Годы брали свое. Теперь камеристка была уже бабушкой с целым выводком внучат. Хельви крестила их всех. Тетсинда еще больше располнела, ходила утицей, тяжело передвигая ноги, а в черных, как вороново крыло волосах нет-нет да и проскальзывали серые нити.
-- Так кого бы вы взяли?
-- Боюсь, что не обошлась бы без тебя. - смущенно подтвердила королева.
-- То-то и оно. - победно заключила Тетси. - Кому нужны эти трещетки? А у меня моя золотая девочка ни в одном походе не ходила оборванкой. - она ловко подхватила завитую прядь и увенчала ею уже готовую прическу. Наденете диадему? Думаю, надо.
Хельви кивнула. Из принесенного камеристкой ларца она выбрала тяжелый золотой обруч, украшенный чернильными аметистами, хорошо сочетавшимися с цветом фиалок на платье.
-- Кажется, ничего?
Тетси цокнула языком.
-- Так и надо было с самого начала одеться. Очень изысканно. И не броско. А я ведь тут по городу гуляла. - как бы между прочим сообщила она уже поднявшейся со стула госпоже. - Зашла туда-сюда...
Ее тон не понравился Хельви. Уж больно он был равнодушно-лукавый.
-- Ну и?
-- Ну и побывала в доме вашего будущего жениха...
-- Как? - опешила королева. - Ты с ума сошла? Кто тебе позволил?
-- А кто мне запретил? - парировала камеристка. - Я ведь знавала его кормилицу Нану, еще тогда в годы великой Сальвской войны. Муж-то мой тогда и погиб.
Хельви озадаченно молчала.
-- Да мало ли кого я еще знала в доме старшего лорда Деми. продолжала камеристка. - Почитай всех слуг, тех, которые при господах, конечно, были.
-- И что же? - затаив дыхание, осведомилась королева. Она не понимала, к чему клонит Тетси.
-- Да ничего. - улыбнулась та. - Зашла, проведала кой-кого из старых знакомых. Нана-то до сих пор жива, хотя и постарела. Почти оглохла. Но ведь он держит ее в доме, не отправил куда-нибудь в деревню, слуги с ней почтительны, все, до дворецкого. Это о чем-нибудь да говорит!
-- И о чем же? -- вздохнула Хельви. Ей наскучила болтовня с камеристкой, к тому же надо было поторапливаться.
-- А вы спросите лорда Дерлока, помнит ли он хотя бы, как звали его кормилицу? - с легкой враждебностью отозвалась Тетси. Она недолюбливала Босуорта, как все жители предгорных долин, не раз подвергавшиеся нападению кланов.
-- Тетси, в горах женщины, даже знатные, сами кормят своих младенцев. - мягко отклонила выпад камеристки Хельви. - Так что у Дерлока не было кормилицы, разве что любимая корова, которой он в детстве крутил хвост.
-- Какая дичь! - возмутилась толстуха. - Тогда спросите его, помнит ли он, как звали эту корову?
-- Ее звали Блоссом, что значит Рыжая. У нее был сломан правый рог и она хромала на заднюю ногу. - рассмеялась королева. - Дерлок мне рассказывал.
-- Вот он и вырос рыжий! - торжествовала Тетсинда. - Хорошо, что не хромой, но еще не все потеряно, не так ли Ваше Величество?
-- Тетси, я тебя очень люблю. - Хельви продолжала смеяться. Камеристке все-таки удалось поднять ей настроение.
-- Рады услужить. - толстуха присела в глубоком реверансе и вдруг всплеснула руками. - Духи! Духи забыла. Болтливая я курица! Меня можно выгнать, как Нолли!
Глава 8
Теперь, сидя в особняке, Хельви невольно улыбалась при воспоминании о разговоре с Тетсиндой. Ореховая гостиная была уютным местом. Ее украшали светлые деревянные панели во всю стену, высокие посудные шкафы с красиво расставленными золотыми блюдами и кувшинами, мягкие складные кресла, нарочно пододвинутые к камину, цветы в майоликовых вазах и натюрморты с грудами убитой дичи.
Некоторым диссонансом среди гор живописной петрушки, салата, уток и кроликов с красными глазами смотрелся парадный портрет короля Дагмара в полный рост. Пожалуй, он был несколько великоват для этой комнаты, где во всем чувствовался изящный вкус и непринужденность.
Любопытная от природы Хельви встала с кресла и приблизилась к холсту на противоположной стене. "За ним либо дверь, либо другое помещение". решила она. Но ни стук по панели, ни усиленное верчение золотых завитушек на раме не дали ожидаемого результата. "Но там что-то есть. -- упрямо повторила молодая женщина. - Наверное, будуар для тайных забав или что-нибудь в этом роде". Можно было махнуть рукой, однако элементарное чувство безопасности требовало от королевы понять, что именно ее так раздражало и приковывало в протрете. Она окинула фигуру грозного владыки Беота оценивающим взглядом и показала изображению язык. "В жизни он еще противнее! Месяц мечтаю влепить пощечину по этой сальной роже. Глазки красные, свиные, бегают по тебе, как... Да у него же глаза пустые! - Хельви чуть не воскликнула это вслух.
Действительно, у портрета не было глаз, вернее зрачков, потому что дыра величиной во весь белок и радужную оболочку показалась бы заметной для тех, кто находился в комнате. Хельви привстала на цыпочки и потрогала пальцем аккуратно вырезанные точки на холсте. Сейчас по ту сторону портрета никого не было. Но кто поручится, что во время ее разговора с лордом Деми наблюдатель не появится? Проникнуть в скрытую нишу за портретом, вероятно, можно было не из гостиной, а из соседней комнаты. Так гораздо удобнее, чем прятаться едва ли не на глазах у тех, за кем следишь: когда надо вошел, когда надо вышел.
Хельви подергала дверь в смежное помещение, но она была заперта. В это время со двора послышался стук колес, отвлекший внимание молодой женщины. Она порхнула к открытому окну и успела заметить выходящих из кареты мужчин. Грузная фигура Дагмара была ей хорошо знакома. Король приоделся, нацепил жесткий парчевый берет с белоснежными страусовыми перьями, широкий серебристый вамс с пузырчатыми атласными рукавами, алмазную шпагу на восхитительной перевязи, тесненной золотом.
"Боже, кто у нас на выданье? - хмыкнула Хельви. - Он, кажется всерьез думает произвести на меня впечатление. Лысый дурак! Я же не его подданная, чтоб терпеть ухаживания коронованного борова".
Ее сейчас интересовал совсем другой человек. Лорд Деми шел сзади короля, заметно прихрамывая. Он был одет просто. Даже слишком просто. В темно-коричневый замшевый дублет, единственным украшением которого была черная шнуровка на плечах. Мягкий бархатный берет он нес в руке, не покрывая голову в присутствии короля. Хельви также заметила, что у него нет оружия, и это задело ее. "Неужели Дагмар не вернул ему шпагу?"
Между тем владыка Беота поднялся по мраморным ступенькам к двери и укоризненно повернулся к своему спутнику, который явно преодолевал лестницу с трудом.
-- Ты меня сегодня с ума сведешь! - рявкнул он. - Что с тобой, Деми? Сначала оделся оборванцем, а теперь тащишься, как обозная кляча, груженая мертвецами!
Харвей промолчал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
