Читаем без скачивания Ураган по имени «Чингисхан» - Сергей Самаров

Кабина в грузовике была вполне комфортная, трехместная. Спинка сиденья водителя даже имела выпуклые боковые ребра поддержки, чтобы водителя не мотало в поворотах в сторону от руля. Имелись и ремни безопасности, но водитель и сам не пристегивался, и своего пассажира не попросил это сделать. Вообще на Северном Кавказе как-то не принято ремнями пристегиваться, словно это считается плохим тоном. И даже сотрудники ДПС на это нарушение глаза закрывают, хотя ко всему другому традиционно придираются в надежде получить штраф в собственные руки.

Подполковник Завалило оперся рукой о среднее сиденье. Сначала в ладонь ему попала застежка от ремня безопасности, и, так как она слегка позвякивала, он решил засунуть ее в углубление между сиденьем и спинкой. Засунул и почувствовал что-то под пальцами. Ощупал и, сразу поняв, что это ствол, быстро вытащил обрез охотничьего одноствольного ружья.

— Средство самозащиты? — с ухмылкой спросил он.

— Здесь без этого никак нельзя. Места неспокойные, — невозмутимо ответил водитель в свои шикарные усы.

— Если это оружие, способное спасти, то я ничего в оружии не понимаю, — признался Виктор Викторович.

— На это оружие даже ты, командир, не позаришься. А будь у меня автомат, ты бы мне первый наручники на руки нацепил.

— В этом ты прав, — согласился Завалило. — Но менты тебя и за это по головке не погладят.

— Они обычно тоже понимают, в каком месте работают. И в каких условиях я работаю. Несколько раз уже находили, но не отобрали. Здесь без оружия никак нельзя.

— От бандитов обрез не спасет.

— Бандит бандиту — рознь. Если бандиты из леса вышли или с гор спустились, — это одно. Эти каждый по два автомата носит, и от них лучше подальше держаться. Но здесь и все остальные тоже, по большей части, бандиты, только и смотрят, абреки, что бы стащить или как бы отобрать. Даже то, что им самим не нужно. Вот с такими обрез в самый раз.

— Лучше бы пистолет себе завел.

— Не лучше. Пистолет сгодится, когда убить кого-то хочешь. А здесь один звук выстрела порядок наводит. Абреки калибра опасаются…

— Двенадцатый?

— Двенадцатый. Дыру в организме сделает серьезную, пластырем не залепишь.

— Это уж точно. Мешок цемента понадобится…

Ехали уже около получаса. Машину на плохой дороге не потряхивало, но водитель часто тормозил, чтобы не стукаться в очередной яме, и всем пассажирам приходилось при торможении «носом клевать». На каких-то коротких участках грузовик имел возможность даже разогнаться, причем делал это достаточно резво, но потом опять следовало торможение. Подобная езда никому не позволяла уснуть и одновременно мешала просчитывать отрезок пути, который проехали. Складывалось впечатление, что поездка как-то затягивается. Подполковник Завалило думал, что убежище, о котором говорил водитель, намного ближе, и постоянно по сторонам посматривал, ожидая от себя проницательности, которая позволит это место определить. Людям свойственно считать себя проницательными, но, к сожалению, чаще всего ошибочно. Или, надеялся Виктор Викторович, хотя бы по местности определить возможность появления скал. Пока же скал не видно. Местность была ровная, невысокие холмы перемежались скромными лесочками или вообще хилыми смешанными перелесками. И только несколько оврагов ломаными линиями расчерчивали склоны холмов, делая пейзаж более разнообразным. Но вскоре на пути стали появляться скальные выходы породы. Сначала это были просто большие камни, словно грибы, выросшие на склоне холмов. Потом они стали крупнее, и уже виднелись отдельные скалы. Их становилось все больше, но тем не менее скрыть грузовик они пока не могли.

Погода портилась на глазах. Стремительно портилась, обещая в дальнейшем что-то еще более стремительное, хотя неизвестно, что именно это будет. Она и раньше кавказским солнцем людей не радовала, но тяжелые тучи по небу передвигались почти степенно, с величавостью, не обещая ничего, кроме возможного снегопада. Теперь же они налились весомым свинцом, опустились к земле ниже и уже по-настоящему неслись, а не плыли по небу. Причем при прямом взгляде их траекторию движения невозможно было просчитать. Тучи двигались, совершенно не подчиняясь какому-то общему принципу, могли даже передвигаться одна навстречу другой на достаточно близком расстоянии, а уж перекрещивались постоянно. Но в целом, как показалось Завалило, если не рассматривать отдельные тучи, а брать их массивы целиком, они с непонятной центробежной силой рисовали на небе гигантскую воронку, острый конец которой упирался где-то там, за горизонтом, в землю. Может быть, даже в море, поскольку Каспий не так уж и далеко, наверное, менее сотни километров. Чтобы увидеть воронку полностью, можно было из кабины выбраться и осмотреться, но останавливать машину по такому пустяку подполковник не хотел. Тем более, остановка вскоре так и так предстояла. Водитель нашел достаточно крутой съезд с дороги и спустился с разбитого асфальта на склон холма.

— Кто-то перед нами тут проехал, — заметил он. — Похоже, и не одна машина. Вон, следы остались. Не я один это место знаю. Значит, вместе веселее ночевать будет.

Завалило слегка напрягся, всмотрелся в дорогу перед капотом, которую и дорогой-то назвать было нельзя, и отчетливо увидел свежие следы автомобильных шин. Конечно, из кабины невозможно было определить, сколько машин проехало, но то, что их было несколько, в этом сомневаться не приходилось. Значит, интуиция Виктора Викторовича не подвела, и он правильно подумал там, на дороге, когда впервые услышал об этом месте, что бандиты могут здесь укрыться.

— Тебя как звать-то? — спросил он у водителя.

— Михаил Викторович, — с уважением к себе ответил тот. — У меня в соседнем районе фермерское хозяйство большое. Это я так называю, а в народе говорят «казацкий хутор».

— Фермер, значит, ты, Михаил Викторович… — раздумчиво произнес Завалило, не решившись еще на какие-то конкретные меры, но уже понимая, что этот фермер будет группе только помехой, причем серьезной. — Или ты казак?

— Фермер. И казак. Кто мешает казаку фермером быть? А тебя как величать?

— А я Виктор Викторович. Отцы у нас, стало быть, тезками были. Но мы, к сожалению, не тезки. Грузовиков-то у тебя много?

— Один всего грузовик. Этот вот… — что-то нехорошее чувствуя в словах своего пассажира, ответил водитель. — Зато комбайнов четыре. Но не хватает четырех, катастрофически не хватает. Надо пятый брать. Деньжат вот подкоплю и возьму. А то год назад зерно снегом завалило, убрать все не успел.

— И грузовик второй тоже нужен, — сказал подполковник, в голове которого созрело какое-то решение. — Тем более что этот ремонтировать придется. Я так думаю… Зато жив останешься…

— Ты о чем, Виктор Викторович?

Завалило краем глаза увидел, как лежащая на рычаге коробки переключения передач рука плавно потянулась за центральное сиденье, где лежал обрез.

— Убрать руку! Держись за руль! — прикрикнул и ткнул водителя стволом автомата в ребра.

Этот болезненный удар обычно всех приводит в чувство. Привел и Михаила Викторовича, заставив нервно зашевелить усами.

— Что надо? — спросил фермер, не очень понимая, что происходит.

— В районе проводится антитеррористическая операция. Бандиты после уничтожения многих мирных жителей поселка и солдат охраны военных складов скрылись на пяти легковых автомобилях. Потом они устроили засаду на мой отряд. От тридцати человек осталось вместе со мной пятеро. А сейчас ты привез нас на их следы. Спасибо тебе за это. Но данной мне властью я реквизирую твой грузовик, чтобы с него атаковать бандитов. Их слишком много, чтобы мы смогли атаковать пешим строем.

— Сумасшествие… — пробормотал Михаил Викторович. — Вас перебьют и мою машину сожгут.

— Слышал, может быть, Михаил Викторович, такую притчу?.. Здоровый человек попал в компанию сумасшедших, и они его посчитали сумасшедшим, себя считая здоровыми. Вот мы — именно такие сумасшедшие. И тебя считаем сумасшедшим. Если мы банду не уничтожим, они много еще людей убьют и до твоего фермерского хозяйства, может быть, доедут. Значит, мы, сумасшедшие, должны сделать то, что должны. А ты оставайся здоровым. Останови машину и выходи…

Завалило еще раз ткнул стволом автомата водителя под ребра. Грузовик остановился резко, но ствол в сторону не отошел.

— Ну-ну… — угрюмо проговорил Михаил Викторович, открыл дверцу кабины, выставил ногу на подножку, обернулся и посмотрел в глаза подполковнику.

— Ну-ну… — повторил он и спрыгнул на землю.

Виктор Викторович занял водительское место, захлопнул дверцу и плавно тронулся с места. Но, проехав метра два, остановился, вытащил обрез, открыл дверцу и позвал:

— Михаил Викторович! Вооружись… А патроны-то есть?