– А чем все это кончилось, Тэйн? – спросила девушка. В ее голосе прозвучало и удивление, и благоговейный трепет, и, возможно, ужас. – Почему ты покинул Мном?
– Когда я снова стал дерзким и сильным, на поклонение приехал один из планетных принцев. Он собирался участвовать в священном обряде перед Храмом времени. Бродягой-наемником я присоединился к его охране. Я впервые вернулся в Темный мир. Долгое время играя роль божества, мне было непривычно вновь оказаться в человеческой шкуре.
Девушка слушала рассказ искателя приключений, не отрывая взгляда от его лица. Из полумрака тускло освещенной кабины на Тэйна смотрели огромные лиловые глаза, в которых, отражалась невероятная игра эмоций.
– А что произошло на арене?
– Когда ментальный гладиатор начал наносить удары, возможно, он повредил некоторые непрочные соединения и пробудил мои спящие телепатические способности. А те к тому времени уже были наполнены силой в результате слияния с погибшим ребенком Огненной мглы, чья удивительная энергия и способности путешествовать во времени вошли в мое тело. Думаю, произошло что-то вроде этого. Я обнаружил, что могу излучать ментальную энергию, и решил проверить в действии свою новую силу. Оказалось, что я могу поднимать в воздух как других, так и себя. Так же я сумел одной лишь силой мысли изменить молекулярную структуру стальных решеток…
– Но если Кристалл времени уничтожен… Почему же ты не рассказал об этом Шастару? Возможно, он бы отпустил нас!
– Несомненно, мог бы и отпустить. Но точно так же он мог бы спустить нас в ближайший мусоропровод-дезинтегратор, как ненужный груз. И кроме того, – улыбнулся Тэйн, – я вспыльчивый парень и не люблю, когда мной помыкают и принуждают что-либо сделать.
И в этот момент в кабине космического корабля раздался холодный насмешливый голос.
– Думаю, мы достаточно услышали, Иллара. Теперь мы знаем все. Можешь оставить его себе.
Как разъяренный тигр Тэйн вскочил с кушетки и выскочил на середину командного отсека. Обнаженный воин, пригнувшись, стоял в центре кабины, сосредоточив сознание на поиске источника металлического голоса.
Он исходил из клипсы с огромным опалом, укрепленном на мочке девушки!
Тэйн подбежал к ней, и вопросы уже были готовы сорваться с его губ, но тень медленно…
Парализующее ружье, зажатое в белых руках красавицы, выстрелило в него темно-лиловым лучом. Шагнув вперед, Тэйн упал, и темный ревущий колодец поглотил его.
Последнее, что он видел, были огромные, туманно-лиловые, полные слез глаза. А потом все померкло.
Глава 9
РАБЫ ЧАНА
– Он просыпается, хозяин, – произнес чей-то голос. Наконец Тэйн полностью проснулся, моментально придя в себя, минуя обычную переходную фазу сна. Но он продолжал лежать, не открывая глаз. По глухому рокочущему звуку искатель приключений узнал шум двигателей космического корабля. Осязание подсказывало, что он лежит на акселерационной кушетке, покрытой изысканным меховым покрывалом. Казалось, этот голос он уже где-то слышал… еще мгновение, и он все вспомнил. Этот визгливый ноющий голос принадлежал Друу, малышке-чародею с Йот-Зембиз. Тот пытался купить в таверне в Зотеере услуги Тэйна по поручению принца Чана!
Выпростав ментальное щупальце, Тэйн вышел за пределы тела. Но его ментальное эго почему-то обессилело. Тэйн повторил попытку, но оказалось, что не может воспользоваться ментальной энергией собственного сознания.
Ему ничего не оставалось, как открыть глаза.
Первым, что он увидел, было лицо принца Чана, холодное, красивое и насмешливое. В его глазах – застывших рубинах – светилось изумление. Эти глаза были холодными, жесткими и смертоносными, как черное дуло лазерного пистолета в его руках, направленного прямо в сердце Тэйна.
– Мы снова вместе, не так ли? Как ты себя чувствуешь? – спокойно спросил принц.
– Лучше, чем ты, – проворчал Тэйн. Он приподнялся на локте и огляделся. Он лежал в тускло освещенном командном отсеке космического корабля. Царская, неуемно роскошная обстановка: дорогая мебель, изысканное убранство. Мягкие лучи света играли на стенных панелях из нежного арфового дерева с Беги VI. Гобелены из прозрачных нитей, сотканные грустными арханоидами с Алгола IV, переливались и мерцали радужной дымкой. Над жаровней из решетчатого серебра, стоявшей в углу, вился густыми кольцами голубой ароматный дымок. В дальнем конце комнаты застыл отвратительный крошечный карлик, манипулирующий каким-то прибором. Тэйн не вполне разобрал его форму – в глазах стоял туман, а голова ныла тупой болью. Он смутно сообразил, что не связан. Тэйн свесил ноги с края кушетки и сел.
– Немного вина мне не помешало бы, – пробормотал он.
– Друу, принеси вина.
Тэйн залпом выпил бокал с огненно-пурпурным напитком, который виноделы с Еофимы гонят из пахнущих мускусом винных яблок, и почти сразу ощутил, как проходит головная боль. Девушка его предала, это было ясно… Все это время она была доверенным лицом принца Чана… И все, что она рассказывала о себе, было ложью…
Ощутив пустоту внутри, Тэйн задался вопросом: обманывала ли она его тогда, в пещере на Дайкуне. Но времени поразмыслить у него не осталось. Ровным холодным голосом к нему обратился принц Чан:
– При включенном демпфере ты не сможешь воспользоваться силой своего сознания. Приношу извинения, если это причиняет тебе головную боль, но я должен обезопасить себя от неприятностей, обрушившихся на Зангора.
Принц позволил себе слегка улыбнуться.
– Демпфер! – переспросил Тэйн.
Принц показал дулом пистолета на инструмент в руках Друу – клубок спутанных стальных и стеклянных трубок, поверхность которого пылала красными искрами.
– Колдуны с Йот Зембиз прекрасно изучили научные достижения древних, так же как и колдовские знаки и заклинания Темных верований, – рассказывал альбинос. – Этот инструмент испускает пульсирующее электромагнитное излучение, настроенное на частоту человеческой мысли, и подавляет деятельность нервных центров мозга, снижая ментальную активность. По сути своей он сильно напоминает приборы, глушащие радиосигналы с определенной длиной волны.
– Умно придумано, – кисло произнес Тэйн, допивая остатки вина.
– Ты еще узнаешь, насколько я умен, когда получишь полную информацию об этом деле, – улыбнулся принц.
– Да я и не сомневаюсь в этом, – ответил Тэйн. – Значит, это ты подсадил ко мне девушку со встроенным в украшение миниатюрным передатчиком. Разумно!
Рубиновые глаза Чана сузились, как щелочки. В голосе послышалось сладкое удовольствие.
