Я раздраженно бросил трубку и зашел в книжный магазин. Быстро пробежался по разделам детской литературы, потом перешел к изданиям для подростков и обнаружил двух претендентов на подарок. Итон, как и большинство мальчишек, успел пережить увлечение динозаврами и космическими приключениями, но теперь он неожиданно увлекся средневековьем. Причем его не интересовали ни король Артур, ни Мерлин, ни рыцари Круглого стола, ни Экскалибур. Единственным предметом его интереса были средневековые пытки. Это наводит на мысли о том, насколько удачным был брак его родителей.
И вот он я, дядя Джейсон, исполнитель желаний. Я выбирал между двумя книгами – одна была про лондонский Тауэр, а вторая – про ацтеков. Ацтеки победили. Больше страшных картинок.
Путь к кассе проходил мимо самоучителей по бизнесу, и одна из книг привлекла мое внимание. Она называлась «Бизнес – это война». Обложка была выполнена в виде камуфляжа.
Я вспомнил, как Горди передразнивал Марка Симпкинса.
Это точно не было похоже на карамельки с дерьмом. Книга обещала научить бизнесменов «испытанным временем, действенным секретам военного лидерства». Звучало обнадеживающе.
Я вспомнил Курта и то, как он помог мне заключить сделку, одного жесткого телефонного звонка оказалось достаточно, чтобы перевернуть все с ног на голову.
Потом я заметил еще одну книгу, стоящую на полке обложкой к читателям, – она называлась «Секреты побед Аттилы, правителя гуннов», затем еще одну, «Принципы лидерства генерала Паттона», и «Менеджер в зеленом берете», и вскоре я уже держал в руках целую кипу книг и дисков.
На кассе я на секунду потерял дар речи, увидев сумму, которую мне нужно выложить, но решил считать эти расходы инвестициями в будущее – и попросил завернуть в подарочную бумагу книгу про ацтеков для Итона.
Все взрослые столпились на нашей маленькой кухоньке, а Итона нигде не было видно. Они громко смеялись и пили из несуразно больших фужеров для мартини, им было так хорошо, что они даже не заметили моего появления. Сьюзи была на четыре года старше Кейт, но выглядели они почти как сестры-близняшки. Веки у Сьюзи были чуть тяжелее, а уголки рта опущены чуть больше. Кроме того, время и роскошная жизнь оставили след на ее лице. У Сьюзи было гораздо больше мелких морщинок вокруг глаз и на лбу, чем у Кейти, – наверняка от бесконечных дней, проведенных на пляжах Сент-Бартелеми. Ее волосы выглядели так, словно она каждую неделю осветляла и стригла их в каком-нибудь элитном салоне в Беверли Хиллс, где каждый визит стоит долларов восемьсот.
Мой свояк, Крейг, рассказывал что-то, энергично жестикулируя свободной рукой.
– Бетон, – говорил он. – Забудь про гранит. Гранит остался далеко в восьмидесятых.
– Бетон? – переспросил я, заходя на кухню и целуя жену. – Мой босс часто говорит мне, что оденет меня в бетонные сапоги. Я с трудом себе это представляю.
Вежливые смешки. Крейг однажды участвовал в игре «Кто хочет стать миллионером», поэтому официально считается, что он знает все на свете. Он не очень любит говорить о том, что не смог ответить на самый простой вопрос за всю историю игры – ответом на него было слово «картошка» – и о том, что его выигрышем стал лишь годовой запас автомобильного полироля.
– Привет, Джейсон, – Сьюзи по-сестрински обняла меня и чмокнула в щеку. – Итон лезет из кожи вон – так рад тебя видеть.
– Джейсон! – воскликнул Крейг таким тоном, словно мы были закадычными друзьями. Он обхватил меня своими костлявыми руками. С каждой нашей встречей он становился все худощавее. На нем были новенькие, с иголочки голубые джинсы, летняя яркая рубашка навыпуск и белые кеды. Я заметил, что он побрил голову – похоже, средства от облысения не помогали. В свое время у него на голове росла настоящая мочалка из мелких кудрей, которые с возрастом стали редеть на макушке, делая его похожим на клоуна из «Макдоналдса». Еще у него появились новые очки. В течение многих лет, когда он писал экспериментальные рассказы для литературных изданий, он носил очки в роговой оправе. Разбогатев, он прошел стадию контактных линз, пока не обнаружил, что у него «синдром сухого глаза». Потом очки стали меняться каждый раз, как менялась мода. Какое-то время он носил разные варианты в стиле пятидесятых годов. И вот теперь у него снова появились очки в роговой оправе.
– Новые очки, – сказал я, – или старые?
– Новые. Джонни выбрал их специально для меня.
Недавно я случайно узнал, что они с Сьюзи отдыхали на Сент-Винсент и Гренадинах вместе с Джонни Деппом. Кейт вырезала статью из журнала «People» и показала мне.
– Джонни? – переспросил я лишь для того, чтобы он произнес это вслух. – Карсон? Разве он еще не умер?
– Депп, – ответил Крейг с плохо скрытой ложной скромностью. – Эй, слишком спокойная жизнь, а? – Он похлопал меня по животу, который я не успел втянуть. – Неделя в Монастыре, и от твоего лишнего веса не останется и следа. Хайкинг, йога, тысяча двести калорий в день – настоящий исправительный лагерь для знаменитостей. Обещаю, тебе понравится.
Кейт вовремя заметила, что я сейчас скажу что-нибудь такое, о чем потом могу пожалеть, и быстро перебила меня:
– Давай я сделаю тебе мартини.
Она достала серебряный шейкер для мартини и налила содержимое в один из карикатурно больших фужеров.
– А я и не знал, что у нас есть специальные фужеры для мартини, – сказал я, – тоже антиквариат?
– Подарок Крейга и Сьюзи, – сказала Кейт, – правда замечательные?
– Замечательные, – согласился я.
– Из Австрии, – пояснил Крейг, – та же мастерская, что производит знаменитые бокалы для бордо.
– Осторожно, – предупредила Кейт, передавая мне фужер, – сто долларов за штуку.
– О, там их еще много, – пошутил Крейг.
– Ты обратил внимание на брошь Сьюзи? – спросила Кейт.
Я действительно заметил огромную аляповатую кляксу на блузке Сьюзи, но решил не обращать на нее внимания из вежливости.
– Это морская звезда? – поинтересовался я.
– Нравится? – спросила Сьюзи.
Да, это действительно была морская звезда, целиком покрытая сапфирами и рубинами – должно быть, она стоила целое состояние. Я вообще никогда не понимал, почему женщины так любят булавки и броши, но этот конкретный экземпляр был особенно нелепым.
– О, Сьюзи, какая прелесть, – воскликнула Кейт, – откуда такая красота?
– Это подарок Крейга, – ответила Сьюзи. – Где ты ее купил? «Гарри Винстон» или «Тиффани»?
– «Тиффани», – ответил Крейг, – как только я ее увидел, сразу подумал, что она создана специально для Сьюзи, и просто не мог ее не купить.
– Работа самого Джина Шлумбергера, – подхватила Сьюзи, – я бы никогда не позволила себе потратить столько денег на ювелирное украшение. И это был даже не мой день рождения или какой-то особый случай.
– Для меня каждый день, проведенный с тобой, – особенный, – сказал Крейг и положил руку ей на плечо. Сьюзи поцеловала его, а меня чуть не вырвало.
Не в силах больше это выслушивать, я постарался поскорее сменить тему разговора:
– Ребята, а что вы там говорили о бетоне?
– Нам советуют сменить столешницы на кухне, – ответила Кейт и заговорщицки подмигнула мне.
– Мы избавились от старых гранитных столешниц в нашем доме в Сан-Франциско сразу после того, как побывали в гостях у Стивена, – сказал Крейг.
На этот раз я счел за лучшее не уточнять, кого он имел в виду – Стивена Спилберга или Стивена Сигала.
– И то верно, мне же всегда хотелось иметь кухню как в коммунальной квартире каких-нибудь работяг из Восточного Берлина, – ответил я.
Крейг улыбнулся, обнажив ослепительно белые керамические коронки, и посмотрел на меня мягко и снисходительно, словно я был недоразвитым ребенком.
– А как дела в мире большого бизнеса? – спросил он.
– Все в порядке, – ответил я, кивая, – иногда очень много суеты, а в целом – нормально.
– Слушай, твой босс, Дик Харди, в прошлом году приглашал меня на открытый чемпионат Entronics по гольфу в Пеббл Бич. Приятный парень. Бог мой, мне пришлось играть бок о бок с такими звездами гольфа, как Тайгер Вудс и Виджей Сингх – было здорово.
Я понял намек. Он приятельствовал с генеральным директором компании, на которую я работал, а я его даже не встречал. Он был знаком со всеми знаменитостями, потому что – чего уж там – сам был знаменитостью. Кстати, могу себе представить, насколько позорно Крейг играет в гольф.
– Ясно, – это все, что я сказал вслух.
– Я бы мог замолвить за тебя словечко перед Диком, – сказал Крейг.
– Не трать зря время. Он даже не знает, кто я такой.
– Ничего страшного. Я просто скажу ему, чтобы к тебе получше присмотрелись.
– Спасибо, но правда не стоит этого делать, Крейг. Я ценю твою заботу.
