Как раз в этот момент в дверь постучали.
Я посмотрел в глазок, увидел, что за дверью стоит Кен, и, наконец, открыл.
– Как тебе номер?
– Отлично, – ответил Кен. – У тебя, я смотрю, тоже неплохой вид на Акрополь.
Я посмотрел в окно и согласно кивнул. Вид действительно открывался очень красивый.
– Клинт, что случилось? – напомнил о цели визита Кен.
– Кен, послушай. Перед отъездом в Париж президент вызвал меня в Овальный кабинет.
Кен удивленно приподнял брови. Я продолжал:
– Именно. Не каждый день такое бывает. Там также присутствовал генеральный прокурор. Президент сказал мне: «Клинт, делайте в Греции что хотите, но не допускайте встречи миссис Кеннеди с Аристотелем Онассисом».
– Да ну? – Кен явно был удивлен. – Интересные дела. В чем причина?
– Не знаю. Я надеялся, что ты мне расскажешь. Про Онассиса я слышал только то, что у него крупная судоходная компания. Миссис Кеннеди о нем никогда не говорила, но президент обозначил просьбу очень четко: не дать ей встретиться с этим человеком.
– Что ж, надо будет поспрашивать знакомых, – сказал Кен. – Ладно, нам уже пора в посольство.
– Я готов, поехали, – кивнул я.
По прибытии в посольство США нам представили грека Ника Дамигоса, который занимался вопросами организации личной охраны официальных лиц. Ник прекрасно ориентировался в греко-американских политических отношениях, говорил по-английски практически без акцента и был на короткой ноге с представителями и местных, и федеральных правоохранительных органов.
– Весь греческий народ с нетерпением ждет прибытия миссис Кеннеди, – сказал он. – По любым вопросам можете обращаться ко мне. Я помогу сделать это путешествие незабываемым.
– Отлично, Ник. Помощь нам определенно понадобится.
– Как известно, – продолжил Ник, – принимающую сторону в данном случае официально представляют премьер-министр Караманлис и его супруга Амалия. Некоторые свои обязанности они решили передать одному из членов парламента и другу семьи Маркосу Номикосу. Он владеет судоходной компанией и весьма богат, даже по сравнению с самим премьером. Номикосу известно, что миссис Кеннеди не любит привлекать лишнее внимание, поэтому он предлагает ей остановиться на его вилле в приморском городе Кавури. Он также предоставит в полное распоряжение первой леди свою сорокаметровую яхту «Северный ветер». На ней миссис Кеннеди сможет посетить острова.
Нам с Джианнулисом нужно было все проверить, и тот факт, что Номикос, как и Онассис, был судовладельцем, меня несколько насторожил, но в целом предложение выглядело просто идеально. С помощью Номикоса миссис Кеннеди сможет насладиться Грецией в полной мере, а мы, агенты, обеспечим ей адекватную охрану.
Ник между тем уже назначил нам встречу с греческим министром внутренних дел, который заведовал правоохранительными органами, так что мы сразу же отправились в его кабинет.
После обмена приветствиями все присутствующие, кроме меня, перешли на греческий. Серьезный разговор перемежался взрывами смеха, но, как я ни пытался уловить хоть одно знакомое слово, смысл сказанного оставался неясен.
Точно так же все было в Париже: я не понимал язык, на котором говорили люди вокруг меня. Впрочем, уже в машине Кен и Ник объяснили, что встреча прошла успешно и министр пообещал при необходимости предоставить в наше распоряжение все силы греческой полиции и армии. Вся Греция от дворников до министров прекрасно понимала, что визит Жаклин Кеннеди – это уникальный шанс придать стране политический вес.
По возвращении в отель Кен передал мне дополнительную информацию об Онассисе, которую смог вытянуть из Ника Дамигоса без необходимости объяснять причины своего интереса к этой персоне. Ничего особенно нового я не узнал: Онассис сколотил свое огромное состояние на морских перевозках, а несколько лет назад основал новую компанию – «Olympic Airlines». В 1955 году ФБР открыло на него дело и стребовало штраф в семь миллионов долларов за нелегальное использование американских кораблей, оставшихся со времен войны. Онассиса обвинили в восьмикратном предоставлении ложной информации Соединенным Штатам во время покупки кораблей.
Мы решили, что будем держать ухо востро на этот счет, но пока что не было заметно никаких признаков того, что миссис Кеннеди зачем-то может понадобиться встречаться с Онассисом. В итоге я так и не понял, почему это так беспокоило президента.
Следующие несколько дней мы с Кеном и Ником работали не покладая рук, чтобы успеть договориться со всеми нужными людьми. Онассис временно отошел на второй план, так как перед нами внезапно встала гораздо более важная проблема языкового барьера. Выяснилось, что официальные переговоры проводились на кафаревусе – формализованном диалекте греческого, который значительно отличался от повседневного языка, на котором говорили в доме Джианнулисов. Порой Кен вообще не понимал речь чиновника, и ему приходилось полагаться исключительно на язык тела: например, кивок в ответ на наши просьбы у них означал «нет», а если официальное лицо удивленно поднимало брови и качало головой, то мы понимали, что просим о совершенно очевидной вещи. В общем, греческий язык оказался ловушкой для самих греков.
Конец ознакомительного фрагмента.
Сноски
1
Кэролайн Кеннеди – дочь Джона и Жаклин Кеннеди.
2
Джорджтаун – город в США, в 1871 году объединенный с Вашингтоном и его окрестностями в федеральный округ Колумбия и ставший его районом.
3
Сестра Жаклин Кеннеди Ли Бувье вышла замуж за польского князя Станислава Радзивилла, что и послужило причиной такого обращения к ней со стороны главного менеджера отеля.
4
Пер.: Говорите ли вы по-французски, мистер Хилл?
5
В бейсболе – одна из точек игрового поля, куда должен добежать игрок, чтобы заработать очки.
6
Разновидность игровой ситуации в бейсболе, во время которой игроки, находящиеся на базах, успевают совершить полный круг по базам и попасть в исходную точку.
7
Пер. – Да здравствует президент Кеннеди!
8
Пер. – Да здравствует Джеки!
