Ринар потряс черепом, словно стряхивая наваждение. Совсем как встряхивает головой обычный человек. Только гораздо интенсивнее. Видимо, наваждение было серьезным. Прокашлявшись, череп ответил:
— Ну понятное дело, нам надо найти офис Мурохха. Копье Подгорных Властителей здесь ты почувствовать не сможешь. Янсурк — современный город, здесь одних бытовых предметов, меняющих реальность, столько, что неактивное Копье Подгорных Властителей ты просто не заметишь. Плюс в городах всегда достаточно много магов серьезных уровней, собирающих разнообразные артефакты. В больших городах может быть до десятка шести-семиуровневых магов.
— А Янсурк — большой город?
Череп потихоньку подлетел к занавеске. Попытался заглянуть за край. Получил мыльной мочалкой по лбу. Недовольно гудя, отлетел подальше. Шары его глаз задумчиво поднялись вверх. Расстояние между потолком и трубой, на которой висела штора, было как раз такое, что он в своей сущности мог бы протиснуться.
— По всей видимости, достаточно большой. В моей прежней жизни здесь не было городов, кроме того, заброшенного.
— И сколько нам времени потребуется, чтобы прочесать весь город?
Начавший было взлетать череп остановился и скрипнул зубами. Надо было отвечать. Вика сразу бы поняла, что он подсматривает сверху. Снова получать мокрой мочалкой не хотелось. А может, не дотянется? Потолки были высокими…
— Мы зайдем в Муниципалитет. Его легко найти. В любом городе Зеленоморья он расположен на центральной площади. Там нам должны дать адрес.
— На поиски отправимся завтра. Я спатеньки безумно хочу.
— Ну правильно. Тебе надо отдохнуть. Все равно натаскаешься — будь здоров.
— А мы пешком ходить не будем! Возьмем самоход у гнома…
Череп все же взлетел под потолок. И заговорил в сторону, старательно скашивая глаза вниз. На аппетитную фигурку в тумане паров горячей воды. Риск заработать косоглазие был велик.
— Струж ведь обещал его Ядвиге. Ты же подслушивала их разговор через улицу!
— Ну и что? Своим неожиданным появлением я уже заставила ее задуматься. Еще час назад он был всего лишь другом. А тут вдруг такая пригожая, хорошенькая, красивенькая — чмок-чмок-чмок — девушка вешается этому другу на шею. И прижимается всеми мягкими местами. Я буду не я, если она уже локти не начала себе кусать. Вчера Струж был с потрохами в коготках у гномки, а сегодня уплывает в чужие! Вот увидишь, Ядвига уже составляет планы по соблазнению. Так что завтра она будет крутиться вокруг Стружа. А может, уже и сегодня. Или я плохо знаю породу стервочек. — Вика не стала уточнять, что в другой жизни сама нередко запускала коготки в так называемых друзей. Затягивала их в так называемую фрэнд-зону. И не выпускала. Но и не особенно давала надежду на взаимность. Но ей-то можно! Она-то — эксклюзивная стерва! — Я еще дровишек подкину в костер ревности. Как миленькая займется гномом. А он — ею. И пока они друг другом занимаются, мы будем раскатывать на самоходе.
— Не нравятся мне эти самоходы! — проворчал Ринар. — В мое время на лошадях ездили. Просто, экологично, безопасно. А эти молодые маги-недоучки затолкали магию в повозки. И носятся теперь разумные, рискуя задавить пешеходов. Куда это годится?
Видимо, Ринар несколько увлекся. Своим ли брюзжанием. Видом ли воды, струящейся по обнаженному золотистому телу. Но Вика вдруг обернулась и взвизгнула:
— Извращенец! Вот ты дрянь какая, оказывается! — Мокрая мочалка просвистела у виска черепа. — А ну сбрызни оттуда!
— А ты достань! Хе-хе! — Ринар прекрасно видел, что девушка до него не дотянется. Однако он не учел некоторых факторов. Магическая петля захлестнула затылок, и череп был стянут вниз. Со всей дури шмякнувшись о мраморный пол.
Поиграв еще немного в футбол оранжевым мячом, Вика стянула с крючка полотенце и, завернувшись в него, поспешила в спальню.
Когда череп через какое-то время вплыл в спальню, Вика уже лежала в постели, натянув одеяло до подбородка. Нельзя сказать, что смена вида спорта с волейбола на футбол отразилась на Ринаре благотворно. И гудение было с перебоями. И покачивало его изрядно. Да еще струйки воды лились на пол. При каждом покачивании.
— Ну что, освежился? — ехидно поинтересовалась Вика. — Был бы ты в теле, оборвала бы тебе все выступающие части на фиг! А так… Что с тебя взять? Живи уж.
Вика уже не сердилась на Ринара. Все мужчины одинаковы. Горбатого могила исправит. А их помыслы прямы, как черенок той лопаты, которой копают ту могилу. А в том, что Ринар являлся мужчиной, Вика была уверена. Она это чувствовала.
Проснулась Вика, когда опустившееся солнце заглянуло в комнату. Близилась ночь, но силы переполняли девушку. К тому же, как ей казалось, магический запас наполнился почти под завязку.
Ринар развлекал себя тем, что летал в пространстве спальни. Кругами. Восьмерками. Прищелкивая челюстями. Вращая глазами.
— Ринарчик, не мельтеши! — Вика потянулась, целомудренно следя, чтобы прелести оставались под одеялом. Простить она его, конечно, простила. Но это не повод, чтобы пялиться на халяву.
— Ну ты и дрыхнуть горазда, соня. Я уж думал, что проспишь до завтрашнего утра.
— Что новенького? Как у нас дела на гномьем любовном фронте?
— Ты была почти права. Ядвига не пошла на вечернее свидание. Но бастионы еще стоят — завтрашний день пока под вопросом. Разве не слышишь сама — сидят каждый на крылечке своего коттеджа и флиртуют напропалую.
— Бастионы еще стоят, говоришь? Пора взрывать атомную бомбу.
— Какую-какую бомбу?
— Тсс!.. Ринарчик, мне нужно сосредоточиться, чтобы продумать наряд… Хотя чего там думать? Нам нужна атомная бомба, а не высокоточное лазерное оружие.
— Какое оружие?
— Цыц, Ринар! Твое дело маленькое. Постучи зубами, если я стану хромать не на ту ногу…
Струж млел. Растекался от счастья по своему крылечку. Ядвига почему-то отменила свидание и теперь вовсю любезничала с ним! В том же наряде, который вроде был не для него. Улыбалась ему. И даже кокетничала! А еще ему показалось, что она заколебалась, когда он предложил провести завтрашний день вместе. Или нет?
Пребывая на небесах от общения с предметом своей страсти, Струж не слышал, как открылась дверь коттеджа. Как простучали низкие каблучки домашних туфель. Из тех, что с пушистым шариком, закрывающим носок. И то, что кто-то стоит у него за спиной, понял только по округляющимся и без того огромным глазам Ядвиги. Да по ее распахнувшемуся ротику.
Струж повернулся. И тут же пожалел об этом. Краска бурлящим потоком затопила лицо. Кончики остроконечных ушей запылали так, что ими можно было растапливать ледники.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
