Лландриндон тут же подошел к Дейзи, намереваясь объяснить ей правила игры. Дейзи старалась не смотреть поверх его плеча на Мэтью Свифта, окруженного дамами. Хихикая и кокетничая, они засыпали его вопросами, спрашивая совета, как правильно держать шар и сколько шагов сделать, прежде чем его бросить.
Свифт явно не замечал Дейзи. Но когда она, отвернувшись, наклонилась за шаром, то, почувствовав покалывание в затылке, поняла, что он на нее смотрит.
Дейзи очень сожалела, что попросила Свифта помочь запутавшемуся гусю. В этом эпизоде было что-то не поддававшееся ее контролю, какая-то тревога, которую она не могла отогнать. «Не глупи, – сказала себе Дейзи, – начинай игру». И она заставила себя внимательно слушать объяснения лорда Лландриндона.
Наблюдая за разворачивающимися у площадки событиями, Уэстклиф негромко заметил:
– Судя по всему, она делает успехи с Лландриндоном. А он самый многообещающий кандидат: подходящего возраста, хорошо образован, с приятным характером.
Лилиан внимательно рассматривала Лландриндона. Он был даже подходящего роста, не слишком высокий для Дейзи, которая не любила, когда люди возвышаются над ней, словно башни.
– У него странная фамилия, – вслух размышляла Лилиан. – Интересно откуда он?
– Из Терсо, – ответил сидящий рядом с Эви лорд Сент-Винсент.
Между лордом и Лилиан существовало напряженное перемирие после крупной ссоры в прошлом. Хотя Лилиан никогда не любила Сент-Винсента, она прозаически рассудила, что нужно относиться к нему терпимо, поскольку он давний друг Уэстклифа.
Лилиан знала, что если попросит мужа прекратить эту дружбу, ради нее он это сделает, но она слишком любила его, чтобы выдвигать такие требования. Сент-Винсент полезен для Маркуса. С его живым умом и восприимчивостью, он помогает Маркусу нести тяготы жизни. Маркус, один из самых влиятельных людей в Англии, очень нуждался в людях, которые воспринимали его не слишком серьезно.
С другой стороны, к чести Сент-Винсента надо сказать, он был хорошим мужем для Эви. Он буквально боготворил ее. Никто никогда бы не подумал, что они составят пару. Она, застенчивая, не пользующаяся особым вниманием мужчин девушка, и Сент-Винсент, бессердечный повеса. И все-таки они были исключительно привязаны друг к другу.
Самоуверенный и утонченный Сент-Винсент обладал такой красотой, что дух захватывало. Но одного слова Эви было достаточно, чтобы он бросался исполнять ее желание. Хотя их взаимоотношения были спокойнее и не такие демонстративные, как у Хантов или Уэстклифов, в этой паре чувствовался скрытый накал страстей.
И пока Эви счастлива, Лилиан будет радушной к Сент-Винсенту.
– Терсо, – повторила она, подозрительно переводя взгляд с Сент-Винсента на мужа. – Это звучит не по-английски.
Мужчины переглянулись, и Маркус спокойно ответил:
– Это в Шотландии, дорогая.
– Лландриндон шотландец? – прищурилась Лилиан. – Но у него нет акцента.
– Он с детства учился в английских пансионах, а потом в Оксфорде, – сказал Сент-Винсент.
– Гм... – Познания Лилиан о географии Шотландии были довольно скудны, и она никогда не слышала о Терсо. – И где это Терсо находится? Прямо у границы?
Уэстклиф старался не встречаться с женой глазами.
– Немного севернее. Неподалеку от Оркнейских островов.
– На самом севере? – Лилиан не верила своим ушам. Ей понадобилось немало усилий, чтобы удержаться от гневного шепота. – Тогда почему бы нам не сослать Дейзи в Сибирь? Наверное, там теплее! Боже правый, да как вам обоим этот Лландриндон в голову, пришел? Нашли кандидатуру!
– Я посчитал нужным включить его в список претендентов, – возразил Сент-Винсент. – У него три поместья и безукоризненная родословная. Всякий раз, когда он приходит в клуб, моя выручка увеличивается на пятьсот фунтов.
– Значит, он мот, – мрачно высказалась Лилиан.
– Это делает его еще более подходящим для Дейзи, – сказал Сент-Винсент. – Когда-нибудь ему понадобятся деньги вашей семьи.
– Меня не волнует, насколько он подходящий. Я хочу, чтобы моя сестра осталась здесь. Как часто я буду видеться с Дейзи, если она уедет в эту чертову Шотландию?
– Это значительно ближе, чем Северная Америка, —прозаичным тоном напомнил Уэстклиф.
Лилиан повернулась к Эви в надежде найти союзника:
– Эви, скажи что-нибудь!
– Совершенно не важно, откуда лорд Лландриндон. – Эви отцепила темную прядь Лилиан, запутавшуюся в серьге. – Дейзи за него не выйдет.
– Почему ты так думаешь? – настороженно спросила Лилиан.
– О... это просто предчувствие, – улыбнулась Эви.
Желая как можно скорее закончить игру и вернуться к недочитанному роману, Дейзи быстро усвоила правила игры. Первый игрок бросает белый шар, который называется джек, к дальнему краю площадки, но так, чтобы он не выкатился с лужайки. Задача остальных игроков заключается в том, чтобы бросить три деревянных шара как можно ближе к джеку.
Трудность заключалась в том, что деревянный шар не был идеальной сферой. С одной стороны он был сточен и никогда не катился по прямой. Дейзи быстро научилась обходить эту трудность, целясь чуть левее или правее, Она торопилась поскорее закончить игру и вернуться к Гонории и призраку.
Поскольку женщин и мужчин было поровну, игроки разделились на команды по двое. Дейзи оказалась в паре с Лландриндоном, который был опытным игроком.
– Вы делаете большие успехи, мисс Боумен! – воскликнул лорд Лландриндон. – Неужели вы раньше не играли?
– Никогда, – весело ответила Дейзи. Подняв деревянный шар, она повернула его плоской стороной вправо. – Это все ваши инструкции, милорд.
Сделав два шага вперед, к линии броска, Дейзи размахнулась и ловко пустила шар по траве. Сбив с пути шар противника, он остановился в двух дюймах от Джека. Дейзи и Лландриндон выиграли раунд.
– Отлично сделано, – сказал мистер Рикетт, протирая очки. Надев их, он улыбнулся Дейзи. – Вы так грациозно двигаетесь, мисс Боумен. Это свидетельство вашего мастерства.
– Это не имеет к мастерству никакого отношения, –сдержанно ответила Дейзи. – Просто новичкам всегда везет.
Леди Миранда, стройная блондинка с фигурой фарфоровой статуэтки, озабоченно рассматривала свои изящные руки.
– Я ноготь сломала, – объявила она.
– Позвольте проводить вас к креслу, – тут же пришел на помощь Рикетт.
Он сказал это с такой заботой, словно барышня сломала не ноготь, а руку, и парочка тут же удалилась с площадки.
Дейзи уныло размышляла, что надо было умышленно проиграть и тогда бы не пришлось играть следующий раунд. Но это нечестно, когда один из членов команды нарочно сдает игру. А лорд Лландриндон, кажется, искренне рад их успеху.
