сообщила в 2017 году международная организация «Лесной попечительский совет» со ссылкой на «Гринпис».
Объёмы вырубки растут
Ежегодно сплошные рубки сокращают лес, в России, на 1 млн га, и цифра эта будет расти из-за увеличения объёмов заготовки древесины, что обусловлено ростом лесных площадей, изымаемых для нужд недропользователей. Это заявил руководитель Рослесхоза Иван Валентик в интервью ТАСС. В 2016 году был побит 20-летний рекорд по официальной вырубке леса – 213,8 млн куб. м. В 2018 году этот показатель вырос до 233,8 млн куб. м.
По сравнению с этими цифрами объёмы нелегальных рубок, согласно официальным оценкам, не так велики – не более 0,8 % легального объёма. Однако экологи и общественные организации считают, что масштабы нелегальных рубок значительно больше – до 40 % общего объёма лесозаготовки!!!
«По некоторым, особо коммерчески ценным породам (например, дуб монгольский и ясень маньчжурский) объём нелегальной заготовки составляет до половины легального объёма», – утверждает Николай Шматков, директор Лесной программы WWF России. При этом, по его данным, на долю «чёрных» лесорубов, то есть тех, у кого нет разрешений, приходится едва ли больше 10–15 % от общего объёма древесины незаконного происхождения.
Дело в том, что большинство незаконных рубок проводят легальные участники лесного рынка, манипулируя документами и действуя в обход законов, утверждает он…
Куда увозят русский лес
«По результатам проверки сибирских регионов можно точно сказать, что практически весь лесной бизнес принадлежит Китайской Народной Республике», – сделал вывод из своей экспедиции в Сибирь Павел Пашков (Общественный деятель, руководитель проекта по защите лесов «Русская тайга» – прим. авт.). Он собрал сведения о крупнейших лесозаготовительных предприятиях региона. По его словам, даже в тех компаниях по деревозаготовкам, которые считаются российскими, большинство акций принадлежит китайским бизнесменам. По его данным, в России официально работают 564 китайских лесопилки… По данным Федеральной Таможенной Службы, главным покупателем российских лесных необработанных материалов является Китай: на его долю пришлось больше половины экспорта и свыше 22 % всего вырубленного в 2018 году леса. Остальная часть, по всей видимости, ушла на внутреннее потребление и экспорт в другие страны (детальной статистики по распределению вырубленных лесов нет).
И это только официальные данные…
О проблеме знают на высшем уровне. Министр природных ресурсов и экологии Дмитрий Кобылкин даже заявил, что для решения проблемы, возможно, придётся закрыть экспорт древесины в Китай. Также он выдвинул идею строить семеноводческие комплексы для выращивания саженцев на деньги китайских инвесторов, чтобы они участвовали в восстановлении лесов в России.
«Ни Китай, никто нам не поможет, если мы у себя внутри не наведём порядок. Данная сфера настолько криминализована и стала коррупциогенной, что эта ржавчина уже разъела всех», – ответила Кобылкину спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко…
Почему леса не восстанавливают?
Деградация лесов, по словам экологов, связана с тем, что в России сложилась система «добычи» древесины по принципу добычи полезных ископаемых – вырубили, вывезли и забыли. Для эффективного лесопользования важно развивать лесное хозяйство как отрасль растениеводства, целью которой является выращивание древесины на освоенных землях, в регионах с подходящим для этого климатом, считают эксперты.
«Лесное хозяйство, разумеется, стоит дороже, чем простая добыча древесины, поскольку подразумевает не только рубку и примитивное низкокачественное лесовосстановление (которое у нас обычно ЕСТЬ), но и последующий качественный уход за лесами (которого у нас обычно НЕТ), и надежную охрану от пожаров, и защиту от вредителей и болезней, – говорит Алексей Ярошенко. – Зато лесное хозяйство позволяет пользоваться лесом неограниченно долго без его истощения, и даёт в условия таёжной зоны в 2,5–3 раза больше рабочих мест в расчёте на единицу площади лесов».
Ежегодно в России, по официальным данным, восстановление лесов ведется на площади 0,8–1 млн га, что сопоставимо с площадью сплошных рубок. Но это в 3–3,5 раза меньше, чем площади общих потерь лесного покрова (с учётом пожаров и других потерь), оценили в WWF в 2018 году. При этом по данным Росстата в 2018 году проведено восстановление леса на 940,4 тыс. га, из них только на 171,8 тыс. га – искусственное. Это значит, что на большей части вырубок использовали метод «самозасева», то есть создали условия для того, чтобы лес вырос сам – а вырос или нет, уже не отслеживается.
С 1 января 2019 года лесопользователей обязали восстанавливать лес в течение года после рубок за свой счет. Однако экологи говорят, что необходимо не просто посадить лес, но и ухаживать за ним.
«Результат воспроизводства лесов в первую очередь зависит от последующих стадий ухода за молодым лесом, который обычно занимает период в 15–20 лет. Без качественного ухода абсолютное большинство посадок гибнет, и на вырубках или гарях вырастает ровно то же самое, что выросло бы само собой без всякой посадки: молодые неухоженные березняки и осинники», – говорит Ярошенко.
За хвойной древесиной, которая в первую очередь нужна перерабатывающим предприятиям и экспортёрам, приходится забираться всё дальше вглубь дикой тайги или всеми правдами-неправдами рубить леса самой высокой природоохранной и социальной ценности.
«Посадка лесных культур сама по себе не может являться гарантией восстановления леса хозяйственно ценными породами в нормативные сроки», – соглашается Николай Шматков. По его словам, основная причина гибели новых посадок – в невыполнении в полном объёме рубок ухода в лесных молодняках – осветлений и прочисток, предусмотренных лесоустройством.
«Чтобы вести лесное хозяйство, нужны разумные и стабильные законы и некоторые другие меры государственной поддержки. А у нас в один только Лесной кодекс 2006 года только что внесён уже 47-й набор поправок, – говорит Алексей Ярошенко. – Про разумность наших лесных законов и правил говорить можно разве что шутя»…
Воров ловить некому
Поймать за руку легальных лесорубов, которые под прикрытием санитарных рубок (направленных на оздоровление и предотвращение заболеваний насаждений) добывают коммерческую древесину, действительно, достаточно сложно. (Санитарные рубки бывают сплошными и выборочными). Но и с «чёрными» лесорубами государству сложно справиться.
Денис Шубин, председатель Общественного совета при Министерстве природных ресурсов и экологии Алтайского края, рассказал Eurasianet.org, что в его регионе арендаторы лесных земель не ведут сплошных рубок, но проблема незаконных рубок действительно существует. Бороться с ними не получается из-за ряда действующих ограничений.
Во-первых, говорит Шубин, арендатор не имеет права даже остановить автомобиль с незаконным лесом. А в региональном Минприроды недостаточное количество инспекторов, они физически не успевают отслеживать все незаконные рубки. Во-вторых, существует проблема недостаточного финансирования, говорит он. «В первую очередь это сказывается на [недостаточном] количестве выделяемых ГСМ, – говорит он. – Даже имеющийся штат работников не может патрулировать места с необходимой регулярностью».
Нелегальные рубки – это в том числе следствие закрытости информации по лесам (декларации лесопользователей закрыты от общественности), что делает невозможным
