— Ну, значит, про бал она в курсе, а та медсестра была нет.
— А если это испытание? Нам же вчера сказали, что "пока нас не отпустят". Меня как бы отпустили временно.
— Знаешь, меня тоже… — задумалась подруга, принимаясь за еду.
— Может, проверяют чувство нашей ответственности или еще что?
— Хочешь сказать, что если все девчонки не придут в отделение больных, а мы явимся, то всех выгонят с отбора?
Я пожала плечами.
— Значит, тут должна проявиться женская солидарность. Либо мы все идем, либо нет. Всех ведь точно не выгонят.
Подруга уже смела всю еду с подноса, а я тоже заканчивала.
— Я пошла одеваться, а ты быстро заканчивай есть, идем к девочкам!
Затягивать с едой не стала. И когда явилась подруга, мы пошли стучать переследующий ряд покоев, так как рассудили, что в следующем может быть Луша с портнихой.
— Зови всех девчонок на совет. Срочно! — сказала первой попавшейся участнице, и побежала дальше. В конце коридора мы ввалились в последние покои всей толпой.
Мы с Авророй уточнили сперва, с какими словами вчера с ними простились, оказалось, что с такими же, как и у меня.
— Надо идти, причем время обеда заканчивается, — сказала Жанна.
— А как же девочки, которых, мы не позвали?
— Быстро одеваемся, зовем оставшихся и идем вниз. Все запомнили нужный лифт и этаж? — продолжила командовать блондинка.
На все про все выделили пять минут.
Через означенное время выцепили оставшихся девочек, причем у одной из них была Луша с портнихой. Она хлопала глазами, силясь понять, что происходит и требовала объяснений, но мы торопились.
Оставшихся девочек поставили перед фактом надевать быстро платье и топать за нами.
Лифт мы нашли, но там не сработала нужная кнопка. Но на мое касание все же сработала.
Мы заявились в отделение больницы.
Там нас встретила старшая медсестра.
— Что вы здесь делаете?
Девочки растерялись. А вот я решила взять все в свои руки:
— Помогать пришли.
— У вас же бал…
— У нас есть до него время.
И я пошла переодеваться в раздевалку одной из первых. Не стала снимать платье, просто надела поверх белый халат.
— Ты видела? — за мной появилась Жанна.
— Что?
— Да как ты пошла в раздевалку, тебя медсестра улыбкой проводила.
— Значит, все же испытание… — пробормотала я.
— Уже не сомневаюсь в этом, — усмехнулась блондинка.
Девочки тоже явились и последовали нашему примеру.
Я себе только чуток подол подтянула к поясу, чтобы на него не наступать. Туфли у меня были без каблука.
И мы разошлись по разным палатам.
А в пять вечера меня Диана освободила.
— Иди, у вас ведь бал, к нему подготовиться надо.
— А мне еще приходить?
— Если вновь велят. Пока не надо.
— А если сама захочу?
— Если только очередное испытание вам устроят. Думаю, времени у вас не будет…
— Я поняла. Благодарю.
Я обнялась с Дианой.
— И как ты одна будешь справляться со всеми?
— Завтра нам пришлют подмогу, а сегодня — справлюсь.
Я окинула медленным взглядом каждого малыша, а к Лине подошла. Она не спала, и даже захныкала при моем приближении. Я взяла ее на ручки. Прощаться с ней не хотелось. К ней сильнее всех привязалась.
— Ну что же ты, крошка, все будет хорошо!
И такой надрывный плач, что сердце дрогнуло. Я прижала к груди. Поборов слезы, положила ее в кювез, смахивая слезы. Чмокнула в лобик, постаралась улыбнуться. И пошла, стараясь не расплакаться, сопровождаемая надрывным плачем Лины, к которому присоединились другие дети.
— А ей можно операцию сделать и поправить ручки и ножки?
— Это надо дока спрашивать. Он у нас лучший хирург.
Ладно, спрошу при случае.
— Диан, а ты можешь отсрочить операции по стериализации деток?
— У тебя есть полгода. Пока самому старшему год не исполнится.
Я кивнула и задерживаться здесь не стала. С трудом не обращала внимание на плач, отрешившись от него.
Оказалось, девочки меня ждали у лифта. Да мы, похоже, стали сплоченной командой.
— Ну что? — спросила девочек, смахивая слезы и нажимая кнопку лифта.
— Все, как ты и поняла, это испытание было. Мы должны были вернуться, — ответила блондинка.
— Надо быть очень осторожной, — ответила я. — Подвох может быть в любом. Давайте договоримся, что в таких вот ситуациях будем действовать сообща. И, как я поняла, не друг против друга. Помните, что Луша сказала?
— Что? — спросила одна из девушек.
— Что-то там про других женихов и надо копать не под соперниц, а основывать свой выбор на взаимных симпатиях. Возможно имелось в виду, что мы должны оставить разногласия и соперничество.
— Скорее всего так и есть, — ответила Жанна. — Помните, как в прошлое испытание… Надо было обратиться за помощью к соперницам. И так мы прошли. А кто не откликнулся, тот выбыл. И сегодня так же. И кнопка лифта поэтому и не сработала ни у кого, кроме Маши. Возможно, потому что многие считают ее выскочкой и что она обходит вас во внимании принца. И ни за что вы бы не обратились к ней за помощью, если бы не отринули свое к ней отношение.
А ведь блондинка права. Я уже не стала говорить, что если бы я не обратилась за помощью, а сразу пошла вниз, то наверняка бы прошла испытание, но… может быть, победу бы и не засчитали, ведь это не испытание на жизнь и смерть, а одну меня бы вряд ли испытывали. И если за нами наблюдают, то вполне могли не мне доступ дать, а той же блондинке, к которой я негативно отношусь.
Лифт остановился.
Нас встречала Луша Г оворун.
— Вы молодцы! — сказала она. — Прошли испытание.
— А подробности нам расскажете? — решила понаглеть Жанна.
— В одиночку вы бы не прошли. И что сдружились — это вам в плюс. Возможно, этот отбор принесет свои плоды, — усмехнулась она. — Платья для всех подготовили. Идите примеряйте.
— А как же мерки? — спросила подруга блондинки.
— Все мерки у нас давно есть. На предыдущие балы вам же платья шили…
А зачем тогда они делают вид, что снимают мерки? Издеваются или подслушивают, или провоцируют нас и смотрят на реакцию?
Я молча пошла к себе. Устала жутко, а ведь скоро бал… Может, на него не идти? Или это очередное испытание?
— И да, — бросила во след Луша, — присутствие на балу обязательно, как бы вы себя не чувствовали!
Я молча вошла к себе и закрыла дверь. Испытание, значит…
Глава 7. Испытание на обязательность
То время, которое оставалось до бала, я провела в постели, пытаясь при этом не уснуть, но и отдохнуть. И как ни старалась не думать об этих искалеченных маленьких судьбах, отрешиться от тяжелых мыслей не выходило. С трудом себя подняла, когда Рима пришла делать мне прическу.
Сиреневое пастельное платье в пол она мне тоже принесла. Портниха сделала его закрытым сверху, но в то же время, кружевным, а атласная юбка образовывала красивые складки.
Волосы Рима завила мне в крупные локоны, собрав их в высокий хвост и выпустив несколько прядей у лица.
Я посмотрела на себя в зеркало. Большие голубые глаза, светло-русые волосы, сейчас достающие до плеч. Можно сказать, красотка! Косметикой я не пользовалась, хотя Рима предлагала подчеркнуть немного глаза и губы.
На бал идти не хотелось ни чуточки. Что я там забыла? Развлекаться? Это вряд ли получится. Мне того танца по стеклу вполне хватило. Танцевать я не умею. Позориться? Но тешила себя мыслью, что там увижу Славика. И что — он будет именно мне внимание уделять на глазах у всех? Вряд ли. А значит, не хочу туда!
Но шла, натянув улыбку. Какой же кошмар наигранно улыбаться.
И вот сейчас мы идем с девочками в бальный зал. Я плетусь в хвосте процессии, чтобы меня вдруг кто не толкнул. Рядом идет Аврора. Опять в своем боевом раскрасе. Волосы, правда, собрала в улитку, украсила белой заколкой с бусинами, похожими на жемчуг. Белое платье с черной вышивкой без рукавов струится к полу лепестками лилии.
