значит. Просто зуд, который хочется почесать.
Что касается того, чтобы переспать с женщиной, которую планировал убить… он не чувствовал вины, поскольку она пыталась его убить. Но. Он признается в этом, прежде чем коснется ее. Таким образом окончательное решение… пригласить его в свою постель несмотря на его планы… будет за ней.
«Она скажет да. Никто не мог долго сопротивляться».
— Есть только одна вещь, о которой я буду умолять — твое отсутствие! — проревела она.
Или нет.
Как мило с ее стороны снова начать игру.
— Должен ли я доказать тебе, всем, что уже зажигал твой фитиль, мара?
Зажигал ли? И сможет ли повторить?
Ее щеки еще больше побледнели, зрелище, которое его первобытные инстинкты посчитали тревожным. Она открыла рот, закрыла. Открыла, закрыла. Выдавая только сдавленные звуки.
«Да, именно так я и думал».
— Давай, — сказала Санни, ловя его на блефе. — Попробуй. Мне не помешало бы хорошенько посмеяться.
Когда Пандора взошла на возвышение, встав позади выступающих, то прижала руки ко рту, скрывая улыбку. Зеленый отступил, чтобы охранять двери, и позволил ухмылке расплыться.
Как мог Уильям забыть о зрителях? Дешифровщики начали волноваться, перешептываться и поглядывать на двери.
Он заговорил:
— Внимание, дамы и членоносцы. Я похищаю всех в этой комнате. Если будете сопротивляться… не сопротивляйтесь.
Протесты звучали один за другим. Мужчина встал и побежал к двери.
Вновь уставившись на своего единорога, Уильям поднял кинжал-пистолет и прицелился. Нажатие на спусковой крючок. Небольшая отдача. Легкий хлопок. Наблюдатели захныкали. Жертва хрюкнула и с дыркой между глаз… главный модный аксессуар этого сезона… упала.
Да, жестокий поступок со стороны Уильяма. Беспощадный. Отвратительный. Да, и это тоже. Необходимый.
Кто-то закричал. Несколько человек, на самом деле все, кроме Санни, посмотрели на него с ужасом. Она с удовлетворением посмотрела на мертвое тело. Еще один шокирующий факт.
Хотя он повидал все, что мог предложить мир, хорошее и плохое, она продолжала его удивлять.
— Тихо, — крикнул он, и вопли прекратились. Великолепно. — У меня есть книга, написанная шифром. Один из вас взломает код, или все умрут.
Единственный способ определить истинную спутницу его жизни? Книга.
Иии крики сменились всхлипываниями.
Почему он планировал убить своего дешифровщика? Что, если ей удастся разрушить проклятье за две недели? Его великая проблема была бы решена, и причина ее убивать исчезла бы. Тогда он мог заниматься сексом с единорогом сколько пожелает, тем самым избавив себя от этого влечения.
«Да! Хочу ее так сильно, что у меня болят яйца. Нуждаюсь в ней».
«Нет! Мне никто не нужен. Но это желание…»
«Ох, какие порочные вещи я с ней сделаю».
Возбуждение лишало его контроля, пока гнев не вытеснил возбуждение.
«Умерь свои ожидания. Она может потерпеть неудачу».
Он прикинул, что у них шансы пятьдесят на пятьдесят.
«Надейся на лучшее, готовься к худшему».
— А пока, — продолжил он, — вы будете моими пленниками. Правила просты. Попытаетесь сбежать, и будете наказаны. Откажетесь выполнять мои требования, и я сделаю с вашими любимыми то, что сделал с вашим другом. Причините вред другому заключенному, и я причиню виновному еще больший вред. Я переступлю любую черту, чтобы добиться своего. Все понятно?
Хор протестов, рыданий и криков обрушился на его уши, каждое лицо выражало крайний ужас… за исключением Санни. Его сочный единорог еще больше разъярилась.
«Неужели вот-вот вновь появится убийца-единорог с лицом Барби?»
Краем глаза она заметил, как один из выступающих соскользнул на пол и попытался добраться до задней двери. Пандора тоже это заметила и провела крутой прием, отправив женщину в нокаут одним ударом.
Страх превращал людей в идиотов. Уильям раскинул руки, последний здравомыслящий мужчина в мире.
— Кто-то еще хочет проигнорировать мое предупреждение? Нет? Прекрасно.
Теперь пора открыть портал. Процесс такой же легкий, как дыхание, благодаря рунам, которые Гадес вывел на его плоти… закручивающие золотые узоры расположенные в последовательности Фибоначчи. Эти руны сделали из его тела мистический канал.
Большинство обладателей неестественной магии прожигали все, что поглощали. Им приходилось убивать кого-то с помощью магии, чтобы получить больше. Что Уильям забирал, он хранил… пока не накопил слишком много и не изгнал, создав всадников.
Взмахнув рукой, он использовал достаточно магии, чтобы прожечь дыру в центре комнаты. Искры потрескивали в воздухе, росли и распространялись, создавая дверной проем размером семь на семь футов, который вел в дворец Уильяма. А точнее, в звуконепроницаемую двухъярусную комнату без дверей под дворцом.
При создании портала толпа чуть не взбунтовалась.
Пандора взвалила бессознательное тело на плечо и сказал:
— Дамы вперед.
Отсалютовал Уильяму, она пронесла человека через портал в комнату, где и осталась.
— Замолчите, выстроитесь в линию и идите, — приказал Уильям остальным. Большинство плакали и дрожали, но все подчинились.
Опять же, Санни была исключением. Она отстаивала свою позицию, излучая вызов.
Ее нежелание отступить, даже на мгновение, грозило довести его до белого колена. Она заслужила похвалы. И порки.
Когда его сын подошел к ней. намереваясь… что? Уильям покачал головой и сказал:
— Какое золоте правило, Зелененький?
Его сын презирал это прозвище, поэтому Уильям использовал его как можно чаще.
Зеленый показал ему средний палец.
— Уверен, что тебе не нужна с ней помощь? — Он указал на Санни. — Она кажется дикой.
— Она дикая.
Уильям подошел и втолкнул своего сына в портал, сосредоточившись на своем единороге — единственной оставшейся обитатель в банкетном зале.
«Такая милая. Такая могущественная».
«Я предпочитаю кротких, послушных женщин, помнишь?» Тогда почему пар поднимается от его кипящей крови, затуманивая разум.
— Хочешь еще поцелуй, мара? Почему еще ты не подчинилась прямому приказу?
Она ухмыльнулась.
— Какое совпадение. Ты тоже считаешь свои поцелуи наказанием.
Ее манящий голос окутал его, и Уильям решил, что пора сменить свои обязательные критерии. Забыть о кротости и послушании. Язвительность и голос порнозвезды возглавили список. Затем до него дошел смысл ее слов, и он нахмурился, получив очередной удар по своему эго. «Маленькая ведьма».
— Я пойду как твоя гостья, — сказала она, — не как пленница.
— Как будто у тебя есть выбор.
— Ты уверен, что из-за этого ты хочешь умереть? Как гость я возражаю. Как пленница я наказываю.
Ироничным тоном он сказал:
— Я рискну.
— Отлично. — Как волнение и ярость сочетаются в ее голосе? — В таком случае, что значит мара?
— Пучина мрака. — Это прозвище служило напоминанием Уильяму. Его друзья считают своих женщин маяками света, но он не мог думать так же. Если Санни окажется той единственной, то уничтожит его, если он позволит. — Предпочитаешь «моя маленькая рогатая пони»?
— Рогатая… — Прижав руку к сердце, она отшатнулась. — Ты знаешь, кто
