– Глобальные катастрофы – как круги на воде, Душистый Горошек. Всегда есть эпицентр – место в пространстве и времени, где все началось, пусть даже с чего-то безобидного.
Постепенно до меня начало доходить. Я огляделась по сторонам. Стоял летний вечер. Птицы радостно чирикали, и в небе не было ни облачка.
– Эпицентр – здесь?
– Именно так. Не похоже, да? Я проверил миллиарды временных моделей, и результат один и тот же: что бы ни случилось здесь и сейчас, это каким-то образом связано с возможностью предотвратить катастрофу. А поскольку гибель велосипедиста – единственное событие на протяжении многих часов и в прошлом, и в будущем, именно она и является ключевым событием. Велосипедист должен выжить, чтобы жизнь на этой планете продолжалась!
Мы вышли из-за рекламного щита и столкнулись нос к носу с водителем, молодым человеком в расклешенных брюках и черной кожаной куртке. Он явно пребывал в панике.
– О господи! – воскликнул он, глядя на искалеченное тело у своих ног. – О господи! Неужели он?..
– Пока да, – ответил отец так же спокойно и невозмутимо, как обычно набивал свою трубку.
– Надо вызвать «скорую». – От волнения бедняга заикался. – Может быть, он еще жив!
– Как бы то ни было, – продолжал отец, не обращая на водителя никакого внимания, – велосипедист либо что-то сделает, либо чего-то не сделает, и это ключ ко всей этой дурацкой неразберихе.
– Понимаете, я же не гнал! – торопливо оправдывался водитель. – Ну, может быть, на секунду прибавил скорость, на секунду всего лишь…
– Погоди! – воскликнула я, немного сбитая с толку. – Ты же побывал дальше тысяча девятьсот восемьдесят пятого года, па! Ты сам говорил!
– Знаю, – мрачно ответил отец, – но лучше выяснить все до конца.
– Просто солнце низкое, – не унимался водитель, – а он тут возьми да и выскочи прямо передо мной!
– Стремление уйти от чувства вины – особый синдром, характерный для мужчин, – объяснил отец. – Признан медицинской наукой в две тысячи пятьдесят четвертом году.
Папа взял меня за руку, на нас обрушились яркие вспышки света и шум, и мы перенеслись на полмили в том направлении, откуда приехал велосипедист, и на пять минут в прошлое. Велосипедист проехал мимо и весело помахал нам рукой.
Мы помахали в ответ и проводили его взглядом.
– Ты не остановишь его?
– Пытался. Не помогает. Я украл у него велосипед, так он взял у друга. Не обращает внимания на знаки объезда, и даже карточный выигрыш его не задержал. Я все перепробовал. Время – это связующая субстанция пространства, Четверг, а нам надо его развязать: попытайся силой переломить ход событий, и в результате они разнесут тебе лоб, точно пуля с пяти шагов кочан капусты. Мне подумалось, может, тебе повезет больше? Лавуазье меня наверняка уже засек. Через тридцать восемь секунд появится машина. Перехвати ее и постарайся что-нибудь сделать.
– Подожди! А что будет со мной потом?
– Когда спасем велосипедиста, я заберу тебя отсюда.
– И куда ты меня вернешь? – вдруг спросила я. Мне не хотелось возвращаться в то мгновение, откуда он меня выдернул. – Под пулю ТИПА-снайпера, пап? Ты забыл? А не мог бы ты вернуть меня, скажем, на полчаса раньше?
Он улыбнулся и подмигнул мне.
– Передай маме, что я ее люблю. Спасибо за помощь. Но время не ждет, и мы…
И он исчез, растворился в воздухе прямо у меня на глазах. Я мгновение помедлила, а затем замахала рукой приближающемуся «ягуару». Машина притормозила, остановилась, водитель, не подозревающий о грядущем несчастном случае, улыбнулся и предложил меня подвезти.
Ни слова не говоря, я нырнула внутрь, и мы с ревом рванули с места.
– Только утром эту старушку купил, – бормотал водитель скорее себе под нос, чем обращаясь ко мне. – Три и восемь десятых литра и тройной гоночный карбюратор. Шестицилиндровая пантерочка – прелесть моя!
– Эй, там велосипедист, – сказала я, когда мы проехали поворот.
Водитель дал по тормозам и умудрился не зацепить человека на двухколесном транспорте.
– Чертовы велосипедисты! – рявкнул он. – Угроза и себе, и окружающим! А вам куда, девушка?
– Я… я к отцу в гости, – сказала я, практически не покривив душой.
– А где он живет?
– Да везде.
– Похоже, рация сдохла, – сообщил Безотказен, повозившись с микрофоном и настройками. – Странно.
– Не более странно, чем две лопнувшие шины подряд, – отозвалась я, подходя к телефонной будке поблизости и забирая билет на воздушный трамвай.
– Что ты там нашла? – спросил Безотказэн.
– Билет на воздушный трамвай, – медленно ответила я, кладя трубку на место. В памяти зашевелились смутные образы чего-то полузабытого. – Я сяду на ближайший: в опасности неандерталец.
– Откуда ты знаешь?
– Скажем так, дежавю. Что-то должно произойти, и я в этом замешана.
Покинув ошарашенного напарника, я бросилась на станцию, показала билет контролеру и поднялась по стальным ступеням на платформу в пятидесяти футах над землей. Двери вагона с шипением открылись, и я вошла внутрь, на сей раз в точности зная, что делать.
Глава 4а.
Пять совпадений, семь Ирм Коэн и одна отчаявшаяся Четверг Нонетот
Эксперимент с неандертальцами явился одновременно и величайшей удачей и величайшим провалом генетической революции. Удачей, поскольку из небытия вернули двоюродного брата Homo sapiens, и провалом, поскольку ученые радостно взирали на поставленный эксперимент с высоты своей башни из слоновой кости, но не предвидели социальных последствий, которые могло вызвать появление нового человеческого вида в мире, где ему подобных не существовало уже более тридцати тысяч лет. Поэтому неудивительно, что столько неандертальцев чувствовали себя растерянными и не подготовленными к тяготам современной жизни. И Homo sapiens в этом случае показал себя человеком отнюдь не разумным.
ГЕРХАРД ФОН КАЛЬМАР. Неандертальцы: возвращение после недолгого отсутствия
Совпадения – странная штука. Мне нравится история об игроке в покер по имени Фэллон, шулере, застреленном в Сан-Франциско в тысяча восемьсот пятьдесят восьмом году. Ребята сочли, что делить выигрыш в шестьсот баксов, оставшийся после покойного, – дурная примета, и потому решили отдать деньги первому встречному, надеясь их отыграть. Тот поставил эти шестьсот и выиграл две двести, а приехавшая полиция попросила его вернуть те первоначальные шестьсот, так как их надо отдать ближайшему родственнику покойного. После краткого расследования деньги вернули игроку, поскольку он оказался сыном Фэллона, не видевшим папеньку лет семь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
