— Это и есть виновник наших проблем? — при виде фаворита Кэтрин Кингсли адмирал испытал некоторое разочарование. — Кто-нибудь видел его во дворце?
— Э-э-э, я однажды видел, — виновато пожал плечами советник Таллент. — Если не ошибаюсь, его зовут Сайрус Корк, он занимался в новом Палатиуме хозяйственными вопросами. С ним еще была связана какая-то темная история…
— Бьюсь об заклад, он внезапно и бесследно исчез. Сделать кастеляна отцом наследника — шаг странный и довольно бессмысленный. Хотя есть одна причина, по которой Кэтрин могла решиться на подобное. Этот человек тоже из чужаков?
— Вы, как всегда, смотрите в корень, ваша милость, — профессор Биллер накрыл проектор ладонью, и голограмма исчезла, — он прибыл на Абсалон вместе с будущей Императрицей.
К несчастью, Филипп совсем не чувствовал себя польщенным. Он отдал бы все на свете, чтобы никогда не слышать о Сайрусе Корке. Наверное, эта мысль невольно отразилось на его лице, потому что во взгляде майора Кроу неожиданно промелькнуло сочувствие.
— Поверьте, сэр, в этом вы не одиноки. Такие фальшивые императоры существуют во всех мирах и временах. Их терпят ради сохранения мифического величия или видимого благополучия. Что же касается всего остального, то вам хорошо известно, что король царствует, но не управляет. Кстати, ваш Император дивно похож на своего родного папашу.
Присутствующие согласно закивали, а адмирал отвернулся, чтобы скрыть невольную ухмылку. По его мнению, майор больше других подходил Анне в качестве супруга. Он был хорош собой, умен, имел неукротимый нрав и относился к девушке с нескрываемой нежностью. Но Филиппу почему-то казалось, что у Анны и майора большая разница в возрасте, а в его поведении было больше заботы, чем страсти.
Настало время решать, примут ли хозяева предложенный гостями план, который больше походил на заведомо невыполнимую, самоубийственную авантюру. Вопрос был поставлен на голосование, и его результаты неприятно удивили адмирала. Против оказались только он и профессор Биллер, которому было жаль терять ценный генетический материал. Остальные, видимо, свято верили в чудеса.
Вот уже несколько дней Анна была не просто молчалива, а накрепко закрыта от окружающего мира. Все это время за нее говорил брат Александр, который и сам не произнес ни одного лишнего слова. Филипп уже начал всерьез опасаться за ее здоровье, но ему объяснили, что Анна просто экономит силы перед предстоящим испытанием.
Так называемый «план» заключался в том, что в ближайшие двадцать часов им всем предстояло покинуть Северное крыло. Всем, кроме брата и сестры Корвел, Себастьяна Лангвада и Оливии Данли. Мастер Данли до сих пор не вполне осознавала, что ей предстоит пережить, но была так увлечена белокурым красавцем Александром, что почти не задавала вопросов.
Оливия и Себастьян откровенно недолюбливали друг друга, и на фоне их взаимной неприязни идея Биллера о скрещивании казалась, по меньшей мере, бредовой. Данли не присутствовала на совещаниях, потому что Себастьян категорически отказывался сидеть с ней за одним столом.
Глядя на сосредоточенные и отрешенные лица молодых людей, адмирал чувствовал себя убийцей. Ему приходилось посылать людей на смерть, в конце концов, он командовал военным флотом, но в каждом случае оставалась слабая надежда на благополучный исход. Сейчас у них не было даже этого.
— Мы закончили устанавливать оборудование, привели в порядок помещения наверху и подготовили их так, как вы просили. Но я все равно не понимаю, зачем кому-то нужно здесь оставаться! — Филипп резко поднялся из-за стола и в раздражении прошелся по комнате. — Мы можем ударом с орбиты уничтожить Северное крыло, а вместе с ним и всех незваных гостей. Я предлагал это много раз…
— Если вы выберете силовой метод, адмирал, то сильно осложните мою задачу, — Себастьян тоже поднялся и непроизвольно прижал ладонь к груди, словно испытывал сильную боль. — Давайте закроем, наконец, наше собрание, мне еще нужно успеть попрощаться с семьей.
С этими словами Лангвад направился к выходу, а за ним потянулись и все остальные. Филипп устало махнул рукой полковнику Гатлину, опустился в свое кресло и на минуту прикрыл воспаленные от недосыпания глаза.
Глава 8
Небо над дворцовым комплексом было затянуто серыми тучами, накрапывал редкий дождь, на площади перед старым Палатиумом застыли в ровном строю десантные катера. Адмирал Бран стоял на крыше у зубчатого ограждения и думал о том, что очень скоро это место превратится в руины, а вернее, в огромную дыру в земле. В эти последние часы перед отлетом он попросил Анну Корвел-Хартли о личной встрече на том самом месте, где они разговаривали в первый раз. Неужели это было меньше декады назад? Ему казалось, что с тех пор прошла целая вечность, и уже вечность он испытывает неодолимую тягу к юной чужеземной красавице.
Анна подошла совершенно бесшумно, но Филипп, даже не оборачиваясь, почувствовал ее приближение по дивному аромату духов. Он жадно вдохнул сырой воздух, повернулся и рискнул взять девушку за руку. Она позволила ему эту маленькую вольность.
— Вы выглядите усталым, Филипп, вам нужно отдохнуть.
У Брана невольно вырвался резкий смешок.
— Самое время предаться беззаботному отдыху! — он склонился к тонкой изящной ручке и на несколько томительных мгновений прижался губами к нежной коже. — Я все еще не теряю надежды вас отговорить. Нет никакого смысла здесь оставаться, мы уничтожим их с большого расстояния, и никто не пострадает.
На прелестном сосредоточенном лице Анны застыло выражение стоического терпения. Она осторожно отняла у него свою руку и медленно пошла вдоль ограждения, легко касаясь пальчиками старых выщербленных камней.
— Либо вы так и не услышали нас, либо невнимательно читали послание Императора Фабиана. Сейчас все составляющие находятся на своих местах, картина полностью сложилась, и вам совсем не обязательно верить в существование высших сил, Филипп. Если вы не хотите собственными руками уничтожить Абсалон, дайте нам возможность сделать свою работу.
— Вы действительно считаете, что за Дверью притаилось вселенское зло, и опасность
