— Значит так, молодой человек, — сурово сказала Авелин, — у меня есть право от главы Адейро немедленно вернуться назад, если ты вдруг начнёшь скверно себя вести. И я обязательно воспользуюсь этим правом, если ты продолжишь умничать. Тебе всё понятно?
Угроза возымела действие. Мальчишка поспешно извинился и уставился в окно, больше не докучая ей своим голосом. Но легче Авелин не стало. Ничего, она не будет об этом думать. Она будет думать о том, как всё стало хорошо, когда она прибыла в клан Джеминид, и как Хельга Джеминид, жена бывшего главы и мать Адейро, приютила её, сопливую девчонку, успокоила её и дала ей работу. И она всю жизнь служила клану Джеминид, и это были самые лучшие годы всей её жизни…
* * *
— Подъём, господа, — крикнул им кучер, — приближаемся к четвертухе.
— Что за четвертуха? — сонно спросил Сареф. Последние сутки они не останавливались в тавернах, так как их банально не было по пути. Трактирщики, несмотря на синюю категорию безопасности от Системы, редко отваживались строить свои заведения вблизи от границ.
— Это точка, где пересекаются границы четырёх кланов, — так же сонно ответила Авелин, — вставай, сейчас будет досмотр. Так всегда бывает при пересечении границы.
Когда они затормозили и вышли из экипажа, то Сареф увидел перекрестье двух дорог. И между каждой дорогой было по едва заметной мерцающей линии.
— Тебе не кажется, — Авелин проследила взгляд мальчика, — если ты что-то там видишь, то это границы земель других кланов. Их видят только пограничники и жители Системы с высоким Интеллектом. Ты, однако, молодец. Я и не знала, что ты уже так прокачал свой…
— Добрый день, мэм, — раздался вежливый, чуть шипящий голос сзади. Повернувшись, они увидели спешившегося кучера, около которого стоял пограничник. Вот только пограничник был… стревлогом. Авелин так и застыла статуей.
— Могу ли я узнать цель вашего прибытия, мэм, — так же вежливо спросил пограничник, на синей куртке которого был вышит герб клана Джеминид: коричневая сова на жёлтом фоне. Авелин же смотрела на него так, словно вот-вот упадёт в обморок.
— Мы едем погостить, — сказал Сареф спустя ещё двадцать секунд неловкого молчания, поняв, что Авелин не выдавит из себя ни слова.
— Куда? — так же радушно осведомился стревлог.
— В клан Андерраст, — ответил мальчик.
— Понятно. Краш! — он обернулся и крикнул куда-то себе за спину, — иди сюда!
Сареф осторожно заглянул ему за спину. Возле каждой дороги стояло по небольшому домику. Но рядом с одним домиком был устроен навес, под которым стояли стол и четыре стула. За тремя другими стульями сидели ещё три стревлога и играли в карты. Во время окрика пограничника один из ящеров поднялся и направился к ним. Подойдя, он вежливо спросил:
— Да, Хако, зачем звал?
— Засвидетельствуй. Гости едут из клана Джеминид в клан Андерраст, — сказал пограничник.
— Гости в клан Андерраст, — второй стревлог поднял руку, вызывая системное окно. На его рукаве Сареф заметил нашивку клана Андерраст: зелёную семиконечную звезду на сером фоне, — основания?
— Разрешение друга клана Андерраст Виктора Уайтхолла, который так же является другом клана Джеминид, — слабым голосом выдавила Авелин, сумев хоть как-то взять себя в руки. Хотя вид у неё был такой, словно она готовилась упасть в обморок.
— Разрешение Уайтхолла, — монотонно повторял стражник, разглядывая информацию, выданную Системой, — да, есть такое. Вы, молодой человек, вероятно, Сареф? А вы его сопровождающая Авелин?
— Да, сэр, всё так, — кивнул мальчик.
— В таком случае, подождите минутку, — сказал пограничник клана Андерраст. Он направился в домик на своей границе. Через несколько секунд стревлог вышел оттуда, держа что-то в руке.
— Дайте мне руку, молодой человек, — сказал он. Сареф подчинился. Ящер осторожно взял за руку мальчика — Авелин при этом едва не заплакала — осторожно оттянул рукав и надел ему на запястье верёвочный браслет. Кожа у ящера была прохладной и упругой, очень приятной на ощупь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А зачем это? — удивлённо спросил Сареф.
— Это — личная просьба Виктора Уайтхолла, — сказал пограничник Краш, — с этим браслетом наше клановое благословление будет действовать для вас на третьем уровне.
— А… ага… спасибо, — пробормотал Сареф.
— Не забудьте вернуть его, когда будете возвращаться обратно, — равнодушно сказал пограничник, — оставлять себе на память бесполезно, за границами клана Андерраст он потеряет свою силу. Вы можете проезжать, желаем вам приятно провести время на территории нашего клана.
После этих слов стревлог отвернулся и направился за стол под навесом. Авелин, казалось, ждавшая этих слов больше, чем чего-либо ещё, тотчас схватила Сарефа за руку и волоком затащила его в экипаж. Он даже не успел попрощаться с пограничником своего клана. Через несколько секунд карета тронулась.
— Благослови Система Виктора Уайтхолла, — тихо простонала Авелин, — что это была его личная просьба. Если бы нас стали обыскивать, я бы сошла с ума! Стревлоги! Стревлоги на службе кланов! Я, наверное, вижу конец света…
Сарефу такое показалось ужасно несправедливым. Они им не сделали ничего плохого. За что было так грубо о них отзываться? Но он помнил, как она отреагировала на то, что он думает. Но всё же не смог удержаться от своих комментариев.
— А вот прабабушка Хельга, — осторожно сказал Сареф, — всегда говорила, что тот, кто хочет служить клану Джеминид, должен служить клану Джеминид, даже если у него кожа другого цвета, клыки или когти…
— Ещё одно слово! — взревела Авелин, уже, казалось, бывшая на грани нервного срыва, — и мы едем назад!
— Да, конечно, — Сареф, уже привыкший к тому, что на него всё время орут, противно захихикал, — снова проедем мимо пограничников. Уверен, дяденьки ящеры с удовольствием с нами пообщаются.
Следующие несколько секунд ничего не происходило. Сареф был уверен, что Авелин его сейчас ударит. Но вместо этого она горько разрыдалась, спрятав лицо в ладонях. Сареф опешил. Ему нравилось доводить до слёз Джайну, ибо она была главной причиной того, что заставляло его плакать в детстве. Ему нравилось доводить до белого каления Адейро, бесчувственность которого к собственным членам клана была достойна легенд. Но Авелин… она за всю жизнь не сделала ему ничего плохого. И сейчас, наблюдая за тем, как она рыдает, он впервые в жизни почувствовал что-то… как будто что-то не так. Он так редко испытывал это чувство, что даже не смог сразу его опознать. А потом вспомнил. Ему было жаль Авелин. Так же, как ему когда-то было жалко Мимси, которую из-за него выгнали из клана, так же ему было жаль Авелин.
— Нянюшка Авелин, — Сареф внезапно показался себе ужасно неуклюжим, — я не хотел… извините…
— Не надо, мальчик, — всхлипывая, ответила Авелин, — ты не… пожалуйста, не надо… просто ничего не говори… и я сама…
Сареф послушно замолчал. Впервые в жизни на него не накричали, его не отругали — его вежливо попросили. Это чувство было таким новым и странным, что мальчик поражался. Вот так и должно быть всегда. Надо просто вежливо попросить — и тогда все будут довольны, и никому не надо будет ругаться.
Внезапно мальчик обратил внимание, что обзор над его глазами начинает мерцать красным. Это означало, что появилось много Системных сообщений:
Добро пожаловать! Вы находитесь на территории клана Андерраст. Ваша Сила повышена на 0,7.
Вы получили Браслет Гостя. Повышение силы увеличено до 2,5.
Вы покинули территорию клана Джеминид. Благословление клана понижено до первого уровня: вас на 25 % труднее ослепить, ночью вы видите на 25 % дальше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Вы покинули территорию клана Джеминид. Благословление клана-союзника понижено до первого уровня: Вы игнорируете урон, если он не превышает 2 % от вашего уровня здоровья.
Сила — 2,5
Ловкость — 6
Интеллект — 10,4
Вторичные параметры:
Сила воли — 7,5
