, кроме свойственного честнейшему гражданину, но честнейшему в такой мере, какую допускают обстоятельства, покоряться которым учат все государственные люди. Но мне, как ты знаешь, казалось нужным, чтобы сначала прочитали те2937. Итак, ты позаботишься об этом. Но если ты поймешь, что они совсем не одобряют, его не следует посылать. Но думают ли они это, или же притворяются — ты поймешь. Для меня притворство будет равносильно отказу. Ты разузнаешь это.
3. Что касается Цереллии, Тирон рассказал мне, какого ты мнения: быть должником не подобает моему достоинству, письменное обязательство ты одобряешь —
Бояться этого, не знать боязни пред другим2938.
Но об этом и многом другом при встрече. Все же, если ты согласишься, следует воздержаться от уплаты долга Цереллии, пока мы не будем знать и насчет Метона и насчет Фаберия.
DCIV. Титу Помпонию Аттику, в Рим
[Att., XII, 52]
Тускульская усадьба, 21 мая 45 г.
1. Луция Туллия Монтана, который поехал с Цицероном, ты знаешь. Я получил от мужа его сестры письмо с извещением, что Монтан должен Планку2939 20 000 сестерциев, так как он поручитель за Фламиния; что Монтан на этот счет о чем-то просил тебя. Планка ли следует просить, ты ли можешь чем-нибудь ему помочь — помоги, мне бы очень хотелось. Это входит в мои обязанности. Если дело случайно известно тебе больше, чем мне, или если ты считаешь, что следует просить Планка, пожалуйста, напиши мне, чтобы я знал, каково положение и о чем следует просить.
2. Жду известий о том, что ты предпринял насчет письма к Цезарю2940. О Силии совсем не так беспокоюсь. Необходимо, чтобы ты устроил мне с садами или Скапулы, или Клодии; но ты, мне кажется, в чем-то сомневаешься насчет Клодии: насчет ли времени ее приезда или насчет их продажи. Но я слыхал, что Спинтер развелся, — в чем дело?
3. Что касается латинского языка, — не беспокойся. Ты скажешь: «Как ты пишешь такие сочинения?»2941. Это переписанное: оно создается с меньшим трудом; я только привожу слова, которые у меня в изобилии.
DCV. Титу Помпонию Аттику, в Рим
[Att., XII, 53]
Тускульская усадьба, 22 мая 45 г.
Хотя мне и нечего тебе писать, пишу все-таки, так как мне кажется, будто я говорю с тобой. Здесь со мной Никий и Валерий. Сегодня я ждал твоего утреннего письма. Быть может, будет другое — пополудни, если тебе не помешает письмо в Эпир2942, которого я не прерываю. Посылаю тебе письма к Марциану и к Монтану. Присоедини их, пожалуйста, к той же связке, если ты случайно уже не отправил.
DCVI. Титу Помпонию Аттику, в Рим
[Att., XIII, 1]
Тускульская усадьба, 23 мая 45 г.
1. Цицерону2943 ты написал так, что не было возможности написать ни строже, ни сдержаннее и в большей степени в том духе, в каком я сам хотел бы более всего; вполне благоразумно — также Туллиям2944. Итак, либо это принесет пользу, либо следует действовать иначе.
2. Что касается денег, ты, вижу я, прилагаешь или, лучше, приложил всяческую заботливость. Раз ты делаешь это, я получу от тебя сады. Как раз этот род владения я и предпочитаю — более всего, разумеется, ввиду того дела, которое предпринято; от спешки в этом ты избавляешь меня, так как обещаешь или, лучше, берешься в течение лета2945. Затем, также для преклонного возраста и уменьшения печали невозможно найти ничего, более подходящего для меня; желание этого иногда заставляет меня хотеть уговаривать тебя; но я сам останавливаю себя; я ведь не сомневаюсь, что в том, чего я, по твоему мнению, очень хочу, ты своим желанием превосходишь меня самого. Потому считаю это уже сделанным.
3. Жду сообщения, как они2946 решают насчет письма к Цезарю. Никий любит тебя, как он и должен, и чрезвычайно доволен, что ты помнишь его. Я очень люблю нашего Педуцея; ведь я и перенес на него все свое отношение к его отцу2947 и люблю его самого так же, как я любил того, тебя же — особенно, раз ты хочешь, чтобы мы оба так относились друг к другу. Если ты осмотришь сады и если ты сообщишь мне о письме, то ты дашь мне, о чем писать тебе; если нет — все-таки напишу что-нибудь; недостатка ведь никогда не будет.
