– Я заеду за Лаурой в семь.
Попрощавшись, Джед набрал номер адвоката и сообщил ему о новом повороте событий. Прежде чем говорить о новом разделе имущества, Джед попросил провести необходимые тесты, чтобы установить, действительно ли Джордан отец ребенка Тиффани. Часто врачи не соглашались проводить такие процедуры, когда ребенок еще во чреве матери. Можно подождать до родов. Но Джед предоставил адвокату разбираться во всем. Он и так уже достаточно сделал.
Джед облокотился на спинку стула и оглядел комнату, которую брат использовал как кабинет. Ему предстоит разобрать здесь все бумаги и привести их в порядок, выбросив все, что не нужно, и оплатив счета.
Джед взял коробку у стола, удивившись ее тяжести. Открыв ее, он обнаружил стопку рисунков черными чернилами и пастелью. На первых трех изображена Тиффани, в разной степени раздетая, потом Лаура, пара незнакомых людей, отец за работой.
Рисунки были великолепны. Почему Джордан тратил время на картины маслом, когда эти детальные рисунки получались у него куда лучше?
Джед набрал номер галереи. Длинные гудки. Джед взглянул на часы. Чуть за шесть. Лаура, наверное, уже дома. Он начал набирать ее домашний номер, но остановился. Лучше отвезти ей эти рисунки. Лаура выскажет свое мнение о них.
Это не повод увидеть ее.
И все же приятная дрожь от предстоящей встречи сковала его тело.
Ну и пусть. Джед вернул рисунки в коробку и вышел. Он оставил изображения с Тиффани. Их никто не увидит.
* * *
Когда он постучал в дверь Лауры, то вдруг подумал, что мог бы дождаться утра и прийти с рисунками в галерею.
Но Лаура уже открыла дверь. Она переоделась в шорты и топ, собрала волосы в конский хвост, обнажив изящную шею. Она стояла перед ним босая и такая красивая, что на мгновенье Джед позабыл, зачем пришел.
– Привет, Джед, не ожидала увидеть тебя еще раз сегодня. Какие-то проблемы?
– Не совсем. Мне нужно твое мнение по одному вопросу. – Он указал на коробку. – Я нашел это у Джордана в кабинете.
– Входи, – пригласила Лаура. – Что в ней?
Джед поставил коробку на обеденный стол и открыл крышку.
– О бог мой! – Лаура прикрыла рот рукой, доставая первый рисунок.
Девушка в изумлении раскладывала на столе рисунки один за другим.
– Я никогда их не видела, – прошептала она. – Только взгляни какой чудесный рисунок с Питером. – Лаура показала на изображение рыбака в бухте.
Все больше и больше рисунков заполняли стол.
– Эти просто потрясающие! Я знала, что Джордан рисует пастелью и чернилами, он говорил, это помогает ему настроиться на нужную волну. Но я видела всего пару набросков. И тот, что он подарил мне. Понятия не имела, что их так много. И такие великолепные!
Лаура придвинула стул и села. Забыв о присутствии Джеда в комнате, она с жадностью разглядывала рисунки один за другим. Потом начала раскладывать их по темам. Джед с интересом наблюдал за ней.
– Они хороши, – заключил он, заметив, что Лаура закончила.
– О, Джед, они не просто хороши, они сногсшибательны! Посмотри на это разнообразие. Портреты ему удавались особенно хорошо. Ты не знаешь здесь многих людей, но я знакома с ними и могу сказать, что Джордан передал не только внешнее сходство, но и частичку их личности. Почему он никогда не показывал мне их?
– Не знаю. Я тоже впервые их вижу. Но нам ведь нужно оценить эти рисунки. Они хорошо разойдутся, я знаю.
– Нужно продать их все. Ведь теперь ситуация изменилась.
– Имеешь в виду Тиффани?
– Кого же еще? Ты собираешься провести тест на отцовство?
– Я говорил об этом с адвокатом. Но у меня нет сомнений.
– У меня тоже. Так грустно! Джордан мог бы стать отцом, если бы не разбился.
– А он даже не знал. Ты же слышала, что сказала Тиффани. Но не уверен, что это знание изменило бы что-нибудь.
– Джордан мог бы жениться на Тиффани.
– Вряд ли. По крайней мере, до тех пор, пока мама не одобрила бы его выбор. Она давала ему деньги, он не стал бы рисковать всем из-за женщины.
– Джордан мог бы найти работу, чтобы содержать семью.
– Если бы он этого хотел, то давно бы нашел. Тиффани была для него очередной блондинкой, с которыми ему так нравилось встречаться.
– А что было раньше?
– Ничего важного. Проклятье, какая разница! И почему наши разговоры непременно возвращаются к Джордану! Как будто он сидит между нами все время.
– Но если бы не он, мы бы не встретились.
– Хоть раз мы можем поговорить, не упоминая о нем?
– Мы говорили. И Джордан давно не занимает все мои мысли, хотя ты, кажется, именно так и считаешь. Я перестала думать о нем с того дня, как застала его с Тиффани.
Повисла неловкая пауза. Потом Джед указал на рисунки.
– Они подойдут для выставки?
– Конечно! Хорошо, что я еще не сказала в издательстве, чтобы печатали брошюры. Нужно отобрать те, что будем выставлять, оценить их, описать и внести в каталог.
– Я могу помочь?
– И очень. Побудь объективным судьей. Выбери те рисунки, которые ты бы сам захотел купить.
Больше часа Джед и Лаура отбирали рисунки, описывая и оценивая их должным образом.
– Может быть, позже я выставлю остальные, если эти хорошо разойдутся, – заключила Лаура, когда они закончили.
– Нужно заработать на этих рисунках как можно больше. Ребенок Тиффани – мой племянник или племянница.
– Да. Скоро ты станешь дядей, – улыбнулась Лаура. – А у твоих родителей появится внук. Как думаешь, им понравится быть дедушкой и бабушкой, когда они привыкнут к этой мысли?
– Думаю, да. Они неплохие родители, просто любят быть в центре внимания. – Джед поднялся. – Оставляю рисунки тебе. Скажи, если тебе что-нибудь понадобится.
С минуту они молча смотрели друг на друга. Джеду хотелось коснуться ее, снова ощутить аромат ее волос, нежность кожи, сладость губ. Но он знал, что этого не случится.
Лаура все еще видит в нем Джордана. Да, она разочаровалась в его брате, ее ранило его предательство. И все-таки она не забыла о нем.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
На следующее утро Лаура проснулась рано. Она плохо спала всю ночь, думая, как быстро летит время. Скоро Джед уедет. Девушка оделась и слегка перекусила.
За завтраком Лаура придумала описание для набросков, которые восхитили ее больше других. Она уже знала, куда повесит их и как выставит освещение.
Удовлетворенная, Лаура поехала в галерею. Напечатала там описания на компьютере и к приезду Хезер оформила новые буклеты, которые отдала ассистентке, чтобы та отвезла их в издательство.
Лауре не терпелось начать развешивать рисунки Джордана. Впервые, она с нетерпением начала ждать открытия ретроспективы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
