– Нет, спасибо, я сама.
– Валя, я буду ри-со-вание. Момент, – он стал озираться по сторонам – Вау! – Тряхнув шевелюрой, быстро вышел и вернулся с карандашом и листом бумаги.
Валентина посолила картошку и убавила огонь, а Клайв, взяв стул, кружил с ним по кухне. Наконец, поставил его сбоку от окна и, молитвенно сложа руки, показал на него Вале. Поняв, что лучше согласиться, а то не отстанет, глубоко вздохнув, она уселась на стул, сложа руки на коленях. Клайв опять закружил по кухне, остановился перед журналом и протянул его Валентине. Долго прилаживал, как надо держать, смешно показывал на себе ямочки, прося ее улыбаться и, наконец, удовлетворенный, начал делать набросок.
– Ошень, ошень красивый, – бормотал молодой человек и сосредоточенно рисовал.
– Ой, картошку надо слить, – Валя вскочила, слила картошку и опять уселась, взяв журнал.
Клайв подошел, поправил косу и продолжил рисовать.
– Не помешаю?
Она живо обернулась – в дверях стоял Леша. Клайв неодобрительно покачал головой, а Валя пожала плечами, но напряглась, ожидая неприятных вопросов. И, конечно, они прозвучали.
– Не знал, что ты здесь живешь.
– Я здесь работаю.
– Интересно, в качестве кого?
– Помощницей по хозяйству…
– Только по хозяйству или по постели?
Валентина вспыхнула, Клайв зыркнул в сторону Алексея, но промолчал.
– Оправдываться не собираюсь, и вообще тебя это не касается.
– Да мне все равно, просто так спросил. Смотрю, ты еще натурщицей подрабатываешь. Нагишом тоже позируешь?
Валя глубоко вздохнула, пытаясь побороть волнение и не сорваться, но тут на помощь пришел Клайв.
– Ошень прошу идти, вы мешать.
– Ухожу, ухожу… – В дверях обернулся и добавил – А я-то, дурак, думал, что ты порядочная девушка.
На глаза навернулись слезы. Она зажмурилась и отвернулась.
– Не надо, не надо, – Клайв протянул ей стакан с водой и, как маленькую, погладил по голове. – Плохо, он плохо, ошень плохо, а вы хорош, ошень.
Слушая его исковерканные слова, Валя невольно улыбнулась.
– О, хорошо, так хорошо.
Макс стоял в холле, наблюдая за ними. Он заметил выходившего злого Алексея, хотел поинтересоваться у Вали, что его так рассердило, но замер на месте, увидев, как Клайв ухаживает за ней, протягивает воду и гладит по голове, а ей это вроде нравится. Макс весь передернулся. Надо взять себя в руки, не годится так. Она мне никто и имеет право вести себя, как хочет.
– Макс, – Клайв обратился к нему по-английски, показывая рисунок. Валя встала и отвернулась, чтобы он не заметил ее слез. Но он заметил и сразу забыл, что сердился на нее, захотелось обнять, прижать ее к себе и успокоить.
Он резко спросил у Клайва, что здесь произошло? Тот честно ответил, что не понял, но слова русского парня ее обидели.
– Валя, что случилось?
– Ничего, все в порядке. Вот, тут картошка и жульен. Можно я не пойду туда? Вы уж сами, ладно?
– Хорошо. Давайте мы отнесем.
Клайв опять протянул ему рисунок – сходство было необычайное. Он похвалил художника, а тот отдал портрет Валентине.
– Ой, как здорово! Только я здесь красивее, в жизни не такая. Это мне? Вы мне дарите? Вот спасибо!
– Спасибо, – ответил Клайв и, взяв блюдо с картошкой, понес в гостиную.
– Валя, вас обидели? – Макс.
Она опустила голову и ничего не ответила.
– Откуда вы знаете этого Алексея?
– Мы учились вместе в школе, в одном классе.
– Хорошо, мы поговорим об этом позже, а пока… я все-таки рекомендую выйти к гостям и сделать вид, что ничего не произошло… Чтобы избежать ненужных вопросов.
– Да, да. Я поняла.
Когда они вошли, разговор сразу оборвался. Макс усадил ее на место и обратился к вновь прибывшим.
– Я вижу, вы знакомы с моей помощницей и секретарем Валентиной. Сегодня она у нас за хозяйку.
Валя с благодарностью посмотрела на него. Это Макс специально назвал ее секретарем, он догадался, что ее пытались унизить. Какой он хороший и умный и совсем не черствый и сухой, как она думала в начале.
– Ну, тогда, выпьем за хозяйку, – Самохин старший поднял бокал, его дружно поддержали остальные. Алексей, не глядя на нее, выпил со всеми и о чем-то заговорил по-английски с Майком.
Валя отметила, как он свободно болтает на чужом языке, и дала себе слово, что английский выучит обязательно.
Тепло попрощавшись, американцы уехали в Москву на ожидавшей их машине, Валентина сразу же ушла на кухню, а Самохины немного задержались.
– Я думаю, начать строительство уже в марте.
– Так быстро? – Удивился Макс.
– А чего тянуть? В феврале там все будет чисто, технику подгонят, все договоры подписаны. Дело за инвестициями… Ха-ха-ха.
– Конечно, конечно.
– Макс, мы хотим пригласить вас к себе, так сказать, алаверды, жена будет очень рада.
– Спасибо, встретимся обязательно.
– Ну, до свидания, – Самохин шагнул за дверь, Алексей немного замялся, все косился в сторону кухни. Наконец, коротко кивнув, вышел вслед за отцом.
– Уф, – выдохнул, встряхнув головой, Макс и позвал, – Валя! Где вы? – Заглянув на кухню, прошел через гостиную и нашел ее в кабинете – она собирала грязную посуду.
– Давайте, я вам помогу, – и, не слушая возражений, выхватил у нее из рук поднос и понес на кухню.
– Сделаем так, я приношу грязную посуду, а вы ее моете, я потом вытираю, – распорядился он.
Валентине ничего не оставалось делать, как повязать фартук. Она по привычке хотела приступить к мытью посуды, но Макс сложил посуду в посудомоечную машину.
– Пусть она моет, а мы немного посидим.
– Однако, как здорово вы придумали с картошкой. – Он заглянул в кастрюлю и удивился – Надо же всю съели, а вот икра осталась. Кстати, должен заметить, что все было отменного качества. Вы просто молодец!
– Спасибо, – Валентина убирала остатки «оливье» в холодильник.
– Валя, я заметил, что вы ничего не ели, если честно, то я сам чертовски голоден.
Садитесь, сейчас я за вами поухаживаю. Садитесь, садитесь, я приказываю. Вот так. Что вы будете пить: виски, вино, водку? Может, шампанское?
– Ой, нет, от него голова кружится. Давайте вина.
Он вышел за вином, Валя быстро сняла фартук и поправила платье. Макс поставил бутылку на стол.
– А где у нас штопор? Ага, нашел.
– Макс, где вы покупали это вино? – Забеспокоилась Валентина, разглядывая бутылку.
– Что вас смущает?
– Смотрите, бутылка какая-то кривая – это ж брак, наверное.
– Могу вас заверить, что это не брак, а наоборот очень хорошее вино именно в кривых бутылках, чтобы не подделали.
– Надо же, специально в кривых бутылках… Ну и ну, – она помолчала, глядя, как наполняется бокал, собралась с духом и спросила.
– Скажите, почему вы сказали, что я ваш секретарь?
– Ну, конечно, секретарь, – невозмутимо ответил он и, видя ее недоумение, пояснил. – Вы же отвечаете на звонки в мое отсутствие, передаете, что я прошу, и вообще частично кроме работы помощницы по дому выполняете с работу секретаря.
– Но это же было всего несколько раз.
– А теперь я попрошу вас срочно освоить компьютер и полностью взять на себя эти обязанности. Ну вот, предлагаю тост. Давайте выпьем за новую работу.
– Давайте, – Валя махнула рукой, как бы отметая все сомнения, залпом выпила вино и поморщилась – Кислое.
Макс отпивал маленькими глотками, смотрел на нее и думал, зачем он ей это предложил. И компьютер она не знает, и язык, да и воспитанием ее, судя по всему, никто не занимался. Надо отдать ей должное, сегодня она вело себя достойно, внешний вид – безукоризненный, только уверенности не хватает. Ничего, вот подучится… Черт! Как это он не подумал, ведь курсов по обучению здесь нет, ни компьютерных, ни языковых. Она как будто услышала, потому что последовал вопрос.
– Макс, зачем это вам?
Он проигнорировал ее вопрос и в свою очередь тихо спросил.
– Валя, кто вас обидел?
Она вспыхнула, затеребила косу.
