сложного явления как «Участок Дара» давалась легко. Если ранее, чтобы «нащупать» его уходило до двадцати минут, то теперь, спустя два с половиной месяца тренировок, он словно сам проявлялся в виде красивейшей галактики, снопа искр и светлячков, где переливы звёзд и разноцветная пыль крутились в хаотичном хороводе. Секретом работы с этим участком была предельно чёткая визуализация. Для начала, надо было вывести группу звёзд в единый сегмент галактики, и далее работать только с ними. После, на трехмерную модель необходимо было наложить элементы двумерной. Соединить воображаемыми линиями все звёзды одной группы. И тогда из них, словно на картинке раскраске из детства, получалось единое полотно. Более всего напоминающее кустарник, либо дерево. Где от единого, массивного столба отделялись маленькие веточки, со своими, ещё более мелкими иголочками… Так можно было проследить грани Дара, его развитие и патологии, ну и конечно подтолкнуть новые веточки к жизни.
Чаще всего, вмешательство Знахаря, для открытия «веточек», не требовалось. Грани сами питали себя Маной, и при достижении определенного развития привносили в жизнь иммунного новые возможности. Открыть же новый дар зачастую сам носитель был не способен. Причин тому было масса. Во-первых, конечно, склонность носителя к той или иной ипостаси, или, если проще, склонность к типу даров. В большинстве случаев каждый из попавших на эту сторону тумана, начинают с одного типа навыков. После того, как он проживёт достаточно времени у него, начнут проявляться Дары иной группы. К примеру, если первым Даром был физический тип, то впоследствии навыки этого типа будут для иммунного более просты в освоении и с большим шансом на самооткрытие. Но если судьба (Улей) наградит тебя Даром иного типа, условно — ментального. То его, с очень малой вероятностью, иммунный сможет активировать сам…
Новый навык выглядит как хаотичная стайка звёздочек. Они схожи по типу, цвету, либо с единой фазой бликов. Но в то же время, сложить из них дерево сформировавшегося навыка не выйдет. Они словно дикие, непослушные рыбки. Со стороны кажется, что держатся единым косяком, но в то же время поручится за то, что они не меняются местами, в столь диком хороводе не выйдет. Порой, под непонятным алгоритмом воздействий, они сами выстраиваются в единую скульптуру, и запитавшись от канала начинают приносить пользу (или вред) своему носителю. Но чаще, особенно если тип звёздочек не типичен для носителя, их приходиться искусственно выстраивать с помощью постепенной подачи маны в эти звёзды. От самой крупной или яркой к самой малой или тусклой. Как только Мана касается звёздочки она «встаёт» на своё место, и в конце получается уже знакомый кустик. Правда совсем маленький и почти без маленьких веточек. Новый Дар, в зависимости от силы набирает от двенадцати (вроде минимальное количество в древе) до нескольких сотен (максимальное для всех, кроме хигтеров, что опять же редкость).
Основная сложность в работе с головным участком, как раз заключается в том, чтобы, словно пастух разогнать всё лишнее, и взявшись за необходимую стайку, сваять из неё некое построение.
Звёздный пастух. Так свою профессию охарактеризовал Герольд в самые первые часы работы. Было в этом название некое смешение пафоса и абсурда…
— Группа определена, это физический тип, звёздочки яркие, но без блика… Фух. Группа обособлена. Двадцать девять элементов. Дар слабый, зачаточный на старте… Определил Альфу, начинаю шить (так как, в момент работы Герольд напитывал Маной по одному элементу, это ему напоминало вышивку бисером из самого детства. Там был тот же принцип действий. По одному шарику, связывая их в строгой последовательности необходимо было добиться единого рисунка.)… Фух… кажется все элементы наконец в сборе… Да. Точно получилось, вижу единую фигуру Дара…
— Молодец. Даже на ногах стоишь. Есть немного будущего у тебя. — похвалил ученика Шанц.
— Спасибо. Это было интересно. Как вы умудряетесь за пять минут проводить эти манипуляции… — потирая собственные виски спросил Гер.
— Всё приходит с опытом. Это. Сотню навыков откроешь, тоже будешь быстро работать… Э, уважаемый, гони три спорана, открыли навык. — уже к подопытному, коему в принципе было обещана бесплатная услуга, обратился Шанц.
— Какие три спорана, сказали бесплатно всё, только ждать придётся… Типа как подопытная мышь.
— Слышь мышь, навык есть же? Или обратно закрыть тебе его?
— Вроде чувствую…
— Ну вот, спораны гони значит.
— Так мне не сказали даже, что открыли то. — возмутился бесплатный подопытный.
— Гер, а чё там было то?
— Забыл глянуть… Обрадовался, что активировал, как-то так.
— Садись братан. Щас, посмотрю… Да не ссы, сам посмотрю. — успокоил «братана» Шанц.
— Физический навык, прав ученик, теперь у тебя хер как у коня будет.
— Ох ты ж! — сперва обрадовался немного рейдер — А нахрена мне такой шланг? — тут же мысль сместилась в практическую составляющую.
— Как нахрена, хером сможешь пустышей валить. Но это пока не разовьёшь, потом и на лотерейщиков смело холодить можно.
— Угораешь, бурят. Хорош гнать, что у меня там? — наконец сообразил не самый умный рейдер.
— Йор сул из майн, братан. Я казах. Совсем в расовой сегрегации не сечёшь. В общем, выносливости прибавится у тебя. Дар нужный в принципе. Бычье сердце — зовём. Уставать меньше будешь. Спораны давай. — протягивая руку закончил разговор с бесплатным подопытным Шанц.
Тем временем Герольд понемногу поглощал живчик, и наблюдал за мастер классом по работе с населением, от хитрого казаха.
* * *
— … Добровольцев, изъявивших желание содействовать продвижению данному открытию, просим записаться у Стефани… — громко вещал Саныч.
— Как и прежде, выплаты последуют после завершения эксперимента. — вставил свои уточнения Глебыч.
В целом, сабантуй проходил как обычно, Саныч многое обещал, нахваливал сотрудников, и в целом выдвигал оптимистические лозунги. Глебыч же изрекал уточнения, немного одергивал своего коллегу, и внимательно следил за тем, чтобы Саныч не пообещал лишнего. Тандем у них был крепкий, изрядно спевшийся и как обычно он добивался поставленных целей. Новички с открытыми ртами наблюдали за ораторами, и сами того не замечая, сначала аплодировали, ну а после, с большим на то воодушевлением, вступали в ряды добровольцев. Герольда всегда это впечатляло. Каждый раз, находясь в кругу коллег, он вновь и вновь наблюдал за тем, как два опытных интригана «покупали» очередных идиотов, за горсть споранов. Эксперименты не были смертельно опасными, хотя, наверное, подобных случаев было масса, но сулили добровольцам множество осложнений. Порой новички отделывались не серьёзными увечьями. Реже происходили несчастные случаи, вследствие которых иммунные лишались конечностей либо Дара. Про летальные исходы Гер не слышал. Но и удачных экспериментов не было на его памяти вовсе. Работа над растворами велась долгие годы, и
