Читаем без скачивания Золотые нити - Екатерина Александровна Белова

– Не смотрела, но думаю мой карри не хуже.

– Прекрасно, – Сей мечтательно улыбнулся, – Я ничего не ел со вчерашнего дня. И сейчас мне правда больше всего на свете хочется карри.

– Ну тогда пойдем, – я соскользнула со стула и взяла пальто, – посмотришь на жилище ведьмы.

Я с трепетом переступил порог квартиры Клэр. Мне было невероятно интересно узнать, где она живет. Если честно я и правда рассчитывал увидеть ведьмину обитель со старинной мебелью и развешанными везде пучками трав, всякими амулетами, непонятными штучками, которые приводили ее в такой восторг.

Но на деле это оказалась небольшая и очень уютная квартира. Было чисто, тепло и как-то по-особому светло. Казалось, мягкий золотой свет исходит отовсюду. В квартире пряталось огромное количество маленьких светильников, ламп, фонариков, гирлянд-шариков из разноцветных нитей. На полках стояли свечи, какие-то камешки, милые фигурки. Над дверями висела музыка ветра, а рядом с диваном веревчатой паутинкой с бусинками и перьями искрился огромный ловец снов. Приятно пахло сухими травами, как на лугу в жаркий летний день. Я поднял голову и с удивлением обнаружил на темном потолке яркие звездочки, складывающиеся в потрясающий пейзаж ночного неба.

– Садись за стол, я сейчас, – Клэр подошла к красивому кухонному гарнитуру, удивительно гармонично собранному из массивных деревянных шкафов от разных наборов и загремела посудой.

Я сел у барной стойки на высокий стул с изящными какими-то жирафьими ногами и положил руки на ореховую столешницу. Она была теплой и слегка шероховатой, покрытой мелкими трещинками словно являла собой настоящее живое дерево, а не просто кусок массива.

На самом деле все в квартире Клэр дышало жизнью и теплом. По телу растекалось умиротворение и какая-то нега. Мне стало хорошо и уютно, как в детстве. Я даже прикрыл глаза, чтобы насладиться этим ощущением.

– Ты спишь? – спросила Клэр, бесшумно подойдя и ставя передо мной большую глиняную тарелку, наполненную густым потрясающе пахнущим рагу.

У меня потекли слюнки.

– Нет, как можно спать, когда так божественно пахнет.

– Ну тогда пробуй, – Клэр вручила мне большую ложку, покрытую замысловатым тиснением.

Я осторожно зачерпнул ее магического варева и застонал от удовольствия. Кажется, ничего вкуснее в жизни не ел. Карри было густым, очень пряным, острым, наполненным таким многообразием вкусов, что мои рецепторы пришли в сумасшедший экстаз. Я не заметил, как опустошил тарелку.

– Господи, Клэр, как вкусно…

Она смущенно улыбнулась и зарделась от удовольствия.

– Я очень люблю готовить. – Клэр кивнула в сторону кухонных полок, заставленных баночками со специями, бутылками с маслами, маленькими потёртыми ковшиками, ступками и главным ее богатством – старинными кулинарными книгами, – но мне так мало есть кого угостить..

– Я готов стать бессменным ценителем твоего кулинарного таланта, – я отодвинул тарелку и блаженно вздохнул, – Клэр, твой карри и правда живительный. Я как заново родился.

– А сейчас я сварю тебе напиток древних майя, – заговорщески прошептала Клэр.

– Да? – я округлил глаза и прошептал в ответ, – И что же это?

– Какао с красным перцем и специями, – Клэр потянулась за большой латунной туркой.

– Никогда не пробовал, но уверен это будет покруче сумасшедших крашовских коктейлей.

Клэр показала мне язык и ушла возиться к плите, доставая бесчисленные коробочки и баночки.

Я растекся по стулу. Противная пелена похмелья наконец отступила. Я чувствовал себя сытым, расслабленным и каким-то по-идиотски счастливым – сидел и блаженно лыбился в пространство.

Через несколько минут передо мной появилась большая чашка над которой поднимался сладковато-пряный дым.

– Осторожно, горячо, – предупредила Клэр, садясь напротив.

Я аккуратно сделал маленький глоток. Напиток был густой, согревающе-острый и бодрящий. Он растекся пряным теплом по моим венам. На языке остался терпкий вкус какао и незнакомых специй.

– Клэр, это напиток Богов.

– Древние майя тоже так считали, – очень серьезно ответила она и мы рассмеялись.

– Клэр, а чем ты занимаешься? – мне стало до жути интересно.

Она вздохнула и как-то грустно нахохлилась, словно я спросил о чем-то очень неприятном.

– Я работаю в финансовом департаменте одной крупной строительной компании.

Вот это да, я поперхнулся какао.

– Ты? Да ладно. Я думал у тебя какая-то творческая профессия. Флорист там, дизайнер, может художник. Финансовый департамент. Рехнуться можно.

– Да… – Клэр горестно вздохнула, – когда я выбирала специальность после окончания школы мне кажется, я была не в себе. Попала в какой-то сумасшедший водоворот событий, металась, не могла ничего решить, найти себя. Все было как в тумане. Я вообще не собиралась подавать документы на финфак, пошла за компанию с одноклассницей. А потом как-то все сложилось… – она махнула рукой и заговорила быстрее, словно эти слова давно были у нее внутри, но не находили выхода. – Я пять лет так прилежно зубрила ненавистные предметы, словно за что-то себя наказывая. Наверно, за трусость, что не смогла вовремя уйти. И за то, что боялась своих демонов, боялась быть собой. Хотела казаться нормальной, такой как все. Я получила диплом с отличием, сразу устроилась на работу. И сейчас.. У меня отличная должность, зарплата, страховка, но…

Клэр закусила губу и ее голос предательски задрожал:

– Меня так все это мучает. Я столько раз мечтала бросить и начать все заново.. Пойти учиться, найти свое дело, – она удрученно опустила голову, – но я боюсь. Достаточно долго я прожила очень бедно, постоянно нуждаясь в деньгах. Переезжала, металась между разными городами, пытаясь вырваться. Это было очень тяжело. А сейчас все вроде хорошо. Стабильно. И мне страшно, что почва опять уйдет из-под ног. Но порой я чувствую, что больше не могу… Меня поглощает черная дыра. Я словно задыхаюсь.

Она подняла глаза полные слез и быстро заморгав, прошептала:

– Господи, Сей, зачем я тебе все это говорю?..

Я взял ее маленькую холодную руку. Клэр не стала ее забирать и какое-то время мы сидели в тишине, слыша лишь тиканье старых часов, висящих над столом.

Я не помню, чувствовал ли к кому-то такое сострадание, такую эмпатию. Клэр сейчас смотрелась маленькой и беззащитной, как замёрзшая птичка. Мне хотелось обнять ее, согреть и утешить. От нее исходило что-то настолько родное, что мне казалось мы знакомы сотню лет. Я понимал все ее чувства, все что она говорила отражалось у меня внутри, заставляя испытывать блаженное счастье или пронзающую боль. Я ощущал ее тоску до самой последней клетки своего тела. Она была такая же неприкаянная, как и я, также не могла найти место в этом сумасшедшем мире, может даже чувствовала себя изгоем, как я когда-то.

– Сей, ты так странно на меня смотришь, – Клэр забрала у меня руку