– Что опять стряслось? Плохие новости про Осстияла?
– Не переживай, с нашим фронтейро скоро всё будет в порядке! – торжественным тоном начал общение Граззар. – У нас тут иная радость: прибыл союзник, Торговец с дальнего фронтира, тот самый человек, которому у нас присвоили высший титул Принесшего Дары Второй Молодости.
– О-о! – в приливе восторга закричал вояка. – Где он? Хоть покажи его!
Чейт немного сдвинулся в сторону, продолжая говорить:
– Вот он! И его попутчица, тоже твоя коллега, генерал космического флота цивилизации хаерсов. Но может, мы к тебе телепортируемся? Готов принять гостей?
Громадная пасть заполнила весь экран, здоровенные глаза космофлотчика горели здоровым фанатизмом, а рычание с трудом трансформировалось в слова:
– Ещё как готов! Телепортируйтесь! Немедленно!!
Связь отключили, а хозяин несколько растерянно принялся нахваливать своего приятеля:
– Мировой дядька!.. А что он рычит, так это от радости, от волненья…
– …От осознанья, так сказать, и просветленья! – продолжил за него со смешком землянин знаменитыми строчками. – Ладно, отправляемся…
– Можно и я с вами? – вдруг стал напрашиваться жираф Пайпрам.
– Нет, дружище! – взмахом руки заставил его оставаться на месте Светозаров. – Ты теперь и так много знаешь. Предостаточно! Так что мчись быстрей в Академию и помогай своему другу Жередайлу поднимать остальных студентов. В идеале – постарайтесь призвать к единению и к подготовке к военным действиям молодёжь всего города. До встречи!..
После чего Торговец убыл на орбиту, ориентируясь по наводке составившего компанию господина Граззара и придерживая рядышком с собой Мариам Денса.
Глава 7
Первый резонанс
На борту орбитальной станции Торговец долго знакомиться и расшаркиваться не стал. Сразу обозначил:
– Вы тут и без меня прекрасно начнёте переговоры. Я тем временем мотнусь за Осстиялом. А то мало ли как к нему там после ареста относятся… Насмотрелся я узников.
– Пусть только попробуют его хоть когтем коснуться! – рявкнул адмирал. А его коллега хаерса лишь коротко спросила:
– Я тебе нужна? – на что сильно захотелось ответить: «Да у меня жена есть…» и потому выдавил из себя опомнившийся граф несколько иное:
– Ты нашему ректору нужна! Всё, до скорого!
Короткое пребывание в подпространстве, и вот уже с непомерным грохотом, хоть и без молний, Дмитрий оказался в полной темноте. Замер, пытаясь сориентироваться и не спеша включать фонари. И только потом понял, почему непомерный грохот так и не прекращается. Кто-то молотил по чему-то железному, скорей всего по двери, и отчаянно выкрикивал:
– Открывайте немедленно! Выпустите меня отсюда, иначе вам же будет хуже! Сволочи! Сатрапы!
Все остальные слова не поддавались пропуску цензурой. Зато голос был весьма знакомый, принадлежащий приятелю и союзнику. Конечно, Торговец мог без лишних разговоров выдернуть дракона отсюда и продолжить разговор в ином месте, на той же станции, к примеру, но мало ли что. Вдруг тут находятся личные вещи узника? Или его ближайшие соратники греют нары, и коих тоже следует выручать?
Так что пришлось ждать небольшой паузы среди грохота и криков и только потом будничным голосом спрашивать:
– Ты тут голос разрабатываешь или мозоли на кулаках наращиваешь?
По ауре было видно, что фронтейро смутился:
– Давно ты здесь?.. Я вообще-то не ругаюсь… ты же знаешь…
– А ты разве ругался? – но скрыть иронию в голосе человеку не удалось. И дракон вгорячах опять ругнулся:
– Достали меня эти недоумки! Как же они меня достали!.. Не сегодня, так завтра их первых умбоны под нож пустят, чтобы обезглавить цивилизацию, а они рассуждениями о толерантности занимаются. Тупые ублюдки! – не слыша поддержки, отошёл от двери, прокашлялся и уже иным тоном поинтересовался: – Ты за мной?
– А кто «…заказывал такси на Дубровку?» – вспомнил землянин одну из своих любимых кинокомедий. Естественно, что представитель иной цивилизации его не понял:
– Куда?.. И что?..
– Не обращай внимания. Я спрашиваю: вещи с собой забираешь? Или, может, ещё какие твои приятели тут возмущаются негуманным содержанием в полной темноте? Кстати, и почему в темноте?
Осстиял засмущался ещё больше, чем после вульгарной ругани:
– Да у каждого есть фобия, наверное… Вот они надо мной и глумятся. Я ведь закрытого помещения не переношу и полную темноту ненавижу… Клаустрофобия. А то у тебя фобий нет?
– Есть, – легко согласился человек. – Аутофобия, боязнь остаться одному, без любимой женщины.
– Ага! Ну, это понятно, дело молодое… И как там твоя супруга?
– Нормально, ждёт тебя в гости. Привет передавала…
– Спасибо, и ей от меня! – коротко поклонился узник, посчитавший на этом обмен любезностями законченным. – Вещей у меня здесь нет, а вот таких бедолаг, как я, здесь, по моим понятиям, – полная тюрьма. Причём, если мне нехорошее обращение только обещали в ближайшие часы, то к схваченным ранее соратникам применяют самые жестокие меры переубеждения. Пока меня волокли сюда по коридорам, я чего только не насмотрелся. Так что огромная просьба к тебе: вызволяй нас всех. Сможешь?..
– Постараюсь. Только скажи мне о тюремщиках: стоит ли их сильно жалеть? Ну и передай мне мысленно хотя бы примерный план всего этого узилища.
План оказался вполне подробным для заключённого, оказавшегося здесь впервые, а вот отношение к тюремщикам было ещё худшим, чем к правителям. Получалось, что жалеть здесь некого, а убиение собравшихся в штате садистов и пыточных дел мастеров – самое правильное дело.
Дмитрий подобное благословение отверг со вздохом:
– Вы уж сами с ними потом разбирайтесь, своим судом, – выставил парализатор на определённую мощность, и прежде чем полностью задраить Хаюшь, оставил приятелю включенный фонарь со словами: – Да будет свет! – а ушёл с другим лозунгом: – Свободу политзаключённым!
Дальше действовал в режиме боевого мерцания, начав вырубать охрану с нижних уровней и до самого центрального выхода. Шло как по маслу, но в финале своей акции, несмотря на полное отсутствие сирен тревоги или включения прочей сигнализации, обратил внимание, что в дежурных помещениях для охраны служащие тюрьмы облачаются в тяжёлые скафандры и готовят к бою тяжёлое вооружение. Получалось, что, начни он свои действия минут на десять-пятнадцать позже, пришлось бы ставить парализатор на максимальный, практически смертельный уровень, для того чтобы пробить защиту.
Вроде как не к его встрече готовились, а поэтому догадался выглянуть в окно и даже раскрыть настежь наружные створки. Решётки не слишком мешали рассмотреть волнующееся море обывателей, заполнивших всю ближайшую улицу от края до края. Ну и звучавшие крики всё разъясняли:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
