Читаем без скачивания По ту сторону света - Кирилл Багров

Ночью же город был совсем другой, но по-своему прекрасный. Темная ткань моря на горизонте неразличимо сливалась с небом, усыпанном звездами, яркость которых затмевала щедрая иллюминация севастопольских улиц и площадей. Но с наступлением послеполуночного часа город не замер — жизнь в нем продолжалась. Разноцветное освещение дополнялось мельканием редких огоньков движущегося по уличным лентам транспорта.

К очарованию ночного города трудно было остаться равнодушным. Не стал исключением и Интернет. Мальчишке отчего-то не спалось на новом месте, и он решил выползти на балкон — подышать бодрящим осенним воздухом, полюбоваться на спящий Севастополь.

Шагов Олеси он не услышал: девочка двигалась на цыпочках — тихонько, как мышка. Пройдя через кухню, она потянула на себя балконную дверь. Костя обернулся:

— А-а, это ты, — равнодушно сказал он и тут же съязвил: — Не спится? Ребята достали — громко храпят? Так продолжи свой эксперимент с сюрпризом — очень эффективный способ выживания незванных гостей.

На глаза девочки навернулись слезинки — она не привыкла к подобным шуточкам Интернета, и еще не знала, что он никогда не иронизирует всерьез. Слышать подобные саркастические высказывания от мальчишки было крайне неприятно. Тем более, что именно Костя чем-то покорил ее сердце.

— Я пришла поговорить с тобой, — произнесла она, пытаясь проглотить комок горечи, подкативший к горлу и мешающий дышать. — Хотела извиниться. Но теперь я передумала. Мне жаль, что мой сюрприз достался именно тебе, а не кому-нибудь другому, у кого есть чувство юмора.

Не дожидаясь ответа, Олеся выскользнула с балкона, оставив Костю одного. Мальчишка только пожал плечами: наверно, он все же переборщил чуток со своим упорным отрицанием всех знаков внимания юной хозяйки. Он пытался прикрыться обидой на сюрприз и тем самым немножко оттолкнуть девочку, разочаровать ее, показаться более плохим, чем есть на самом деле. А получилось, что он обидел ее не на шутку, упершись как баран в свое язвительное настроение.

Впрочем, может оно и лучше — ведь сестренка Риты явно понравилась Илье. Только круглый идиот не заметит, как он смотрит на Олесю, как выделывается перед ней! И что он в ней нашел, в этой пигалице?

В жизни Интернета еще не было такого случая, чтобы девчонка заинтересовала его настолько, чтобы он мог забыть о своих увлечениях и пристрастиях. По его убежденному мнению, большинство девчонок-ровесниц были безнадежно глупыми, их не интересовало ничего кроме тряпок, дискотек и кавалеров. Ну разве можно с такими о чем-нибудь поговорить? То ли дело — пообщаться с лучшим другом компьютером! Смазливые мордашки легкомысленных одноклассниц не были обезображены интеллектом, и это было веским аргументом Костиного отношения к ним. В том, что тринадцатилетняя сестренка Риты не вундеркинд, он тоже не сомневался, поэтому никаких шансов на взаимность у нее не имелось.

Балконная дверь снова скрипнула. Интернет поморщился — наверно, эта прилипала решила вернуться и помириться с ним. Что ж, придется пойти ей навстречу: окончательно ссориться и наживать себе врагов ему не хотелось. К тому же, желудок уже давно переварил то, что удалось запихнуть в него до того злополучного момента, когда он раскусил комок соли. Требовалось либо взять свои слова обратно, либо проявить снисходительность и пойти на мировую.

Костя повернул голову к двери, но вместо хрупкой фигурки девочки уткнулся взглядом в широкую грудь своего приятеля.

— Илья?! А ты что тут делаешь?

Друг с высоты своего роста пронзил Интернета суровым взглядом, не предвещающим ничего хорошего.

— Ты что это Олесю обидел?

Костя хмыкнул и покачал головой:

— Так она еще, оказывается, и ябеда! Уже успела тебе нажаловаться!

— И ничего не успела! Она мне ничего не сказала, даже не видела меня. Я шел мимо ванной и случайно услышал, как кто-то там всхлипывает. Дверь была неплотно прикрыта, поэтому я увидел в щель, что это Олеся. Я еще подумал — с чего бы это ей вздумалось пореветь среди ночи? А потом увидел тебя на балконе и все сразу понял. Что ты ей тут наговорил?

— Да ничего особенного, — ответил мальчишка. — Она пришла извиниться по поводу вареника с сюрпризом, а я опять пошутил по этому поводу. Видимо, не очень удачно — она не поняла и обиделась.

Илья еще больше насупился:

— Ты, Интернет, со своими шуточками, когда-нибудь доиграешься! Оторвут тебе башку и поделом! Я бы и сам был не прочь поучаствовать в этом увлекательном мероприятии…

— Неужели? — в голосе мальчишки звучал вызов. Его неприятно задели слова друга. — Давай, попробуй! Чего ждешь? Испугался?

Илья расхохотался, но тут же прикрыл рот ладонями — как-никак, стояла глубокая ночь, все в доме давно спали и видели очередной сон. Было бы крайне нетактично будить уставших за день хозяев и собственных друзей.

— Если хочешь знать, то у меня просто рука не поднимается на такую знаменитую личность. Ты же у нас сегодня просто супермен, герой дня! Сначала Рита тебя расхвалила сестренке так, что девчонка не может отвести от такого уникума восхищенного взгляда. Потом тебе попался счастливый вареник, хотя тому, кто его лепил, он не принес много счастья — скорее, наоборот: устроил по этому поводу целый скандал, объявил идиотскую голодовку! А девчонка теперь места себе не находит. В довершении ко всему, ты взял на себя всю вину нашего заговора. Между прочим, никто тебя об этом не просил! Мы вообще договаривались молчать об этом! А ты нарушил договор!

Повышенный тон постепенно переходил в крик. Илья так разозлился, что не замечал этого. Интернет зашипел на него:

— Тихо ты! Разорался! Я не мог больше молчать и скрывать все, как было. А ты в таком случае мог бы признаться, что тоже причастен к этому делу. Но наш хитрый Илья промолчал: как же, станет он портить свою репутацию! Ради чего? Угрызений совести?! А что это такое? И достойно ли это того, чтобы упасть в глазах этой малявки?

Интернет разошелся не на шутку. Он был рассержен всерьез — претензии и обвинения Ильи стали последней каплей в чашу терпения, наполнившуюся до краев за сегодняшний день. Мальчишки шипели друг на друга как мартовские коты. Еще немного — и они пустили бы в ход когти и зубы. Но тут в кухне зажегся свет и балконная дверь распахнулась: мальчишки, захваченные врасплох, одновременно повернули головы и застыли на месте. На них пристально смотрел дядя Витя, и в его взгляде явственно читался упрек. За его спиной стояли ребята, а в дверном проеме кухни иногда появлялась и тут же исчезала испуганное личико Олеси.

Дяде Вите не требовалось ничего говорить: любые слова заменял пронзающий насквозь взгляд. Нарушители спокойствия опустили головы и не решались пошевелиться.

— Ребята, вам известно, сколько сейчас времени? Половина третьего. Мне завтра, а точнее — уже сегодня в полседьмого вставать на работу. И, как любой нормальный человек, я хочу выспаться. Для разговоров и выяснений отношений есть утро, день и вечер, но никак не ночь — тем более, когда вы в квартире не одни…

Дядя Витя спросонья любил побурчать. Каждый, по чьей вине его сладкий сон бывал нарушен, автоматически попадал в Черный список, после чего дядя еще несколько дней относился к этому человеку с плохо скрываемой неприязнью.

Сейчас он был настроен на воспитательную мораль, но Илья, чей характер отличался извечной нетерпимостью, прервал его:

— Извините нас, Виктор Петрович, мы больше не будем разговаривать по ночам.

И решительно шагнул с балкона на кухню. Ребята расступились, Илья прошел мимо них, возле двери выразительно посмотрел на Олесю, прислонившуюся к косяку, и скрылся в спальне. Костя с удовольствием бы поступил аналогичным образом, но он не мог пойти по стопам своего неприятеля. Тогда мальчишка отвернулся и оперся руками о перила балкона.

Дядя Витя вышел к нему и прикрыл за собой дверь. О чем они говорили, для остальных осталось загадкой. Ребята решили не мешать им и разошлись по своим комнатам, обмениваясь на ходу краткими, но емкими определениями, которых по их мнению виновные были достойны. Всем слишком хотелось спать, а утомленность не располагает к продолжительным дискуссиям.

Катя и Рита вернулись в комнатку Олеси, где они ночевали втроем, разложив диван и заняв им все свободное пространство. Девочка ушла раньше, но ее кровать была пуста.

— Рита, а где Олеся? Мне показалось, что ее не было на кухне, когда мы уходили, — сказала Катя.

— Да, точно не было. Я еще хотела утащить ее с собой, — думала, что она зависнет там до утра. Интересно, куда это она подевалась?

Девочки с минуту молча смотрели друг на друга. Катя вышла из комнаты, но через минуту вернулась и забралась в постель:

— Я нашла ее в ванной, она сейчас придет. По-моему, она слишком всерьез приняла это ночное происшествие. Мне кажется, что с Олесей что-то происходит. Я, конечно, не могу утверждать, потому что совсем не знаю ее характера. Тебе как сестре виднее. Но и постороннему человеку понятно, что она ведет себя как-то странно.