Или частичное, учитывая, что туфелька оказалась у принца.
Таня вернулась через пару минут, без коня и с плохими вестями. Золушка согревалась сгустками магического пламени, но пульсара не хватало сразу на ноги и плечи. Поэтому она выбрала ноги, поджав одну, будто аист.
— Не выйдет, — коротко сообщила Татьяна. — Те люди… они уже в конюшне, поджидают тебя.
— Быстрые, сволочи. А ты…?
— Дома договорим. Я знаю, где наша карета. Бал вот-вот закончится. Залезешь в короб под сиденьем – и не звука. Я отвлеку Этелию.
Синди молча кивнула.
Устроив сестру в экипаже, Таня пошла во дворец.
— Спасибо, Тьяна, — язвительно бормотала она по дороге. — Нет проблем, Синди, сестры должны помогать друг другу. Желаю, чтобы принц тебя нашел и… долго и счастливо, бла-бла-бла. Эх, Кира, Кира. Видела бы ты, чем я сейчас занимаюсь – переделываю твою любимую сказку.
Глава 8
— Я ведь этого не планировала, — недоуменно пробормотала Кира, перечитав только что законченную главу. — Откуда взялись эти люди в темном? И героиня должна была танцевать с принцем, а не помогать сопернице. Золушка вообще предполагалась злодейкой… Читательницы меня линчуют! Я обещала сказку-перевертыш, а получается… детектив какой-то. Ладно, не буду переписывать – самой интересно, что случится дальше.
Кира посидела перед ноутбуком, грызя серебряный карандаш для рукописных заметок, подарок от Тани. Взгляд девушки упал на их совместное с подругой фото. На нем они позировали на балконе базы отдыха, обе в лыжных костюмах, счастливые, отдохнувшие и красивые…
Кира всхлипнула, по ее щекам потекли слезы. Кто мог предполагать, что с Таней случится несчастье? И именно в день рождения! Но ничего! Все будет хорошо! А пока Кире нужно писать дальше. Она сама не понимает, почему это так важно. Просто у нее какое-то странное ощущение, будто этой книгой она помогает Тане. А что касается героев… Они и в прежние времена Киру не очень-то слушались.
… Король Август зевнул и почесал волосатую грудь в разрезе ночной сорочки. Леонарда запаздывала. С легкой руки королевы в моду вошли вечерние ванны с душистым мылом, и дамы при дворе с большим удовольствием принимали водные процедуры.
Леонарда очень надеялась, что сия тенденция распространится по королевству. Будучи уроженкой небольшого княжества к западу от Кронеланда, известного своими термальными источниками, ее величество не терпела дурных запахов, особенно немытого тела.
Август всячески поддерживал инициативы жены. Благодаря им Кронеланд все больше приближался к стандартам великих Западных королевств. Вот и Урлебург уже намекал на династический брак. Однако тамошние принцессы еще слишком малы.
Александра нужно поставить в стойло, чем раньше, тем лучше, а то натворит дел, как его прапрадед Михельм Первый, женившийся по любви на дочери жреца. Правда, тот брак вошел в историю, и деяния королевы Элейн до сих пор прославляются в поэмах, но шанс найти еще одну такую выдающуюся жреческую дочь весьма невелик – пушечное ядро дважды в одну дыру не влетает.
Где искать невесту? Не среди приглашенных же на бал Влюбленных Сердец, ей-богу. Он для того и нужен был, чтобы намекнуть королевским семьям соседних стран – мол, мы готовы выбрать из того, что поближе, если вы и дальше продолжите тянуть резину. Теперь время ждать предложений, если зарубежные коллеги не оплошают.
А ведь Август знал, что на балу случится нечто такое эдакое, непротокольное. Слишком большое скопление красавиц в одном зале. Хорошо, что та девица сама дала деру. Но кто она: независимая авантюристка? Шпионка? Агент какой-нибудь тайной организации?
Говорят, бунтовщики, прикрывающие свои злодейские планы модными лозунгами, добрались и до Кронеланда. Словами не описать, каких бед натворили они в Франкланде: дворцы пожгли, имущество у знати отобрали, короля и королеву изгнали, хорошо, что обезглавить не успели. Потому важно не допустить возгорания вольнодумного пламени в Кронеланде. Глаз да глаз, ухо востро и хвост пистолетом – вот, что требуется от тайной службы короля.
Леонарда появилась из купальни, розовая и благоухающая. У Августа сами потянулись к супруге шаловливые руки.
— Ну, Августик, — хихикала она, уклоняясь от его объятий. — Не шали, дай мне отредактировать еще одну главу – и я вся твоя.
Наученный опытом супруг хотел уже задуть свечу. Знаем мы это ваше «отредактировать»: сначала одна глава, потом вторая – а муж без тепла и ласки останется. С другой стороны, королева писала хорошо, с огоньком и выдумкой. И когда читала написанное, сие способствовало особой остроте ощущений в дальнейших постельных экзерсисах королевской четы.
Леонарда нацепила очки и прочла мужу новый эпизод. В нем невинная Памела, седьмую главу противостоящая похотливой страсти знатного мессэ Малефика, сумела в очередной раз спасти свою честь – бегством из замка коварного кавалера. Из окна. По веревке из простыней.
— Ну когда же он ее оприходует? — со вздохом посетовал Август, пока жена заканчивала правки. — Нет мочи терпеть эти страсти.
— Только через храм, путем благочестивого брака, — Леонарда строго поглядела на супруга поверх очков. — Он должен перековать свои пагубные наклонности, покаяться и гордым фениксом вознестись над грехами.
— Скорее эта твоя Памела сама не дождется, набегается, вспомнит, сколько ей лет, и рыбкой нырнет ему в постель, — проворчал король.
На что королева разумно заметила:
— Но ты же остепенился. Вспомни, похлеще Малефика по чужим кроватям прыгал.
— Ну-у-у, дорогая, я ведь полюбил. Тебя. Зачем мне сдались другие, если есть ты? Я вон даже в постель к фавориткам двойников подбрасываю.
— А хорошо ли это? — вздохнула Леонарда. — Нужно ли?
— Как иначе? — король обреченно пожал плечами. — Так принято – непременно фаворитка, а то и дюжина. Все равно не отстанут.
Леонарда была вынуждена с этим согласиться. Не отстанут, будут осаждать дворец. А некоторые непременно возжелают задвинуть законную супругу за трон, чтобы самим если не править, то царствовать в тени.
Да, муж прав, так, должно быть, лучше. И Август при ней, и никто не
