— Прямо сейчас.
— Нет, Кэл. Ты еще слишком слаб.
— Я стану сильным, — просто сказал он, — как только мы откроем книгу.
Ей было нечего возразить, поэтому она подошла и положила ладони на подарок Мими. Когда ее пальцы сплелись с пальцами Кэла, лампочка у них над головой мигнула и погасла. Погруженные в темноту, они держали между собой книгу, как когда-то ее держали Сюзанна и Хобарт. Однако сейчас силы, заключенные в страницах, пробуждала не ненависть; сейчас там была радость.
Они чувствовали, как книга задрожала от их прикосновения и сделалась теплее. А потом выскользнула из их рук к окну. Заледенелое стекло разбилось, и книга исчезла, провалившись в ночь.
Кэл вскочил на ноги и заковылял к окну, но, прежде чем он успел подойти, страницы распались и взлетели, птицами мелькнули в ночи, пронеслись, словно голуби. Мысли, которые Станок записал между строк, светились и обретали жизнь. Затем страницы снова метнулись вниз и исчезли из виду.
Кэл отвернулся от окна.
— В сад, — сказал он.
Ему казалось, что его ноги сделаны из ваты, и Сюзанне пришлось поддерживать его, пока они шли к двери. Вместе они вышли на лестницу.
Глюк слышал звон разбитого стекла и уже поднимался по лестнице с кружкой чаю в руке, чтобы узнать, в чем дело. Он за свою жизнь повидал немало чудес, однако при виде Кэла, призывающего его идти на улицу, скорее идти на улицу, так и застыл с разинутым ртом. Когда он сумел сформулировать вопрос, Кэл и Сюзанна уже преодолели половину второго лестничного пролета. Глюк кинулся за ними в прихожую, через кухню к задней двери. Сюзанна уже отпирала засовы снизу и сверху.
Хотя за окном только что была зима, на пороге их встретила весна.
А прямо в саду, разрастаясь у них на глазах, открылся источник этого чуда: дом вечной радости, место, за которое они сражались и едва не погибли, спасая его.
Фуга!
Она стекала с разрозненных страниц книги во всем своем неповторимом великолепии, прогоняя лед и тьму, как прогоняла их и прежде. Время, проведенное среди сказок, не прошло для нее даром. Она явилась с новыми загадками и новым очарованием.
В свое время Сюзанна откроет здесь древнюю науку и с ее помощью залечит старые раны. И здесь же, в каком-то будущем немыслимом году, Кэл переедет жить в дом на границе с Вихрем, куда однажды придет некий молодой мужчина, чья история ему известна. Все это было впереди, все, о чем они вместе мечтали. Все ожидало своего часа, чтобы родиться.
И в этот самый миг во всех сонных городах, разбросанных по острову, изгнанники пробуждались и поднимали головы с подушек. Несмотря на мороз, они широко распахивали окна и двери, чтобы встретить новость, которую несла им ночь: то, что можно вообразить, никогда не умрет. И даже здесь, в Королевстве, волшебство отыщет для себя дом.
Начиная с этой ночи мир един для жизни и для мечтаний, Страна чудес всегда будет на расстоянии одного шага, одной мысли.
* * *
Сюзанна, Кэл и Глюк вместе вышли из дома и направились в эту волшебную ночь.
Перед ними разворачивались удивительные картины: друзья и места, исчезнувшие, как они боялись, навсегда, возвращались, чтобы приветствовать их и поделиться своим волшебством.
Настало время для чудес. Для призраков и превращений, для страстей и двусмысленностей, для полуденных видений и полуночного торжества. И этого времени было в избытке.
Потому что ничто никогда не начинается.
И эта история, не имеющая начала, не имеет и конца.
Примечания
1
Перевод В. Жуковского.
2
Менструум (в алхимии) — универсальный растворитель.
3
Перевод Т. Щепкиной-Куперник.
4
Сэвил-роу — лондонская улица, где расположены ателье самых дорогих портных.
5
«Удар милосердия», последний добивающий удар (фр.).
6
Полицейская машина для перевозки арестантов.
7
Удачи! (фр.)
8
Перевод А. Сергеева.
9
По моде (фр.).
10
Moon (англ.) — Луна.
11
Перевод Г. Кружкова.
12
Малый эпилептический припадок (фр., мед.).
13
Начала — один из девяти ангельских чинов.
14
Перевод А. Ситницкого.
15
Специально, применимо только для этого, для специальной цели (лат.).
16
Баптистерий — один из церковных приделов.
17
Перевод Г. Кружкова.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
